Рина Гиппиус – Чужая здесь, не своя там (страница 88)

Я ошарашенно молчала.

— Ведь все же нормально было, Астари, — уже спокойнее, даже с ноткой досады и примесью замешательства, добавил мастер. — Что случилось?

— Ничего из того, с чем бы я не смогла справиться, — сухо ответила я. — Спасибо, что не прогоняете меня совсем. Я обещаю, что в положенный срок вернусь и все будет как надо.

— Ну смотри, — задумчиво произнес Йеннер, пропуская меня к выходу.

А вечером меня и Даника встречали у себя Уотинены — мы решили наведаться к ним с ночевкой.

Солнце висело уже у линии горизонта, поэтому пришлось нанимать экипаж — в относительном тепле ехать все ж лучше. Да и сил уже у меня, и тем более у Даника, не нашлось бы для верховой езды. Ещё успеем вдоволь накататься.

Гостеприимный дом полковника стал для меня не в первый раз тем самым убежищем, где я «зализывала раны». Уж не знаю, что на меня тут так влияло, но именно здесь я оттаивала.

Мы расположились в уютной гостиной. Я забралась с ногами в огромное кресло, в котором даже меня не было видно со стороны спинки. Даник уселся на широкий подлокотник. Нелнас-старший вместе с внуком обосновались на диване.

Эдель Брита еще ранее ушла спать.

— В бейн[6]? — спросил полковник.

Мы с Даником закивали.

Мне с самого начала не везло — загадки попадались сложные, очков выпадало мало. И, как ни странно, я ничуть не злилась. Мне наоборот было хорошо. Перчатки давно были сброшены также, как и условности. Как беззаботная, смешливая девчонка я хохотала над рассказами полковника — он делился старыми военными байками; удивлялась тому, как Даник разговаривал с более старшим по возрасту внуком Уотиненов — как равный, ничем ему не уступающий, а в чем-то даже более сообразительный. Сама же я не задумывалась над тем, что мне нужно говорить, как себя вести. Словно отпустила себя, отпустила все-все мысли. Наверно так себя ощущают пьяные, однако крепче чая я ничего не пила.

Видя моё бедственное положение, Данфер даже стал мне подыгрывать — пытался подсказывать ответы на загадки. И я без зазрения совести принимала его помощь. Радовалась отыгранным ходам, награждала благодарственными объятиями своего спасителя и наслаждалась каждым мгновением чудесного вечера.

Полковник разогнал нас по комнатам ближе к полуночи.

Я заглянула к Данику пожелать хороших снов и не удержалась — обняла ещё раз. Прижала к себе, уткнулась в темноволосую макушку и прошептала:

— Спасибо тебе, хороший мой, — голос подрагивал.

— За что? — Почти черные в свете ночника глаза подопечного смотрела на меня с беспокойством.

— За то, что не побоялся тогда выйти и напроситься в дорогу со мной.

Ответные объятия были не менее крепкие.

Проснулась я как всегда рано. Рассветные лучи только заглядывали в окна, а я уже чувствовала себя выспавшейся.

Тихонько пробралась на кухню, где уже хлопотала эдель Брита.

— Доброе утро! — бодро поздоровалась я с ней.

— Ранняя пташка, — улыбнулась она, кивая мне на стол — там уже остывали оладьи. — И тебе доброго. Чего так рано поднялась?

— Да вот, выспалась, — пожала я плечами и выхватила из тарелки один из оладьев. Тут же пришлось вернуть на место и дуть на пальцы.

— Вроде бы воспитанная девушка, — покачала головой хозяйка дома.

— Не люблю я их есть как надо: с ножом, вилкой, — поморщилась я. — Умею, знаю — мне же положено. Но вы же не против, если я отдохну от правил?

Ответ я знала заранее. Эдель Брита улыбнулась, погладила меня по голове и кивнула. А взгляд её… Так на несмышлёных детей смотрят, прощая шалости. И как ни странно, мне наоборот было приятно. На меня так бы моя бабушка посмотрела, если бы была со мной… Маминой мамы давно не было в живых, а папина ушла ещё раньше.

— Пойду лучше прогуляюсь, — предупредила я эдель Бриту.

— Помнится не так давно ты Данфера не хотела отпускать отсюда, — заметила она.

Хотелось сказать, что я все ж таки старше, но учитывая недавний взгляд эдель Бриты, лишь ответила:

— Я недалеко.

Сад Уотиненов, луг, позади их владений — неспешным ходом все это я миновала, перешла дорогу и подобралась к соседним территориям. Я могла сколько угодно себя убеждать, что просто бесцельно бродила. Однако ж саму себя не обманешь.

Даник, наверняка, в прошлый раз быстро вышел к центральному входу. Я же шла в противоположную сторону, неторопливо передвигалась и с любопытством озиралась. Владения были огромными. Противоположного края видно не было, хотя это и немудрено — холмистая местность скрадывала видимые расстояния. Пожухлая, грязно-коричневая трава, серое, низкое небо — пейзаж глаз не радовал. Хотя летом тут наверняка красиво.

