Ричард Шварц – Подлинная форма близости (страница 2)
На нашей второй сессии я предложил Курту и Мариссе сделать такой разворот, и они вначале отреагировали так же, как и большинство пар. Марисса сказала: «Я готова посмотреть на свою роль в этом, но что насчет того, как Курт задевает мою самооценку? Он редко не находит повода для критики». Курт был столь же упрям: «Предполагается, что я должен работать над собой, поэтому я просто принимаю отсутствие интереса Мариссы к сексу? Вы ожидаете, что я смирюсь с браком без секса?»
То, что я предлагаю в этой книге, трудно продать в западной культуре. Мы в первую очередь стремимся от партнера получать то, что нужно, чтобы чувствовать себя хорошо, и не верим, что можем многого добиться от себя. Мы хотим преобразовать источник боли во внешнем мире, а не внутри себя. Этот внешний фокус — и связанные с ним методы приспособления — в лучшем случае даст лишь временное облегчение от внутренних и внешних бурь, которые постепенно разрушают плодородный слой почвы отношений. Есть другой способ, и мы рассмотрим его в этой книге. Однако для начала подробнее рассмотрим проблемы, связанные с этими представлениями о приспособлении.
По причинам, которые будут подробно рассмотрены далее, вашему партнеру не удастся долго доставлять вам удовольствие. Например, если у вас была тяжелая жизнь, полная отвержения и одиночества, его любовь может лишь временно развеять дым никчемности и отвращения к себе, которые будут возвращаться всякий раз, когда человек будет далеко или в другом настроении. Если вы вступаете в отношения, ожидая, что партнер будет таким спасителем, в какой-то момент вы неизбежно разочаруетесь.
Западная культура и многие эксперты по взаимоотношениям в ней выдали нам неверные карты и неподходящие инструменты. Нам говорили, что любовь, в которой мы нуждаемся, — сокровище, спрятанное в сердце особенного партнера. Стоит найти его — и любовь, которой мы жаждем, прольется подобно эликсиру, заполняя пустоту внутри и исцеляя боль.
Когда эта любовь застывает, даже на мгновение, мы пугаемся и начинаем работать над одним из трех проектов. Первые два предназначены для того, чтобы вернуть нашему партнеру роль любящего спасителя. Третий — для того, чтобы отказаться от этого начинания и найти другие варианты.
Первый (и самый распространенный) проект предполагает непосредственную попытку заставить партнера стать таким, каким он был прежде. Некоторые достают тупые пилы, скальпели или динамит в попытке пробить корку, окружающую его сердце. Мы умоляем, критикуем, требуем, ведем переговоры, соблазняем, удерживаем и стыдим в попытке заставить человека измениться. Большинство людей сопротивляются таким грубым попыткам провести им операцию на открытом сердце. Они чувствуют скрытую критику или манипулирование, стоящие за этими попытками изменений, и начинают защищаться.
Второй проект заключается в том, чтобы использовать многие из тех же грубых инструментов на себе. Сначала мы стремимся выяснить, что партнеру в нас не нравится, а затем пытаемся сделать из себя то, чего, по нашему мнению, он хочет, даже если образ далек от нашей истинной природы. С помощью самокритики и стыда мы стараемся избавиться от некоторых черт своей личности или сбросить лишние килограммы, надеясь, что, если мы угодим партнеру, он полюбит нас. Поскольку этот проект самопреобразования неискренний, он обычно также приводит к обратным результатам.
Последний проект начинается, как только мы отказываемся от любви, которой жаждем от партнера. В этот момент мы начинаем закрывать перед ним свое сердце и либо искать другого партнера, либо притуплять чувства или отвлекаться от боли и пустоты настолько, чтобы сохранить отношения, либо притуплять чувства и принимать жизнь в одиночестве.
Все это проекты по изгнанию. В первом случае мы пытаемся заставить партнера изгнать те его части, которые угрожают нам. Во втором — работаем над тем, чтобы изгнать части себя, которые, по нашему мнению, не нравятся партнеру. В третьем — изгоняем те части, которые привязаны к партнеру. Как я расскажу позже, за любое изгнание в отношениях приходится платить.
Хотя пары приходят на терапию с жалобами на всевозможные проблемы, обычно нетрудно разглядеть за их дисфункциональными моделями взаимодействия комбинацию каких-либо перечисленных проектов. Все потому, что у большинства есть внутренние хранилища, полные боли, стыда и пустоты. Большинство не знают, как справляться с этими эмоциями, кроме как заглушать их или отвлекаться от них, пока мы наконец не получим любовь особенного другого человека.
