Рина Гиппиус – Чужая здесь, не своя там (страница 112)

Я чудом удержала вилку, которая чуть было не выскользнула из рук. Дочь?!

— Если у меня будет когда-нибудь дочь, обладающая этими способностями, то конечно я ей запрещать обучение не буду. Но ведь здесь не только нужно учитывать мое мнение, но и мнение моей супруги и дочери?

— Подловил, — рассмеялся Лапрет.

— Как же вы тогда можете ратовать за права женщин самим распоряжаться своим даром, если у вас также в головы прочно вбито, что только мужчины имеют на это право?

— Тут скорее право родителей выбирать, что лучше для их детей, — вмешался Понтер.

— И мнение самих детей неважно? — повернулся к нему Стейнир. — Вы хоть у них-то будете спрашивать, прежде чем тянуть в свою школу? — обратился он уже к Лапрету. — Или думаете, что раз родители дали согласие, то все, дорога открыта?

— Тейн, остынь, — произнес Джетмир. — Разумеется, девочек мы будем об этом спрашивать. Но сам согласись, в таком возрасте сложно принимать решения, от которых зависит будущее. К тому же обучать ведь будем не только магии, но и общим дисциплинам тоже.

— Я совершенно спокоен, — сухо ответил Стейнир, однако подрагивающая на виске жилка говорила об обратном.

— Вашей будущей супруге очень повезет, — внезапно сказала Ульрика. — Такая свобода действий.

— А мне кажется, что не в свободе дело, а в доверии, — вставил свое слово Ньял. — Зачем нужен такой супруг, которому не сможешь доверять?

— Тебе виднее, — заметила рыжеволосая.

Все рассмеялись, я же ничего не поняла. Благо Джетмир пояснил:

— Ньял у нас был уже трижды женат.

— Но я не отчаиваюсь, — произнес он. — Может хоть четвертый раз будет удачным.

Плутоватая улыбка, последовавшая за этой репликой, смутила меня. Но в этот раз я поддержала всеобщий смех.

Вручение подарков оставили напоследок.

Что подарить человеку, который и сам может себе позволить практически все? Наверно то, про что он попросту забывает. Казалось бы — респектабельный мужчина, у которого все предусмотрено в том числе и во внешнем виде, вплоть до платка в нагрудном кармане. А вот про часы он все время забывал. Цепочка, к которой они крепились, несмотря на работу знаменитого в этом деле мастера, постоянно обрывалась. Понтер как-то рассказал, что во время одного не очень удачного эксперимента остаточные чары развеялись таким образом, что зацепили и самого Джетмира. Он не пострадал, но вот крепление у часов вышло из строя, при этом механизм был не задет просто чудом. С руками-то у мастера все в порядке — он все починил сам. Однако ж он не рассчитывал, что ущерб окажется серьезнее — цепочка стала перекручиваться и обрываться. Сам мастер даже посмеивался, что его кто-то проклял. Починил и в следующий раз, а потом еще и еще. А потом плюнул на это дело и оставил так. Что, в общем-то, было на него совершенного не похоже.

Наверно с моей стороны было большой смелостью не только найти часы не менее знаменитого мастера часовых дел (тут помог Ленсвен, пару дней назад вернувшийся из столицы, куда ездил на какую-то стажировку), но и усилить цепочку и крепление, чтобы точно не пострадали при всяких там экспериментах. Защита, конечно, была не абсолютной, но своей работой я могла гордиться — за неделю вложила я туда сил немало. Я ожидала, что Джемтир начнет меня отчитывать — ведь он предупреждал, чтобы я не притрагивалась вообще ни к каким вещам с целью помагичить в ближайшие пару недель. Ничего такого не было: он улыбнулся, сдержанно поблагодарил и принялся дальше собирать дары.

Просидели мы почти до полуночи. Я изрядно утомилась и еле скрыла облегчение, когда хозяин праздника наконец решил свернуть свое торжество.

На крыльце он меня все же окликнул.

— Я не стал при всех тебя отчитывать, но это не значит, что свою долю нотаций ты не получишь.

— Ведь тебе понравился подарок, — произнесла я, а сама задержала дыхание: а вдруг нет?

— Понравился, — вот только в голосе его довольства не было. — Мне не понравилось твое разгильдяйство. И это я еще Фордену тебя не сдал — он-то только предположить может, сколько сил ты туда вложила, а я-то знаю…

— Не злись, я лишь хотела тебя порадовать.

Он отмахнулся, хотя улыбку, буквально в самом уголочке его рта я заметила.

— Экипаж тебя уже ждет, — сказал Джетмир.

— Спасибо.

— И тебе спасибо, что пришла. Мне было очень приятно.

— Все же я не поняла, зачем ты…

— Мне было приятно твое присутствие, — перебил меня мастер, не дав договорить.

Значит он больше ничего не скажет.

— Доброй ночи.

— Ага. Только не опаздывай послезавтра, а точно сдам Фордену.

