Ричард Суон – Тирания веры (страница 58)
Ближе к ночи мы вернулись в ту уединенную комнату, где Вонвальт объяснял нам план действий, и перекусили. Нам нужно было набраться сил, ведь в ближайшие часы никому бы не представилась иная возможность поесть… а для кого-то этот ужин мог и вовсе оказаться последним. Из всех нас плотно поели лишь гребцы, которые жадно проглотили несколько тарелок снеди и эля. Я весь ужин ковыряла куриную ножку, но в конце концов смогла сжевать только ее соленую хрустящую кожицу.
Мы обменялись парой слов, но большую часть времени сидели молча. Наконец в комнату вошел Вонвальт, румяный от морского ветра и пропахший соленой водой.
– Сейчас грести трудновато, – сказал он, обращаясь к гребцам. – Но местные говорят, что к вечеру море уляжется. Они хорошо читают по облакам, и у меня нет причин сомневаться в их предсказаниях. – Он махнул остальным. – Идемте все, можем начать приготовления. Скоро уже совсем стемнеет.
Мы облачились в темные одежды, а гребцы – единственные, кому разрешили надеть доспехи, – в кожаные кирасы. Я бы предпочла переодеться отдельно от остальных, но мне явно не стоило разгуливать по городу в черных ботинках, черных штанах и черной блузе. Наш отряд и так привлекал немало внимания.
Одевшись, самые бледнокожие из нас по очереди натерли лица, шеи и руки смесью масла и древесного угля. Выглядели мы после этого глупо, но каждая мелочь, улучшавшая нашу маскировку, того стоила.
Наконец настало время вылазки. В Линосе по ночам царила кромешная тьма, фонарей на улицах не было. Перед пабами горели небольшие жаровни, но этот город жил точно так же, как и все остальные маленькие поселения Империи: когда садилось солнце, работа прекращалась, люди ужинали, после чего многие из них ложились в кровать и предавались сну, что становилось особенно заманчиво в короткие весенние ночи.
Мы вышли из таверны незамеченными и быстро скрылись во тьме. Сэр Радомир, я и вторая команда гребцов последовали приказу Вонвальта и направились к западному мысу. Сам Вонвальт, капитан Галла, Дубайн и остальные гребцы, возглавляемые Леканом, ушли к восточному мысу.
Мы с сэром Радомиром побежали параллельно берегу, но ловкие, атлетичные гребцы быстро опередили нас. Низкий потолок из пятнистых облаков закрывал собой ночное небо, и чернота моря простиралась перед нами, подобно распахнутой пасти зверя. Я слышала шум волн, но почти не могла разглядеть, как они разбиваются о берег, и тогда меня впервые охватил глубочайший страх перед тем, что мы собирались сделать. Находясь на службе у Вонвальта, я часто бездумно бросалась выполнять его приказы, не сомневаясь в здравом смысле моего господина и в его способности уберечь нас от гибели. Так же я поступила и теперь. Но сэр Конрад был не в силах защитить меня от набегающей волны, которая могла опрокинуть нашу гребную лодку, равно как был не в силах предотвратить восход солнца.
Мы бежали минут десять или пятнадцать, но наконец добрались до мыса и стали пробираться через камни и кустарники. Несколько раз я чуть не подвернула лодыжку, а один раз услышала, как выругался сэр Радомир, врезавшийся в кипарис. Тем не менее наши глаза вскоре привыкли к темноте, и мы смогли спуститься по скользким камням к тому месту, где гребцы уже стаскивали на воду нашу лодку. Та оказалась у́же, чем я ожидала; такой, что мне и сэру Радомиру пришлось бы прижаться друг к другу, чтобы уместиться в ней. На корме я увидела крюки, короткие мечи и одноручные топоры. Лишь тогда я поняла, что наши спутники, скорее всего, были не просто гребцами, а мастерами абордажа, которые служили в имперском флоте.
Поблизости я приметила груду сухого мха, листьев и веток, которую мы должны были поджечь, если заметим корабль на западе.
– Поднимайся наверх и смотри в оба, Хелена, – велел сэр Радомир, отправляя меня на верхушку невысокой скалы. – Твои глаза моложе моих и видят дальше и лучше.
Я в этом сомневалась, однако послушно вскарабкалась обратно на скалу и, чтобы спрятаться получше, легла в траву. Дул прохладный ветерок, и мои зубы стучали. Ожидание снедало меня изнутри.
Ждать пришлось долго.
Прошел час или даже два после наступления темноты, и я наконец увидела приближающийся корабль – черный силуэт на фоне черного ночного неба. Судно было океанским, но небольшим, с квадратными парусами, водоизмещением тонн в тридцать или пятьдесят. Оно шло медленно, едва подталкиваемое бризом, хотя в миле или двух от берега ветер, наверное, дул сильнее. К счастью, это был не огромный океанский каррак, а небольшой когг. Хотя бы это играло нам на руку. Взобраться по его борту на палубу казалось непросто, но и ничего невозможного я в этом не видела.