Автор бестселлеров Дебби Форд так описывает борьбу со своим ощущением никчемности: «К тому времени, когда мне исполнилось пять лет, я была слишком хорошо знакома с голосом в голове, говорящим мне, что я недостаточно хороша, никому не нужна и мне здесь не место. Глубоко внутри я верила, что со мной что-то не так, и изо всех сил старалась скрыть свои недостатки»[1]. Любой из моих клиентов или я сам мог бы сказать то же самое. Вследствие таких мыслей люди начинают искать способы справиться с этой внутренней тоской, пока не найдут человека, чья любовь, как их учили, заставит ее исчезнуть.
Когда Дебби была ребенком, ее стратегия борьбы с тревогой состояла в том, чтобы с помощью обаяния и хороших оценок поддерживать постоянный поток одобрения, заглушающий негативный голос. Но однажды это перестало работать. «Когда я не могла найти никого, кто поддержал бы меня или сказал, что со мной все в порядке, я пробиралась через улицу в ближайший магазин и покупала упаковку брауни и бутылку колы. Казалось, эта доза сахара действительно помогала». Однако когда Дебби было двенадцать, ее родители решили развестись, и боль и стыд от этого внезапного события воспламенили все жгучие эмоции, которые она сдерживала, и усилили глубоко укоренившийся страх, что она ущербна, сломана и ей досталась плохая жизнь[2].
Какой-то вариант жалобного вопроса «Неужели этот особенный человек не придет и не полюбит меня?» живет в большинстве из нас и побуждает к поиску сокровищ и грубым попыткам операций на открытом сердце. В эти мрачные моменты мы чувствуем себя такими обделенными, отчаявшимися, одинокими, что романтическое спасение кажется единственным решением. Множество информации, которую мы получаем от друзей, семьи и из СМИ, укрепляет нашу уверенность в этой расплывчатой идее.
Дебби продолжала использовать свои достижения и безупречную внешность, чтобы не увязнуть во внутренней трясине ненависти к себе, но обнаружила, что этого недостаточно. «Я начала пытаться заглушить постоянный внутренний шум с помощью запрещенных препаратов. Меня гипнотизировал непрерывный внутренний диалог — история, которую я рассказывала себе снова и снова, о том, что у меня никогда ничего не получится, не будет любви, безопасности и внутреннего покоя, которых я так отчаянно желала»[3].
Как и следовало ожидать, отчаянные поиски решения привели к поиску сокровищ. «Когда мне было за двадцать, я добавила мужчин в свой рецепт обезболивающего. К сожалению, мои отношения с ними, казалось, всегда имели неприятные последствия. Они начались с подъема, который сулил спасение, и закончились падением, из-за которого я оказалась в яме еще более глубокой, чем вначале»[4].
Последнее предложение суммирует опыт большинства из нас. Мы испытываем сильный восторг, когда находим предполагаемого спасителя, который будет любить нас и докажет, что мы не такие уж никчемные, обеспечит спасение, которого мы так долго искали.
Проблема, которую мы рассмотрим в этой книге, заключается в том, что партнер может избавить вас от чувства никчемности не лучше, чем еда, запрещенные препараты, достижения или безупречная внешность. Следовательно, они разочаровывают внутренние отчаявшиеся части, погружая человека еще глубже в яму безнадежности и отчаяния. Именно в этот момент он запускает один из трех проектов, обсуждавшихся выше.
К счастью, есть способ избавиться от боли и стыда, которые управляют этими паттернами. Первый шаг к достижению цели — переключить свое внимание. Подобно Дебби, большинство из нас изо всех сил стараются избегать своей внутренней жизни и сосредоточить внимание на внешних решениях, которые включают поиск или смену спасителя. Я пытаюсь убедить пары полностью переключить свое внимание, направляя их к внутренним мирам, в которые они боятся ступать, а не от них.
Вслушиваясь в глубины себя, мы сталкиваемся со множеством различных чувств, фантазий, мыслей, импульсов и ощущений, которые составляют фоновый шум нашего повседневного пребывания в этом мире. Когда люди удерживают внимание на одном из этих внутренних переживаний и задают вопросы о нем, то обнаруживают, что это нечто большее, чем просто мимолетная мысль или эмоция. Внутри каждого из нас находится сложное семейство субличностей, которые я называю