Ричард Шварц – Внутренние семейные системы. Принципы и методы подхода от основателя IFS-терапии (страница 6)

Изучая труды некоторых из этих эзотерических школ, включая школу Махаяны (буддизм) и суфизм (ислам), я постепенно осознал, что, взаимодействуя с частями людей способами, которые позволяют им отделиться от своих эмоций и убеждений, я случайно наткнулся на простой способ помочь людям достичь состояния сознания, к которому стремились эти традиции с помощью медитации и других техник. Я обнаружил секрет богов.

Процесс сосредоточения на какой-то части себя и просьбы к ней отступить похож на формы медитации, в которых люди отделяются от своих мыслей и наблюдают за ними. Например, випассана, популярная форма буддийской медитации, предполагает простое наблюдение за каждой возникающей мыслью или эмоциональным состоянием. Чем больше вы замечаете – отстраняетесь, – вместо того чтобы становиться своими мыслями и эмоциями или отождествлять себя с ними, тем больше расслабляетесь, становясь собой, той частью, которая не равна вашим мыслям и эмоциям. Буддийские учения говорят об этом как о пребывании в «состоянии пустоты», «не-я». Зачастую они имеют в виду отсутствие эго или обусловленного ума – то, что я называю отсутствием частей. Знание об этом особом месте внутри нас не ограничивается восточными традициями. Томас Мертон, один из самых значительных христианских ученых XX века и убежденный сторонник межконфессионального диалога, писал следующее.

Если мы погружаемся в себя, находя свое истинное «Селф», а затем выходим «за пределы» внутреннего «Селф», мы плывем вперед, в необъятную тьму, в которой сталкиваемся с «я есть» Всемогущего. Наше сокровенное «Селф» существует в Боге, и Бог обитает в нем. Следовательно, христианский мистический опыт – это не только осознание внутреннего «Селф», но и эмпирическое постижение Бога как присутствующего в нашем внутреннем «Селф»[2].

Мертон разработал центрирующую молитву – медитативную практику, которая получила широкое распространение среди христиан на Западе во многом благодаря монаху-трапписту и теологу, отцу Томасу Китингу, который согласен с тем, что «Бог и наше истинное “я” неотделимы друг от друга»[3]. Квакеры называют это Внутренним светом. Буддисты – Ригпа, или природой Будды. Индуисты называют это Атманом, или самостью. Христианский мистик XIV века Мейстер Экхарт назвал это Божественным семенем. Для суфиев это Возлюбленный – Бог внутри.

Неважно, верите ли вы, что это Бог внутри вас или более высокий уровень сознания, в традициях по всему миру существует распространенное убеждение, что такое место существует внутри нас и что к нему нетрудно подключиться. Слова, используемые различными традициями для описания состояния «Селф», – внутренняя мудрость и сострадание, чувство свободы, легкости, раскрепощенности, стабильности, ясности – обозначают некоторые из качеств, о которых сообщают мои клиенты и которые проявляются, когда их части отступают назад и высвобождается «Селф» (самость). Люди веками знали об этом умиротворенном состоянии, которое я называю «Селф».

Но это состояние – не исключительная прерогатива духовных искателей. Недуховные практики также осознали преимущества подавления шума разума. Например, Бетти Эдвардс, автор книги «Откройте в себе художника»[4], обнаружила, что в этом состоянии люди могут рисовать гораздо лучше, чем им казалось. Писатель Тимоти Голви создал множество книг, в том числе «Теннис как внутренняя игра»[5], где описывается, насколько лучше спортсмены выступают, когда находятся в таком состоянии. Разработчики биологической обратной связи Элмер и Элис Грин обнаружили, что, когда люди достигают состояния тета-волн мозга – глубокого расслабления, полного образов, – они могут добиться замечательного контроля над физиологическими процессами, которые считались неконтролируемыми. Это открытие побудило психолога Юджина Пенистона обучать хронических алкоголиков достигать тета-состояния. Открытие того, что они бросили пить, создало поле для обучения биологической обратной связи при лечении широкого спектра расстройств. Исследователь Михай Чиксентмихайи назвал это состояние потоком и выяснил, что оно характерно для всех творческих и высокоэффективных людей.

