Рина Гиппиус – Чужая здесь, не своя там (страница 132)

Я слушала и кивала, стараясь не выдать своей паники. Данфер, этот маленький шантажист, по сути сыграл на моих чувствах, вынудив меня взять над ним опеку. А теперь Хильна, даже с того света, тоже самое проделывала со мной в отношении с Илвой. У меня просто не было выхода, я не могла отказаться, но и понимала, что не смогу — как я брошу девочку.

Когда все разошлись, мы остались с Джетмиром вдвоем.

— Я почему-то был уверен, что Илва останется со мной.

— Если ты думаешь, что я знала о намерениях Хильны, то ошибаешься.

Джет отмахнулся.

— Это в духе Хильны. Она ловко играла на чувствах других людей, использовала их. Ты вовремя ей подвернулась. — Я нахмурилась, что тут же заметил мастер. — Обижаться на нее уже смысла нет. — Он грустно улыбнулся. — Да и ради дочери она точно была готова на все. Видимо в ее окружении не оказалось никого более подходящего.

— Джет, я догадываюсь почему она решила на тебя Илву не оставлять. Понимаешь ли в чем дело, ты мужчина, и… — Он выразительно хмыкнул. — И девочке наверно было бы лучше с женщиной расти. К тому же рано или поздно наверняка женишься. Как думаешь, как твоя гипотетическая будущая жена отнеслась бы к тому, что ты воспитываешь дочь своей бывшей возлюбленной?

— Наверно ты права. Об этом я почему-то не подумал.

Захотелось фыркнуть: «Мужчины!».

В какой-то момент мастер успел принести бутылку с янтарной жидкостью и пару пузатых бокалов на низкой ножке.

— О нет, я не буду, — тут же возразила я.

— Поддержи меня, а?

— Символически.

Джетмир целенаправленно набирался. Я же цедила свой бокал. Правда, еще успела сходить посмотреть, как там Илва. Пока она никого к себе, кроме своей няньки, и не подпускала, несмотря на все мои попытки. Однако я все равно старалась держаться рядом, недалеко. Может что-то такое предчувствовала? А Илва прятала лицо у Эльки в юбке, стоило только к ней обратиться.

Когда я заглянула в комнату, в спешном порядке переоборудованную под детскую, меня там не заметили. Поэтому, стоя в дверях, я могла спокойно наблюдать, как девочка сидит и рисует. И этого ребенка мне предстоит воспитывать… Я понятия не имела, что с ней делать, как быть. Спасибо Хильна, удружила. И почему ты выбрала именно меня?

Внезапно Илва обернулась. Она своими дивными синими глазами посмотрела на меня. Тут же втянула голову в плечи, отложила свое занятие и поджала губы. Элька тоже меня заметила. Возникла неловкая пауза и тишина. Мне пришлось уйти, потому что как только я собралась пересечь порог, Илва сжалась и только что не зажмурилась. Я произнесла: «Не буду вам мешать» и вернулась к Джетмиру.

— Знаешь, а ведь я ее не любил, — вдруг сказал он.

С удивлением я обернулась к нему.

— Но я думала…

— Я и сам так думал одно время. Нет, я ее любил все же, как человека, не как женщину. Ну может и как женщину, только не так… Запутался, — пьяным голосом протянул он. — Я ею восхищался, любовался, восторгался, удивлялся, недоумевал, поражался… Могу перечислять долго. Она была необычная, притягательная, загадочная. С ней было непросто, а без нее… Без нее худо. Не могу, задыхаюсь. — Он рванул ворот рубашки — пуговица покатилась по полу.

А я вновь вспомнила прошлогоднюю сцену. Сейчас все было иначе, однако ж легче мне не было.

— Последний год у меня богат на потерю близких. К такому нельзя привыкнуть, относиться проще. И я… я не знаю что тут еще сказать можно.

Джет дотянулся до моей руки, прижал ее к своей чуть шершавой щеке и грустно улыбнулся.

— Да тут и нечего сказать. Просто посиди со мной немного, я надолго тебя не задержу.

Он обманул — мы просидели почти до полуночи. Мастер рассказывал более подробно как они познакомились, как общались, что между ними было. Это было не мое дело и я не была уверена, что некоторые моменты мне нужно было слышать, но я его не останавливала.

Даник не спал — ждал меня.

— Прости, что так задержалась.

Я потрепала его по волосам.

— Что-то еще случилось? — обеспокоенно поинтересовался Даник.

— В некотором роде. С завтрашнего дня с нами будет жить еще один человек. Девочка по имени Илва.

— Это дочка той ведьмы?

— Да.

— А ей сколько?

— Шесть.

— Ну слава Рауду, теперь не я буду самым младшим у нас.

А я радовалась тому, что мой подопечный так спокойно и радушно к этому отнесся.

