Рина Шакова – Учительская монстра (страница 5)
В далеком прошлом я отправил Кэролайн подальше от дома, чтобы её никогда не коснулась наша фамилия. Я был слишком молод для этого, но Кэр… Кэр не заслуживала знать правду о родителях, и не заслуживает до сих пор. Пусть думает, что это я испортил славу нашу семьи, пусть для неё я буду монстром. Но я тот, кто её постоянно оберегает, и я не оставлю просто так то, что какой-то ублюдок играет её чувствами.
- Я хочу, чтобы вся моя семья была в сборе в нашем особняке. Дядя, тетя, ты, я… - Последнее, что я говорю, дается чертовски тяжело принять, - Моя жена.
Я эту девушку из номера для новобрачных даже не могу нормально назвать женой. Там сидит не женщина, способная переварить мой образ жизни, там сидит маленький раненный птенец.
Кэролайн смеется, откидывая воинственно волосы назад.
- Твоя жена?! А я не могу стать женой Эйдона?! Человека, которого люблю?!
- Да он тебя не любит, Кэролайн. Это чувство собственности, радость за то, что смог обыграть меня, но не любовь.
- А ты знаешь, что такое любовь?! Посмотри на себя.
Сестра тычет пальцем мне грудь.
- У тебя что есть сердце?! Если ты думаешь, что женился, даже если из-за расписки отца, на скромнице, и она тебя хотя бы будет любить, то ты ошибаешься. Она никогда не примет тебя, как я. Ты навсегда останешься один, как бы не пытался окружить себя людьми.
Я смеюсь.
Хотел ли я когда-то любви? Может, давно, да. Но сейчас, смотря на сестру, вспоминая, как искал её, когда её похитили, я только убеждаюсь, что любовь – это слабость.
- Не смейся, Кристофер. Однажды ты поймешь, что все, что внутри тебя – это пустота. Ты попытаешься заполнить её, но будет поздно, потому что тьма сожрала все светлое, брат.
- Говори, что хочешь, пугай меня пустотой, но я не оставлю тебя рядом с этим человеком и этим ребенком.
- Это наш ребенок, - гордо заявляет она. Думает, что поступила правильно, принимая чужого ребенка. Молодая и глупая.
- Не привыкай к нему, Кэр, придется потом идти по стеклу.
- Ты сейчас угрожаешь?
- Я сказал, что сделаю все, что угодно, чтобы вернуть тебя домой.
Девушка закатывает глаза, поджимая губы.
- Даже после всего, вместо того, чтобы попробовать попросить прощения, ты выбираешь свой вариант. Кристофер, я никогда тебя не прощу, если ты хотя бы кого-то из моих близких людей тронешь… Ты не добьешься своей жестокостью моей любви. Никогда.
На глазах сестры в темноте среди фонарей заметно поблескивают скопившиеся слезы.
- Ты не станешь матерью этой сиротке.
Ответ не заставляет себя ждать. Кэролайн замахивается, и тишину улицы разрушает звук громкой пощечины от сестры.
- Как ты можешь, - с болью шипит она, - будучи сиротой, так говорить?! У тебя совсем человечности не осталось?! Ты только что доказал мне, что семья – не узы крови.
Кэролайн уходит, вытирая слезы с глаз, а я смотрю, как она садится в машину, как этот ублюдок вытирает её слезы, и Кэр кивает ему. Захожу в здание, как только они уезжают. Проношусь мимо гостей и иду к той, кто меня поймет. Дверь она открывает незамедлительно, потому что знала, что я вернусь к ней.
- Где твоя невеста?
- Отдыхает, тётя, - сажусь на диван, устало усмехаясь, - Это был отвратительный вечер. Где дядя?
- Уехал по делам, чтобы тебя сегодня не тревожить.
Женщина подходит ближе и садится на мои колени.
- Неужели, все так плохо прошло?
- Настолько, что мне снова нужна твоя поддержка, - руки обвиваются вокруг женской талии. Секунда, и она наклоняет голову, чтобы наши губы слились в поцелуе.