Кажется очевидным, что это осознанное состояние «Селф» – не просто мирный уголок, из которого можно наблюдать мир, и не просто состояние, в которое можно перейти, чтобы превзойти мир; «Селф» также обладает целительными, творческими и повышающими производительность качествами. Когда мои клиенты входили в состояние «Селф», они не просто пассивно наблюдали за своими частями, а начинали активно взаимодействовать с ними творческими и целительными способами. Аня и другие стали относиться к своим частям так, как тем, казалось, было нужно. Эти клиенты стали проявлять зарождающееся сострадание, ясность сознания и мудрость, чтобы лучше узнать этих внутренних личностей и заботиться о них. Пессимисту Ани нужно было услышать от нее, что, хотя когда-то ей было очень больно и она была вынуждена отступить, больше не нужно защищать ее так. Субличности, такие как пессимист, казались жертвами внутренней травмы, застрявшими в прошлом, их сознание застыло во временах больших страданий. Другие нуждались в том, чтобы их утешали, любили или просто выслушивали. Мы настолько привыкли бороться и желать избавиться от подобных частей, что понятия не имеем, кто они на самом деле.

Самым удивительным из всего этого было то, что, оказавшись в таком состоянии, клиенты, казалось, точно знали, что делать или говорить, чтобы помочь каждой внутренней личности. Постепенно стало ясно, что мне не нужно учить их иначе относиться к этим мыслям и эмоциям, которые они называли частями; либо они автоматически начнут делать то, что нужно части, либо станут задавать вопросы, которые помогут найти способы исцелить часть. Моя работа заключалась главным образом в том, чтобы попытаться помочь клиентам оставаться в состоянии «Селф», а затем уйти с их дороги, когда они становились терапевтами для своих внутренних семей.

Я также обнаружил, что, когда клиенты обращались к своему «Селф», они начинали иначе относиться к окружающим их людям, не только к своим частям. Казалось, что до того, как клиенты начали применять IFS, у большинства из них были части, которые не доверяли лидерству своего «Селф» во внешнем мире. Эти части включились в работу, чтобы справиться со многими видами внешних воздействий, поскольку верили, что должны защитить систему. Они были похожи на детей, вынужденных исполнять роль родителя. Такие дети не верят в способности старших и, следовательно, смело берут на себя ответственность за благополучие близких, которая выходит за рамки их возможностей.

Ситуация менялась – части-защитники начинали больше доверять себе в том, что клиенты могут руководить внешним миром, – и либо отношения моих клиентов становились более гармоничными, либо они находили в себе мужество завершить отношения, которые были эксплуататорскими. Они стали менее реактивными в кризисных ситуациях, и эмоциональные эпизоды, которые раньше приводили их к этим ситуациям, меньше подавляли их. Теперь они понимали, что такие эпизоды – следствие проблем какой-то их части, а не их как целостной личности, и, вместо того чтобы сливаться с этой частью, они замечали это и пытались утешить ее. Им не всегда удавалось утихомирить это чувство, но простое осознание того, что его власть над ними не абсолютна, помогало им оставаться более сосредоточенными. Они могли бы подождать, пока буря утихнет, уверенные в том, что их «Селф» возродится и солнце снова засияет.

После того как вы узнаете себя получше, вы сможете почувствовать, когда в окружающих вас людях присутствует «Селф», а когда его нет. Человека, которого ведет «Селф», легко идентифицировать. Перефразируя шутку, у вас создается впечатление, что «свет горит и кто-то дома». Другие люди описывают такого человека как открытого, уверенного в себе и принимающего – обладающего присутствием. Вы сразу же чувствуете себя непринужденно рядом с ним, ощущая, что можете безопасно расслабиться и высвободить собственное «Селф». О человеке в таком состоянии вы можете сделать вывод вроде: «Он мне нравится, потому что мне не нужно притворяться, с ним я могу быть собой». По глазам, голосу, языку тела и энергии этого человека вы можете сказать, что находитесь в присутствии кого-то аутентичного, надежного и непритязательного. Вас привлекает отсутствие повестки дня или потребности в саморекламе, а также его страсть к жизни и стремление к служению. Когда человек руководствуется собой, его не нужно принуждать действовать верно, ссылаясь на моральные или юридические законы. Он от природы сострадателен и мотивирован каким-то образом улучшать условия жизни людей, осознавая, что мы все взаимосвязаны.

Всякий раз, когда я начинаю описывать качества того, кого ведет его «Селф», во мне пробуждаются части, чувствующие себя неадекватными. Хотя иногда я могу воплотить некоторые из этих качеств, чаще всего я далек от этого человека. Я полагаю, одна из ошибок отдельных организованных религий заключается в том, что они поддерживают образ святого человека как идеал того, какими должны быть их последователи, но дают мало практических советов о том, как этого достичь, – разве что с помощью силы воли или молитвы. В результате люди чувствуют себя хронически неполноценными и злятся на свои недостаточно развитые эмоции и мысли.