Я уже хотела было остановиться и опереться на перекладины ограждения, но повременила. Приподняла длинную тёплую юбку, придвинулась чуть ближе и наклонилась, рассматривая столб, к которому крепились перекладины.

С мастером я работа чуть больше месяца, однако его почерк уже знала. Ему было присуще пижонство, некоторая самоуверенная небрежность не только в собственном гардеробе, оформлении дома и выставочного зала — и в целом по жизни он старательно это демонстрировал. Разумеется, в работе он проявлял те же качества. Щедро лил силы в плетения, даже если требовалось и меньше. Просто для того, чтобы показать — он может. Он мог с точностью до последнего узелка сделать сеть заклинания и небрежно его закрепить. Нарочито небрежно, хотя на самом деле, конечно, довольно крепко и надежно. Мне казалось, что все это настолько уже закрепилось в его умениях, что сам Йеннер этого не замечал. Для него такой стиль работы был естественен и логичен. Вот тут и был корень всех наших проблем. Мне сил не хватало, поэтому каждую их крупицу я скрупулезно вплетала в сеть, старательно закрепляла и по сотни раз проверяла. Тем более я помнила о своей поверке. Мастер же постоянно забывал, что мои возможности ограничены, или делал вид, что не помнит. Поэтому то, что ему казалось простым, для меня было сложно в исполнении. Каждую задачу я дробила на подзадачи и только тогда могла выполнить. А мастеру Джетмиру, казалось, подчинялось почти все. И не было ничего такого, с чем бы он не мог справиться.

Вот на очередное его творение я сейчас и смотрела. Правда, зачаровывать весь столб Йеннер явно не стал бы, поэтому я выискивала место, где же прятался амулет.

Это же сколько амулетов должно было быть, чтоб обеспечить всю ограду такими охранками? Я поднялась, осмотрела забор. Да уж, столько вручную делать-не переделать. Вот же обманщик! Хотя, я и сама могла бы догадаться, учитывая количество болванок, которые находились в закромах мастерской. У мастера явно где-то есть, помимо основной мастерской, ещё и цех, где организованно масштабное производство. А ведь говорил, что занимается только штучной работой, тонкой и сложной. Впрочем, тут действительно работа не простая. Вспомнилось его участие в вызволения меня и Даника из-за границы. А ведь эдел Вистар тогда говорил, что мастер Джетмир не захотел участвовать в организации пограничной защиты, однако согласился на её взлом с формулировкой: «Это может быть интересно». Я же думаю, что он в очередной раз хотел проверить — справится ли?

И, судя по всему, Йеннера идея с реализацией значительной оградительной полосы не отпустила. Забавно — с государством работать не стал, а обычному конезаводчику помог.

Наконец, я нашла искомое — в самом основании столба был виден небольшой зазор. Вот там и пытались спрятать амулет. Оттуда еле заметные потоки силы растекались по всему столбу, перетекая на перекладины и соединяясь с аналогичными нитями с соседнего столба. Разглядеть их было и несложно, зная, что искать, но это совсем не значило, что охранки были слабыми. Однако проверять я не стала — последствия предсказать возможности не было. Лишь понимала — соваться не стоит.

Вот так — меня отослали, чтоб я немного отвлеклась в том числе и от учебы, а сама стою разглядываю очередное творение мастера.

Я разогнула уже несколько затёкшую спину и выпрямилась. Меня в упор прожигали такие же серые и хмурые, как нынешние тучи, глаза.

— Нашли что-то интересное? — холодно спросил мужчина.

— Да, — растерянно ответила я, про себя отмечая: ну наконец-то! Теперь я знаю — Стейнир одного со мной роста. Просто мы чуть ли не впервые раз оказались вот так близко, при этом стоя, а не сидя, как уже было пару раз.

— Тогда не буду вам мешать. Изучайте дальше, — бросил он и развернусь, чтобы уйти.

Я недоуменно смотрела ему в спину.

Меня так увлекла разработка мастера, что я не заметила, как хозяин здешних владений приблизился, и не просто, а на коне, который сейчас стоял в отдалении. Я впервые увидела шенсера. Выглядел он заметно крупнее представителя любой другой породы: мощный, явно сильный и, несмотря на наличие практически полного снаряжения для верховой езды, казалось, будто не замечал этих вещей. В его облике сквозила неприкрытая независимость, словно он лишь делал одолжение — на какое-то время подчинялся человеку.

Стейнир легко вскочил на своего скакуна. Они неспешным ходом двинулись вглубь территорий. Из-за холма показались другие шенсеры — пару жеребцов и, видимо, их мамочки. Вот к ним и направился Стейнир.

Я отошла от ограды. Пожалуй, на сегодня с её изучением надо закончить — лучше потом расспрошу самого мастера. У близлежащего дерева я остановилась, опёрлась о ствол спиной и сложила руки на груди. Отсюда открывался замечательный вид на… лошадок. Да, именно их. Кто знает, когда мне ещё предоставится ещё такой шанс поразглядывать этих необычных созданий? Жаль только, что все же далековато, но хотя бы так.