Все расселись по своим экипажам, а я замешкалась. Пошел снег. Крупные, пушистые хлопья неспешно опускались на землю. И было так тихо, так чудесно, как бывает, только если ощущаешь покой. Если бы не время суток, я бы обязательно прошлась пешком, чтобы впитать себя это состояние, окунуться в него с головой, как ныряешь летом в теплую воду водоема.

— Хотите прогуляться? — Стейнир стоял рядом со мной.

— Хорошая погода, не правда ли?

Он улыбнулся, наверняка понимая мою уловку, и подставил свой локоть.

Иногда желания сбываются, но это бывает столь редко, что когда все-таки происходит, то от ощущения если не счастья, то хотя бы толики довольства жизнью, даже голова кружиться начинает.

Мы шли молча, не нарушая умиротворенную тишину, лишь снег поскрипывал под ногами. И что удивительно — мне совсем не было холодно. Мне было замечательно.

Несмотря на неспешный ход, до моего дома мы добрались слишком быстро. Непозволительно быстро.

Я думала Стейнир доведет меня только до калитки, но нет, он дошел со мной до самого крыльца. И вряд ли он рассчитывал, что я его приглашу, поэтому замерла в ожидании напротив него. Просто поблагодарить, что проводил, а потом попрощаться? Слишком мало. Что-то еще?..

Он смахнул с моих ресниц снежинки, провел рукой по щеке и поцеловал. Коротко — всего лишь легкое касание к губам. На этот же миг у меня словно сердце остановилось. Стейнир отклонился от меня, а мое сердце забилось так сильно, что казалось выпрыгнет из груди. На мгновение показалось, что он вновь приблизится, поцелует, но нет. Стейнир не просто отклонился — отошел.

Я растерянно на него посмотрела и не выдержала — сделала всего лишь полшага в его сторону.

В его объятьях я потерялась, потерялась от всего, убежала от реальности в сказку. Светлую, чистую и стоящую на грани сна и яви.

— Я бы так еще долго простоял, вы не подумайте. Но завтра утром у меня есть некоторые дела, которые требуют моего присутствия.

— Ох, простите. — Я разжала руки и отошла.

— Ничего страшного, — он мягко улыбнулся и на его щеке вновь появилась ямочка. — У меня тут совершенно случайным образом оказались два билета на концерт симфонического оркестра. На вечер послезавтра. Вы же любите музыку? — Я кивнула даже чересчур энергично. — Не желаете со мной посетить? Говорят, у них новая программа, с которой они скоро поедут на гастроли в том числе и заграницу.

«Да хоть концерт уличных музыкантов!» — подумала я, а в слух сказала:

— Желаю. Вы за мной заедете?

— Всенепременно.

Стейнир чинно склонил голову и спустился с крыльца, направившись к калитке, у которой все же обернулся, лукаво мне подмигнул и скрылся из виду.

А я, воспользовавшись тем, что меня никто не видит, спустилась на лужайку, расставила руки и счастливо улыбаясь, закружилась, ловя ртом снежинки.

Я ожидала очередное письмо от родителей, поэтому заглянула в почтовик. Выхватила входящую корреспонденцию с предвкушением, и тут взгляд зацепился за «шапку» — «от Хилма».

Как всегда, при волнении мне захотелось выпить воды. К тому же это была отсрочка — мне было страшно читать послание от целителей Ровенийских. Я дала себе пять минут, за которые настроилась на чтение — раз двадцать про себя проговорила: «все будет хорошо».

«Чувствуя за собой нескончаемую вину, я не останавливался в поисках средств для решения твоей проблемы. Увы, из всех известных методов медицины ни один в твоей ситуации не подходит. Не спеши отчаиваться — возможно все-таки решение есть.

К сожалению, всей необходимой информации я тебе предоставить не могу. Дальше поймешь почему.

Об этом известно на уровне слухов, даже легенд, передается как в древних сказаниях (потому и достоверность подтвердить нет возможности), что морские ведьмы помогают женщинам, имеющим сложности в деторождении. Насколько мне известно в нашей стране морских ведьм нет, и проживают они в основном в Венорфате[7]. В этом и главная трудность, как ты понимаешь.

Прости, но к несчастью мне тебе сообщить больше нечего. В любом случае, если тебе понадобиться моя помощь и это будет в моих силах — обращайся.

Очень надеюсь, что тебе все удастся.»

Я пожалела, что в стакане была всего лишь вода — захотелось чего-то покрепче. То ли отпраздновать хотя бы надежду на будущие благие вести, то ли запить горе, если даже и надежды не будет.

Весь оставшийся день я провела в библиотеке, собирая сведения, касающиеся морских ведьм. Увлеклась этим настолько, что, когда ко мне заглянула Сириль и позвала выйти пообедать, я отказалась. Некогда же!

В конце концов она выбрала момент, когда библиотекарь в этой секции отлучился, и протянула мне сверток, в котором оказалась пара бутербродов.

— Надеюсь, что, во-первых, тебя никто не увидит за недопустимым занятием в библиотеке. — Она посмотрела на меня со значением. — А, во-вторых, ты не станешь потом вытирать руки о книги.