Рина Райт – По закону влечения (страница 6)
– Тяжёлый день, – произношу в пустоту. Веня поворачивает голову, как будто понимает меня лучше всех.
Я сажусь за стол и делаю небольшой глоток. Лёд приятно касается губ, напиток обжигает горло, и я чувствую, как напряжение немного отступает. Начинаю есть, но мысли не отпускают. Суд, эти репортёры, взгляд Тагира, его слова… Всё это смешивается в голове, не давая покоя.
На телефоне высвечивается пуш-уведомление о входящем сообщении из нашего чата "Стервы в законе".
Этот чат живёт с нами ещё с универа. Четыре подруги: я, Полина, Влада и Таня. Мы переезжали из одного мессенджера в другой, но название всегда оставалось неизменным, как и наше общее чувство юмора.
Двадцать сообщений. Это надолго.
Убираю остатки еды в контейнер, а грязную тарелку – в посудомойку. После этого решаю перебраться на диван в гостиной.
Заняв полулежачее положение на диване, закинув ноги на журнальный столик, я открываю сообщения и начинаю читать переписку.
Полина: Девочки, он такой классный! Харизма, стиль, успешность. Я в восторге.
Влада: Ты хоть покажи его нам!
Полина прикрепляет фотографию мужчины в стильном костюме. Он действительно выглядит впечатляюще.
Я: Хорош.
Таня: Кира, ты в Карелию с нами едешь?
Я задумываюсь. Идея вырваться на природу, отключить телефон и забыть обо всём звучит очень заманчиво. Но Вероника Ольховская и её дело прочно держат меня в этом городе.
Я: Посмотрим, девочки. У меня работа и это дело.
В конце добавляю смайлик, чтобы хоть немного смягчить сухость ответа.
Я откидываюсь на диван, делаю ещё глоток виски. Музыка тихо играет фоном, но мысли никак не хотят отпускать.
Телефон снова вибрирует, и на экране появляется имя Вероники Ольховской. Я мгновенно принимаю сидячее положение, понимая, что просто так она вечером звонить не станет.
– Вероника? Что-то случилось? – спрашиваю я, чувствуя, как напряжение возвращается.
– Кира, ты видела эту новость? – её голос дрожит.
– Нет. Что за новость?
– Сейчас скину ссылку. Это кошмар. Что мне делать?
– Спокойно. Сначала скинь, – говорю я, включая динамик.
Через пару секунд сообщение приходит. Кликаю на ссылку.
Заголовок кричит: "Скандал в бракоразводном процессе актрисы Вероники Ольховской. Новые компрометирующие факты всплывают на поверхность!” Бегло пробегаю глазами текст. Речь идёт о якобы скрытых счетах Вероники, о "сомнительных" финансовых операциях, об отмывании семейных денег. Всё это чушь, но написано с такой убедительностью, что непосвящённые легко поверят.
– Чёрт… – шепчу я.
– Телефон моего директора обрывают журналисты, – взволнованно говорит Вероника.
– Это грязь и провокация. Никаких комментариев, никаких разговоров. Всё понятно?
– Да, – отвечает она, но в её голосе тревога не исчезает.
– Всё будет хорошо. Завтра я разберусь.
Мы заканчиваем разговор, и я кладу телефон на стол.Мы заканчиваем разговор, и я кладу телефон на журнальный столик. Бросаю взгляд на Веника, который уже уютно свернулся калачиком рядом.
– Что думаешь, Веня? – спрашиваю я.
Он только зевает, даже не удостоив меня взглядом.
Я снова делаю глоток виски, но в голове всё ещё бушуют мысли.
Это будет сражение не из простых. Нужно думать наперёд. Слишком много вопросов и слишком много неясностей. Но мне кажется, я догадываюсь, кто за всем этим стоит. Может быть… мне самой стоит пригласить Тагира на ужин?
Эта мысль неожиданно приходит в голову, и я качаю головой, будто пытаюсь стряхнуть её.
Но, возможно, чтобы выиграть сражение, нужно самому задать правила.
Глава 6
Телефон в руке долго остаётся без движения. Я смотрю на экран, а пальцы медленно барабанят по корпусу. Мысли роятся в голове, не давая покоя. Но затем я вновь открываю статью и начинаю читать. Строчка за строчкой.
Бессмысленная, жалкая попытка разрушить Веронику Ольховскую. Никаких доказательств, только грязные намёки и обвинения, которые невозможно проверить. Но я прекрасно понимаю, что даже такая ложь может сыграть свою роль. Репутация – хрупкая вещь. Достаточно одного удара, чтобы она пошла трещинами.
Внутри поднимается гнев. Горячий, всепоглощающий, который уже не сдержать. Эмоции рвутся наружу, пульсируют в висках, кипят под кожей, и я чувствую, что просто не могу оставаться равнодушной.
Моя рука тянется к телефону. Я даже не задумываюсь.
В списке контактов он записан как "Мудак № 1". Да, есть ещё номер два и номер три, но не спрашивайте, почему. Скажем так, в моей жизни нашлись "достойные" кандидаты на эти места.
Я нажимаю на его имя. Гудки кажутся бесконечными, хотя проходит всего несколько секунд.
– Алло? – его голос звучит спокойно, но на заднем фоне слышен шум. Гул голосов, смех, звон бокалов. Женский смех.
– Привет, – говорю я и тут же понимаю, что зря позвонила.
Я ведь прекрасно слышу: он в баре. В расслабленной обстановке, среди людей, которые наверняка скрашивают его вечер.
– Кира? – его голос становится чуть внимательнее. – Всё нормально?
– Да, всё в порядке, – отвечаю я слишком быстро, чтобы это звучало убедительно. – Просто… Забудь. Это неважно.
Я почти сбрасываю вызов, но слышу, как он что-то говорит на заднем плане, возможно, кому-то из своих собеседников.
– Кира? – снова обращается он, но я уже нажимаю "отбой".
Секунда, две. Я кладу телефон на стол, прикусываю губу.
Зачем я это сделала?
Не проходит и минуты, как телефон снова вибрирует. Он перезванивает.
Я медлю, но всё же поднимаю трубку.
– Тагир, я позвоню тебе завтра в рабочее время.
– Ты ведь не просто так звонила, – говорит он, и его голос звучит иначе. На заднем фоне уже тише. Ветер, лёгкий звук затягивания сигареты. Он явно вышел на улицу.
– Всё нормально, правда, – говорю я, снова колеблясь.
– Кира, – его голос становится чуть мягче, но в нём всё ещё звучит настойчивость. – Говори уже. Что случилось?
Собираюсь с мыслью и всё-таки произношу:
– Я просто задаюсь вопросом, действительно ли ты готов на всё, чтобы выиграть дело?
Прежде чем ответить на мой вопрос, он делает паузу.
– Кира Викторовна, я так понимаю, вы хотите меня в чём-то обвинить?
Да. Да, и ещё раз да!