Я огляделась и осмелилась приподнять голову, чтобы окинуть взглядом залив. Других судов на воде не было. Ночь выдалась почти безветренная, прохладная, и, несмотря на отсутствие лунного света, я довольно неплохо все видела. В мою голову сразу же полезли сомнения в том, достаточно ли хорошо мы замаскировались.
Я подползла к краю скалистого выступа и позвала сэра Радомира. Несмотря на шелест морского бриза, плеск волн и на то, как далеко от нас шел корабль, я была уверена, что в такой тишине меня точно услышат все.
Однако мне пришлось дважды прошипеть его имя, прежде чем бывший шериф откликнулся.
– Что? – прошипел он в ответ. – Ты их видишь?
– Да, кажется. Думаю, вам стоит подать сигнал остальным.
Сэр Радомир выругался, повозился с огнивом, и наконец внизу полыхнул небольшой огонек. На противоположном мысу я увидела едва заметный ответный отблеск, который тут же погас. Мы сразу же затоптали и наш костер.
Я спустилась по камням вниз, и гребцы помогли мне забраться в лодку. Трое из них уже сидели на своих местах; четвертый стоял по колено в воде, готовый отдать швартов, который он привязал к мысу.
Сэр Радомир вошел в воду, затем забрался в лодку и сел рядом со мной. Отбросив все правила приличия, мы прижались друг к другу плечами.
Теперь нам оставалось лишь сидеть и ждать.
XXIII
Капкан захлопывается
Я никогда не забуду ту ночь. Мы смотрели, как когг медленно, почти степенно пересекает залив и становится на якорь примерно в полумиле от сундука. Сам сундук мы выкрасили в белый цвет, чтобы его можно было разглядеть на фоне неспокойного чернильно-черного моря, и я подивилась тому, сколь эффективным оказался этот простой трюк.
В какой-то миг мне показалось, будто ветер доносит до меня мужские голоса. Удивительно, как звонко разносятся звуки в ночной тиши. Мое сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот пробьет мне грудную клетку. Напряжение было невыносимым. Несмотря на невероятную опасность, которая ждала нас впереди, мне хотелось, чтобы все поскорее закончилось. Любое действие было лучше ожидания.
Мое внимание привлекли постукивания и шепот гребцов, которые едва заметно указали на что-то. Приглядевшись, я увидела, как с когга спускают на воду шлюпку. Та медленно направилась к сундуку, и я забеспокоилась, видя, как трудно ей пересекать воды залива. Наконец она поравнялась с сундуком. Я разглядела в шлюпке двоих человек; они отвязали сундук от якоря, который лежал на дне и удерживал его на месте, после чего втащили выкуп на борт. Когда сундук упал на дно шлюпки, раздался глухой деревянный стук. После этого прошло еще минут десять – видимо, двоица проверяла, на месте ли золото, – а затем они отправились в обратный путь.
К тому моменту я так разнервничалась, что меня тихо вырвало за борт нашей лодки. В других обстоятельствах сэр Радомир мог бы презрительно усмехнуться, но сейчас он просто сочувственно похлопал меня по плечу.
Прошло еще пятнадцать или двадцать минут. Мы ждали, когда шлюпка подойдет к коггу.
И едва это случилось, мы внезапно сорвались с места.
Гребец на носу отбросил швартов, который удерживал нас у мыса, и меня вжало в корму, когда сила четырех пар могучих рук вдруг выбросила нас в Гралльское море.
Как и моя первая поездка по Имперской Эстафете в Хаунерсхайме, эта безумная гонка к коггу похитителей осталась рельефным шрамом на моей памяти. От напряжения и от резких рывков гребной лодки меня еще несколько раз стошнило. Даже сэр Радомир не сумел удержать в желудке его скромное содержимое. Ветер, едва ощутимый на берегу, теперь ревел у меня в ушах как штормовой. Брызги соленой воды быстро пропитали мою одежду.
Я постоянно поглядывала налево. Хорошенько прищурившись, я могла рассмотреть лодку, которая несла на борту Вонвальта и капитана Галлу. Было чрезвычайно трудно увидеть их на фоне моря и неба, и лишь по редкому облаку белых брызг я понимала, что там что-то есть.
Не знаю, сколько времени мы неслись к коггу. Казалось, что прошло уже больше пяти минут, которые предсказывал Лекан, но точно не больше десяти. Когда мы наконец приблизились к кораблю, наши враги уже вытащили из воды свою шлюпку, однако они, похоже, не собирались ни отпускать княжича, ни поднимать паруса, чтобы поскорее сбежать. Меня подспудно смутило отсутствие спешки в их действиях, но я решила обдумать все странности позже.