Рина Белая – Термос, Пельмени и Тайна Тестоленда (страница 5)

Ну или хотя бы маленькая темная комнатка на окраине, где можно было бы наконец принять горизонтальное положение. Потому что Вася не ходил так много с тех пор, как в девятом классе пропустил последний автобус и прошел пешком восемь остановок. Кажется, тогда была весна, и он ел мороженое.

Однако очень быстро Вася понял: город его вовсе не ждал. Более того — город его и не знал и, судя по всему, знать не хотел.

Это было место, где все — от вывесок до архитектуры — кричало: «Здесь живут только альфы!»

Вывески вроде «Мечта Берсерка» и «Сила по подписке» чередовались с магазинчиками наподобие «Лавка Боевых Украшений» и «Брутальный Стиль: кольчуги и мангалы». Повсюду сновали внушительные фигуры оборотней — мускулистые, с густой шерстью на груди, рельефным прессом и выражением лица: «я даже во сне опасен».

Вася не удержался и заглянул в один из магазинов под названием «ТопорСыновья». Судя по интерьеру, заведение одновременно выполняло функции арсенала и спортзала.

Он медленно брел вдоль витрины, словно прогуливался по залу славы тяжелого вооружения. Здесь были мечи, настолько массивные, что скорее напоминали железнодорожные рельсы с рукояткой. Один из них был украшен черепами (надеялся — бутафорскими), другой — едва заметно пульсировал красным светом, словно внутри него дремала запретная магия.

Чуть дальше лежал арбалет размером с диван, а его стрелы больше напоминали копья, пригодные разве что для охоты на драконов с плохим характером.

Были и кинжалы — на фоне остального снаряжения они выглядели почти мило.

Но взгляд Васи все-таки остановился на топоре, висящем на стене. Он был размером с мопса. Металл отливал холодной сталью, а рукоять была окована какими-то явно древними символами.

Вася огляделся — все вокруг были заняты: кто-то рассматривал доспехи, кто-то спорил с продавцом о дальнобойности огненной булавы. Он подошел к топору и, наполовину в шутку, потянул его вверх.

Топор даже не шелохнулся.

Вася нахмурился, перехватил поудобнее, напрягся, попытался еще — тщетно. Все, чего он добился — это нескольких отпечатков пальцев на полированной поверхности.

С легким смущением он оттянул рукав своего горчичного свитера и, оглядываясь по сторонам, быстро стер следы. Затем отошел от стены с видом знатока, который якобы оценивал, как хорошо сбалансировано оружие.

Вдоволь наглядевшись на арсенал, от которого любой фанат боевого фэнтези мог бы прослезиться, Вася направился к выходу. И, как назло, в дверях столкнулся нос к носу с оборотнем.

Точнее — своим носом Вася едва не уперся ему в мохнатую грудь. Вася среагировал молниеносно: словно река, обтекающая двухметровый валун, обтянутый мехом, он юрко обошел оборотня, извинился под нос и выскользнул наружу.

На улице его тут же обдало воздухом, насыщенным брутальностью, как парилка — эвкалиптом. Здесь пахло железом, дровами, потом и… легкой нотой вяленого мяса.

Вася втянул в себя этот мужественный коктейль и пошел по главной улице в поисках места, где можно было бы перекусить — а еще лучше, лечь и некоторое время ничем не заниматься.

Он оглядывался по сторонам, и его взгляд скользил по двухметровым оборотням, идущим по мостовой так, будто это они вымостили ее лично, голыми лапами и на спор. У одного была кольчуга, как у статуи на гербе, у другого — топор через плечо, как будто с ним он и хлеб режет, и телевизор переключает. Все они были крепкие, как шкафы, и уверенные, как будто жизнь — это квест, который они уже прошли на максимальной сложности.

Заразившись этой атмосферой, Вася даже втянул живот. Живот был не от приседаний, а, честно говоря, от пельменей, но на волне общей мускулистой ауры он решил: а почему бы и нет?

Удержался он в этом героическом напряжении ровно девять секунд. В забеге на выносливость Вася бы уступил даже курантам. Потом организм возмутился, вернул все на место, а Вася мысленно пожал плечами: ну, пытался же.

Теперь главное — найти еду. И желательно такую, чтобы ее не надо было добывать с оглушительным ревом в лесу.

Взгляд Васи сам собой зацепился за вывеску: «Звериная честность в тесте». Ни тебе меню, ни милых занавесочек — только массивная деревянная дверь, закопченный факел у входа и запах жареного мяса, который ударил в нос, как добрый хук справа.

Внутри все было так, как и положено в заведении, где питаются настоящие альфы: грубые дубовые столы, скамьи, которые скрипят под тяжестью бойцовских задниц, стены, украшенные трофеями — от шкур неизвестных тварей до разбитых щитов с гордым «брал на себя троих». Вместо фоновой музыки — гул разговоров, звон кружек и сочное чавканье.

За прилавком стояла Она.

