Рина Дейн – Медленное зажигание (страница 6)
– Почему ты забрал меня? – он обернулся и нахмурился, смотря на меня. – Почему не уехал сам, а забрал меня?
– Считай, что сработал синдром спасателя. Не смог оставить девочку одну. Тем более ты понятия не имела, как оттуда убраться. Я так понял, друг твой тебя бросил, смотался сразу же, как только услышал сирены, и про тебя забыл, – почему-то слышать это от человека, которого я почти не знала, было обиднее, чем признать это самой.
– Ты добрый.
– Даже слишком, – тихо пробормотал он себе под нос, но я услышала.
Я молча пила чай, грела озябшие пальцы и не старалась разговорить нового знакомого, хотя очень хотелось. Узнать его имя, где мы вообще находимся и что будет с заездом, который сорвался. Но вместо этого я молчала, пила черный чай и украдкой поглядывала на Локи, в моих мыслях я называла его только так. Он был красивым, чего греха таить. Высокий и широкоплечий, наверняка проводит несколько вечеров в неделю в спортзале, таская гири. Светлые волосы торчали во все стороны, прямой нос делал строгий вид, на подбородке играла небольшая ямочка.
– Прекрати пялиться.
– Я ничего не делаю! – я смущённо отвела взгляд на дно собственной кружки, где лежало несколько листочков чая. Щеки предательски краснели, а все тело окутал непонятный жар. Видимо, я уже согрелась.
– Ты смотришь, – возразил он.
– Тебя это напрягает? – он раскрыл рот, чтобы еще раз возразить мне, но так ничего и не сказал. Лишь посмотрел на меня намного дольше положенного и сделал глоток из своей кружки. Локи сидел напротив меня в небольшом кресле, все его тело было напряжено. Он даже пил так, словно все, что он делает, приносит ему лишь боль и страдание.
Мне хотелось узнать его ближе, понять и, признаю, разговорить. Но все мои попытки заканчивались неловким молчанием.
– Это был мой последний заезд, – тихо сказал Локи, не смотря на меня. Я же сжалась в одеяле, чтобы быть тихой, как мышка, и не спугнуть дальнейший рассказ. – Мне нужно было победить, чтобы запомниться и уйти из всего этого. Но вместо этого я сижу в гараже с какой-то малолеткой и пью чай. Бред!
– Почему последний заезд? – я правда постаралась сделать вид, что его слова про малолетку меня не задели.
– Я поступил в магистратуру. Вряд ли смогу совмещать учебу, работу и езду, слишком тяжело. Да и его, – он бросил мимолетный взгляд на мотоцикл, – я уже продал.
Магистратуру? Это ж сколько ему лет?!
– Нужны деньги?
Локи посмотрел на меня так, словно я сказала полнейшую чушь.
– Да, нужны.
Оставшееся время мы сидели в абсолютной тишине, прерываемой равномерным жужжанием обогревателя. Я почти что начала засыпать, как Локи толкнул меня в плечо и сказал, что пора ехать. Мне не хотелось вставать, в одеяле было слишком тепло. Но я все же надела куртку. Она была чуть влажной, но не такой мокрой, как пару часов назад. Я поежилась, выходя на улицу. Локи не взял свой шлем и ключи от мотоцикла, а я не стала спрашивать, почему он все это там оставил.
Мы пошли дальше по узким гаражным тропинкам, вышли во двор какого-то дома и там двинулись целенаправленно к машине – старенькой десятке. Локи открыл дверь, кивнул мне, чтобы я села. Домой ехать совершенно не хотелось, но и находиться с парнем, которого я вряд ли ещё увижу, и отягощать его жизнь, в планы мои не входило.
Я назвала адрес, который Локи даже в навигатор не вбил, и мы поехали по вечернему городу ко мне домой. Он вел машину уверенно, соблюдал все правила и практически никого не обгонял, даже если такая возможность была. Локи показался мне слишком правильным, до зубного скрежета идеальным. И это не шло ни в какое сравнение с тем Локи, которого я видела на гонках.
– Вот тут поверни.
Он свернул к моему дому, до которого рукой было подать. Я попросила остановить немного раньше, не хотела, чтобы бабуля из окна увидела меня в машине какого-то парня и начала задавать вопросы. Для нее – я гуляла по городу с Олегом.
– Скажешь, как тебя зовут?
Мне нестерпимо хотелось узнать имя человека, который спас меня от полиции, согрел и напоил горячим чаем. Эта кратковременная забота была важной для меня. Так обо мне пеклась только бабуля. Родители же ограничивались простым «Все нормально?», иногда даже не дожидаясь ответа на этот вопрос.
– Просто Ян.