С Илвой было сложно, тяжело. Как дикий зверек она всех сторонилась кроме Эльки, которую также пришлось перевезти к нам. С сохранением жалованья на том же уровне, разумеется.

Я не торопила девочку, давая ей время привыкнуть, обжиться в новой обстановке, с другим окружением. Банафрит со всей широтой своей немалой души тут же собралась и Илву накрыть своей заботой, но я все же ее остановила: «Не торопись».

Дочка ведьмы ни с кем не общалась, я вообще ее голос слышала крайне редко. Первое время она даже ела только в комнате, выделенной ей. Постепенно, спустя пару недель, она уже смогла спускаться к нам в столовую.

Я вспоминала себя. Да, мне тогда было чуть больше, чем Илве. Но я также долго привыкала к другой жизни. Вот только у меня была Рини…

У Илвы оказался Данфер.

Он не сразу, но сумел подобраться к девочке, чуть быстрее, чем кто бы то ни было, расположить ее к себе. Вывести хоть на какой-то контакт. Вызвать у нее другие эмоции, помимо испуга и замкнутости.

Сначала Илве было любопытно, что же там в домашних заданиях у Данфера. Она молча подходила к нему, заглядывала через плечо и просто наблюдала. Ничего не спрашивала. Потом она уже решилась и спросить. После — объяснить. Сразу после закрытия последнего учебника Илва убегала обратно к себе.

Я радовалась этим робким шагам и молила всех богов, чтобы это только продолжалось, укреплялось.

Мы сидели в столовой — Данфер только вернулся со школы. Я услышала тихие шаги по лестнице, но сделал вид, что не заметила. В проеме мелькнул темный локон и тут же скрылся. Тем временем подопечный продолжил рассказывать, как его успехи в школе. Я внимательно слушала, задавала вопросы и просто наслаждалась его обществом. Илва уже выглядывала из-за косяка, почти не скрываясь.

Наконец ее заметил и Данфер.

— Что-то случилось?

Она кивнула.

Даник не поднялся, не продолжил расспросы — просто ждал, когда же она продолжит. Илва перевела испуганный взгляд на меня, потом уже жалобный на Данфера… Он не проникся. Девочка упрямо сжала губы и вошла в столовую. Каждый шаг она дела уверенно и лишь сжатая в кулачках юбка выдавала все то напряжение, что ее сковывало.

— Ты обещал мне рассказать, как придешь.

— Раз обещал, то сделаю, — спокойно ответил Даник. — Сейчас только доем. А пока ты можешь и со мной посидеть, покушать. Ты же еще не ела?

Илва молчала. Данфер ждал, что же она скажет. А я замерла, боясь даже пошевелиться, громко вздохнуть.

— Я уже кушала. Но посижу с тобой.

На меня она принципиально не обращала внимание.

И тем не менее я придвинула к ней вазу с фруктами. Не глядя, Илва взяла яблоко.

Данфер обстоятельно и неторопливо продолжал есть.

— О чем сегодня будет? — спросила девочка.

— О драконах.

Даник не читал ей сказки — придумывал сам. Впору было записывать эти истории, чтобы оставить потомкам. Я поражалась богатству фантазии своего подопечного. Он замысловато переплетал различные мотивы: истории, прочитанные им самим, рассказанные мной, в том числе и те, которые я помнила еще со своего зеденивского детства. Неудивительно, что Илва слушала его чуть ли не с открытым ртом, жадно ловя каждое слово. И после засыпала расспросами. За их такими посиделками я наблюдала украдкой…

Наконец, Данфер доел. Он покровительственно кивнул Илве и пошел наверх в свою комнату. Девочка потрусила за ним.

Я же осталась одна, чуть ли не плача от счастья — Илва хотя бы не убежала при виде меня.

Мне было страшно — узнай соответствующие органы об этом обстоятельстве, то девочку у меня заберут. Поэтому я радовалась каждому хоть самому крошечному шажку на сближение.

Постепенно, день за днем ситуация менялась.

Илва, даже имя которой звучало твердо, рубленно-коротко, и в то же время словно ручей журчал, встретившись с порогом, оттаивала. Она все чаще присоединялась к нам за столом, оставалась и после обеда — все также ни с кем не разговаривала, но и не убегала. А мы — я, Данфер, Банафрит, довольно часто заглядывающая к нам Элодия, иногда с младшей внучкой, обычно располагались в гостиной и болтали, играли в бейн или что-то другое. Илва садилась где-нибудь в углу, брала рисовальные принадлежности и тихонько занималась своими делами. Ни во что не вмешивалась, лишь изредка бросала на нас задумчивые, слишком серьезные взгляды.

Данфер с собой Илву не звал — знал, что откажется. Хотя время от времени обязательно во время таких посиделок подходил к ней, пытался разговорить, но та его не то, чтобы игнорировала, но такие сцены всегда заканчивались одинаково — Дафнер пожимал плечами и возвращался к другим.