Глава 3
- Что не так?
- Мы не будем спать в одной комнате?
- Смежная дверь не утраивает?
Я определенно сделала что-то не так. Если все было бы хорошо, то мой муж сейчас не требовал бы отдельное ложе.
Что это вообще? Тут нет ни одного признака, что здесь жили. Как будто просто гостиничный номер.
- Зачем тебе в комнате смежная дверь с другой?
- Это комната с сегодняшнего дня и моя, как соседняя твоя, - отвечает муж, как будто я задала наиглупейший вопрос.
Он переселился из комнаты, где жил, чтобы не пускать меня в свой мир. Что вообще значит смежная дверь? Что-то вроде «мы как бы вместе, семья, но я тебя держу на расстоянии»? Две комнаты, соединенные общим дверным проемом. Но из второй комнаты нет отдельного выхода. Выход в коридор один. При чем комнаты до капли одинаково спроектированы дизайнером.
- Почему здесь так пахнет клеем?
Поворачиваю голову, чтобы посмотреть, что есть вокруг.
- Наверное, от обоев не высох, - сухо говорит Кристофер.
- Здесь переклеивали обои?
- И ломали стены.
- Что?!
- Нужна была смежная дверь, а лишняя не нужна была.
Он так просто пожимает плечами, как будто это обычное дело. Зато теперь понятно, к чему поутру после брачной ночи была устроена поездка по имениям Билфоргов. Кристофер после ночи со мной настолько кардинально решил, что не пустит меня в свою спальню, что выбрал за эти несколько часов делать экстренный ремонт? Лишь бы не делить со мной больше постель… Мама была права, я - бестолочь, и все испортила, не успев начать…
- Кристофер, я…
- Что?
Одного ледяного вопроса достаточно, чтобы внутри меня все перевернулось.
Ему плевать.
Как я могла подумать, что вообще что-то могло было быть по-другому? Я никогда не считала себя привлекательной, везучей и красноречивой. Но… Я искренне не понимаю, что пошло не так. Я же… Ничего не сделала. Да, мама говорила, что мужчины ненавидят слезы. Она говорила, что женщина должна быть, как сталь, в этом плане. Все, чтобы ему было удобно. Но ведь такой строй отношений с самого начала разве могли сделать одни слёзы? А, может… Может, мой муж с самого начала так представлял наш брак?
Отвожу взгляд, не желая ничего спрашивать. Ну, не то, чтобы не желая. Я просто не хочу слышать правдивый ответ. Со стороны слышится мужской кашель.
- Сэр…
- Я помню, - так же холодно говорит мой ледяной, судя по всему муж, не отрывая от меня взгляда, - Входите.
А я смотрю в сторону входной двери, в которой один за одним показываются три амбала. Глаза машинально поднимаются, чтобы посмотреть наверх, ведь я ростом еле-еле буду доходить им до плеч. Трое накачанных парней-брюнетов в черных костюмах тройках с белоснежными рубашками.
- Это твоя охрана. Без них ты, будучи Билфорг, больше не сделаешь ни единого шага вне дома. Даже двор. Они всегда будут рядом.
Как они могут быть охранниками? На их лицах не единого изъяна. Больше смахивают на аристократов, нежели на тех, кто глаз да глаз должен следить за кем-то. Хотя, Амалия говорила, что отсутствие следов от поражений на мужчине, - признак того, что он ещё никогда не проигрывал. И от этого в комнате становится душнее.
Киваю, не решаясь что-то сказать. Да, и что я могу? Кристофер не безгрешный человек, а с учетом недавнего похищения его сестры, понятно, что он хочет все взять под свой контроль.
- Алан, Адам, Андро. Амелия, - Кристофер кивает, глядя на меня, и я с лёгким смущением говорю, пока мужчины непоколебимы:
- Приятно познакомиться.
- Замечательно, а теперь мне пора идти.
Муж делает шаг, а потом останавливается, глядя на меня, как будто ощущает моё незримое негодование.
- Есть, что сказать?
Тут же качаю головой.