– Спасибо, просто Ян, – улыбнувшись, кивнула я и вышла из машины, аккуратно закрыла дверь и пошла вдоль тропинки в сторону дома, в котором мы жили с моего рождения. В груди нещадно ныло: мне хотелось, чтобы он спросил мое имя, хотя бы дал какой-то намек, но он просто промолчал. Вряд ли ему вообще интересно было знать, как зовут какую-то
– Злат…
– Не нужно, Олег. Мне пора домой, уже поздно, – я отрицательно покачала головой, даже не посмотрев в сторону некогда лучшего друга. Сегодняшняя ситуация была показательной. Он выбрал себя.
– До завтра?
– Пока, – сказала я перед тем, как закрыть подъездную дверь и быстро подняться на свой пятый этаж. В доме был сломан лифт, и я радовалась, что наша квартира не находится хотя бы двумя этажами выше.
Дома было тихо: бабуля спала, брат был в саду, а родители – на работе. Они должны были вернуться в ближайшее время. Мама вообще давно должна была быть в декретном отпуске, но заканчивала важный проект, будучи на последнем месяце беременности. Я молча сняла обувь, повесила куртку на крючок и пошла в ванную, чтобы принять горячий душ.
Я растирала тело, чтобы согреться и глупо улыбалась, потому что впервые за долгое время встретила человека, которому на меня было не все равно. Но и ему в итоге я оказалась только обузой.
Шестая глава
– Злата! А ну стой, кому говорю! – ко мне подлетает Валя и, обняв меня за плечи, продолжает идти рядом. Приходится подстраиваться под ее шаг, потому что на высоких каблуках идти быстро у нее не получается. – Это правда, что красавчик-стажер будет вести у вас лекции? Девчонки все уши про него прожужжали. Его задница действительно так хороша, как про нее говорят?
– Не знаю, я не рассматривала, – меланхолично пожимаю плечами, понимая, что ещё как рассматривала. Мы спускаемся вниз по лестнице и останавливаемся у гардероба. Я достаю из кармана свой номерок, пока Валя пытается найти свой. В ее сумочке, мне кажется, есть все, что поможет выжить на необитаемом острове и даже прожить там пару лет. В моей же – лишь самое необходимое: влажные салфетки, портативная зарядка и обычная, наушники, паспорт, кошелек с картами и наличкой и одна гигиеническая помада, которая помогает не обветривать губы. Все, список закрыт.
– Как это не рассматривала? Я видела его мельком, но, поверь мне, Злата, там есть на что позалипать! – морщусь от мысли о том, что сама рассматривала Каренина так, как делают практически все на потоке. Как все девочки. Да, я его рассматривала, только никогда и никому об этом не скажу.
– Не интересует.
– А вот и зря! Гросман, он ведь шикарен! И почему у нас ничего не преподает? Всегда мечтала замутить с каким-нибудь симпатичным преподом, но у нас таких нет. Одни только старики да женатики.
– Может, в следующем семестре он переберется к вам?
– Не факт. Василек своего подмастерье никуда не отпустит. Сначала из больничного выйдет, потом в отпуск умотает, а там что-то еще придумает. Так что будет он все занятия вместо нее вести, опыта набираться.
Мы забираем свои вещи и отходим в сторону, чтобы не собирать еще большую очередь. Одеваемся и выходим на улицу, где нас встречает холодный осенний ветер и срывающийся дождь.
– Злат, может, я тебя подвезу? Меня папа должен забрать сегодня, поедешь к нам, поужинаем, фильм посмотрим…
– Спасибо, но я домой. Спать хочу безумно.
По правде говоря, я не хочу сегодня видеть счастливую семью Вали. Ее родители самые обычные: мать работает в продуктовом, а отец – врач на скорой. Живут небогато, вдвоем воспитывают единственную дочь, которая, я уверена, радует их с самого детства. Всякий раз, когда я прихожу к ним домой, слышу, как они ее называют: «Валюша», «милая», «солнышко», «Валечка». И всякий раз моя подруга смущенно им улыбается. Может, она уже и выросла и не хочет, чтобы ее так называли, но и отказать им не может.
Я вот хотела бы, чтобы меня тоже дома ждали и любили. Чтобы обнимали после тяжелого дня, заботились и говорили, что я умница и со всем справлюсь.
Провожаю подругу взглядом и иду в сторону студенческого кафе. Сегодня не моя смена, но домой, несмотря на то, что я сказала Вале, не тороплюсь. Раздеваюсь, надеваю фартук и заменяю на ближайшие несколько часов официантку. Убираю со столиков, принимаю заказы и, когда людей становится значительно меньше и основная масса студентов расходится по домам, ухожу в подсобку. Там получаю свои заработанные деньги, прячу их в карман джинсов. На душе становится чуточку легче. Пока работала, лишние мысли выветрились, и теперь осталось лишь самое важное – учеба, гонки и я. Потому что, кроме меня самой, мне никто не поможет.
– Ты куда думаешь после учебы пойти?
– А хрен его знает, предки куда-то потащат, – слышу, пока одеваюсь. Незнакомые парни сидят за крайним столиком и, переписывая конспекты, переговариваются.