Женщина с большой буквы. Волосы — туго стянуты в пучок, как аркан. Фартук — в муке и мясных брызгах, грудь — как две уверенные цитадели, взгляд — цепкий, как у боевого инструктора, но с теплом, которое могло бы растопить даже лед в глазах дракона.

И Вася понял: он пришел по адресу.

Глава 5

Вася подождал, пока перед ним пронесут поднос с таким количеством мяса, что у любого диетолога бы сердце остановилось, и подошел к прилавку с видом человека, который точно знает: голодный живот — не союзник в незнакомом мире.

Женщина за стойкой перевела на него взгляд — спокойный, оценивающий, с едва заметной улыбкой в уголках губ.

— Добрый день, — сказал Вася, выпрямившись, словно хотел компенсировать отсутствующий кошелек осанкой. — Я бы не отказался от чего-нибудь горячего. Только, скажу честно… — он слегка понизил голос, — местной валюты у меня нет.

Он выдержал небольшую паузу.

— Но я не из тех, кто ест на халяву. Могу помочь — чем угодно. Поднести, помыть, прибрать. Дров нарубить…

В ее глазах что-то весело сверкнуло.

— Дров нарубить?! — усмехнулась она, опираясь локтями на прилавок. — Да у нас тут мужчины одним ударом трехсотлетние дубы валят…

Вася всерьез задумался: ну да, с дровами он, пожалуй, погорячился… Чтобы поднять тот топор — размером с мопса, но по весу больше напоминающий турбированный холодильник — ему придется не один год питаться протеином, бегать в гору с рюкзаком и, возможно, тренироваться под присмотром одного из тех оборотней, что ломают столетние дубы взглядом.

Он прикинул: если начать прямо сейчас, к пенсии, может, и осилит замах. Срубит хотя бы одно дерево. Но даже с этой перспективой мысль о тренировках не казалась такой уж пугающей — куда страшнее было остаться голодным в городе, где мясо ели на завтрак, обед и между боями.

Без труда прочитав на лице Васи все его внутренние подсчеты, сомнения и муки, женщина усмехнулась — низко, приятно, как будто щелкнула каблуком по бетонному полу.

— Ладно, — сказал он, понизив голос. — Тогда, может… у вас кипяточек найдется? Я бы пельмени сварил.

Она прищурилась, снова с интересом посмотрела на него и подала ему деревянную тарелку, на которую с грохотом опустила сочную отбивную, пару ломтей хлеба и что-то вроде рагу, где встречались грибы, мясо и… возможно, хвостики какой-то крайне недружелюбной лесной твари.

Вася вздохнул с облегчением, взял тарелку — и уже собирался поблагодарить, но тут вдруг спохватился.

— Простите, а как тут вообще принято обращаться к женщинам? Ну, чтобы… уважительно.

Она чуть прищурилась, подалась вперед, и уголки губ снова дрогнули.

— Говори: «Богиня». Не ошибешься.

Вася моргнул — медленно, неуверенно. Мозг, получив красивую, но совершенно непредусмотренную команду завис на слове «Богиня». Он явно не понял, всерьез это было сказано или в шутку, но все же собрался, перезагрузился внутренне и выдал:

— Спасибо, Богиня.

— Пожалуйста, милый человечек, — ответила она с усмешкой.

Кажется, внутренняя операционная система Васи снова немного подвисла. Пытаясь как можно скорее переварить происходящее, он крепко зажмурился, а затем с усилием распахнул глаза.

Сбоку тут же донесся чей-то приглушенный голос — таким обычно говорят о ком-то в транспорте или очереди, глядя исподтишка, но с такой выразительной интонацией, что внимание собеседников приковывается сразу:

— О Мохнатые Боги, вы это видели?.. Он моргнул не как герой!

Вася почти физически почувствовал, как кто-то ткнул соседа локтем: мол, смотри-смотри, какой-не-альфа!

— Он такой… обычный.

— Бедненький… — добавил кто-то с фальшивым сочувствием.

— Эх… не повезло парню, — подвел итог последний, будто озвучил медицинское заключение.

Вася скользнул взглядом по группе альфа-подростков — все как на подбор: мускулистые, самоуверенные, с таким видом, будто уже дважды спасали мир — и пошел дальше, искать, где бы присесть, чувствуя себя… тупым карандашом в коробке с армейскими ножами.

Мясо, приготовленное местной Богиней, было… легендарное. Не просто прожаренное — выстраданное, вырубленное в бою, вылежанное на углях и политое чем-то таким, от чего даже запах казался мужественным. Сочная корочка, под которой скрывалась плоть — мягкая, волокнистая, будто само мясо знало, что его будут есть настоящие альфы, и потому приготовилось быть идеальным.

Для голодного Васи, который еще немного — и всерьез начал бы рассматривать кору деревьев как источник клетчатки, это было как видение. Он не ел, он впитывал.

Первый укус прошел по организму, как команда: «всем системам — работать!»

Второй — напомнил, что жизнь, оказывается, не так уж и плоха.