Рина Серина – Второй куплет (страница 10)

Зарина шла по дорожке к родному дому, чуть прижимая к боку рюкзак. На воротах висел новый замок. Отец всегда любил менять замки – «чтобы никто лишний не шастал».

На крыльце встретила бабушка. Сразу схватила внучку в объятия, вечно пахнущая то духами, то жареным луком.

– Ох, какая ты худющая стала, Зарька.

– Ничего я не худющая. Просто Нью-Йорк кормит мало.

– Не корми меня этими Нью-Йорками. Будешь дома – наешься. Слышишь?

За ужином они сидели впятером – бабушка, мама, отец, младший брат Тимур и она. Обычный крымский дом. Белёные стены. На столе – абрикосы, зелёный лук, чебуреки. И напряжение, которое в воздухе чуть гуще, чем пар от горячего чая.

Отец поднял взгляд на неё. Тяжёлый, прищуренный.

– И что дальше? Снова в Москву?

– Да. Второй курс. Может, ещё на практику куда-нибудь. Переводы.

– Переводы… – повторил он, будто пробуя слово на вкус и находя его слишком мягким. – Писанина, переводы… В семье инженеры, учителя – и вдруг писательница.

Мама тут же влезла:

– Ты бы не давил на девочку. Она у нас умница, всё на отлично.

– Отлично – это хорошо. Но денег приносит кто? Я или твои книжки?

Зарина поставила вилку на тарелку. Голос её остался ровным:

– Я сама зарабатываю, пап. И не только переводами. Я пишу. У меня покупают тексты. И… да, я люблю это.

Он хмыкнул.

– Любовь – это хорошо. Только хлеба она не даёт.

Она сделала вид, что улыбается.

– Я как-нибудь разберусь.

– Ну-ну. – Отец откинулся на спинку стула. – В Москву уезжаешь – и вроде как всё хорошо. А кто тут по дому помогает? Мать одна крутится.

Мама быстро замахала руками:

– Да отстань ты. Она приедет – и всё сделает.

Зарина откинулась на спинку стула, глядя в окно, где над крышами темнело небо.

И снова ощущение, что здесь всё правильно – и в то же время тесно.

На следующий день Зарина встретилась с Эльмирой.

Они сели в парке на деревянную лавку. Вокруг шумели деревья и орали чайки – в Крыму они везде, даже в парке. Эльмира держала в руке стаканчик с кофе, как трофей.

– Честно, я скучала, – выдохнула Зарина. – Тут всё как будто застыло.

Эльмира кивнула. Она всегда слушала глазами – большими, темными, серьёзными.

– Ты тоже изменилась. У тебя лицо… как у человека, который больше не хочет возвращаться домой.

Зарина усмехнулась.

– У меня лицо человека, который зарабатывал доллары, а теперь снова считает рубли.

Эльмира засмеялась. Откинулась на спинку скамейки. Помолчала. Потом выдохнула – быстро, будто выстрелила:

– Я выхожу замуж.

Зарина замерла.

– Чего?

– Ну… – Эльмира развела руками. – Помнишь того парня? Мы пару раз встречались, родители его знают. Он нормальный. Спокойный. Работает. Без странностей.

Зарина моргнула.

– Ты его знаешь… сколько? Два месяца?

– Почти три. – Эльмира сделала глоток кофе. – А что? Мне двадцать. Родители говорят – хороший парень, семья приличная. Мне… мне не плохо с ним.

– «Не плохо» – это очень высокий стандарт для замужества, конечно.

Эльмира рассмеялась.

– А ты думала, будет как в твоих романах? Чтобы огонь, искры, до потери пульса? Ну-ну. Я, может, не хочу, чтобы меня до пульса доводили. Я хочу стабильности.

Зарина покачала головой.

– Эльмира, тебе вообще нравится этот человек?

– Он нормальный. – Пожала плечами. – Со мной уважительно. Родители довольны. А любовь… Не знаю. Может, она потом придёт.

Зарина смотрела на подругу и чувствовала, как внутри скребёт пустота, знакомая и чужая одновременно.

– Знаешь, иногда лучше жить без огня, чем с ожогами, – тихо сказала Эльмира. – Я вот не хочу ожогов.

Зарина откинулась на скамейку. Ветер задел её волосы.

– Я тебя не осуждаю. Просто… Я не могу так.

– Вот поэтому, – Эльмира ткнула её в плечо, – ты и пишешь свои романы. А я выхожу замуж.

И на миг Зарина вдруг почувствовала себя не из своего мира.

Летние каникулы в Крыму шли своим чередом.

Зарина успела привыкнуть к жаре, к привычным лицам на улицах, к маминым расспросам и к колким репликам отца за ужином.

Но вот сегодня был особенный день.

Милана, её вторая близкая подруга, наконец выкроила выходной.

Встретились рано утром – солнце только вставало над морем, а воздух уже пах солью и горячим песком.

Милана с ходу обняла Зарину так, что у той хрустнули кости.

– Ты стала ещё худее! Нью-Йорк, говоришь? Чего ж там вас так не кормят?

Зарина рассмеялась.

– Да кормили нормально. Просто я много ходила. И думала.

– Угу. Думала… – протянула Милана, держа её за плечи. – Ну выкладывай. Я тебя знаю, у тебя всё написано на лбу.

– Ничего не написано. Всё нормально.

– «Всё нормально» у тебя значит, что точно что-то случилось.

Зарина сделала вид, что не слышит. Они дошли до пляжа – ранним утром там ещё было пусто. Песок тёплый, мягкий, вода лазурная.

Милана растянулась на полотенце.