Рейчел Кейн – Пепел и перо (страница 47)
Однако львицы издали мягкий механический рокот, когда Томас похлопал их по голове, и последовали за ним, когда он зашагал.
– Скорей, – сказала Морган. – Джесс, скажи: «Я ваш друг». Остальные, сделайте то же самое по очереди.
Это казалось глупым, однако Джесс сказал, и как только он это сделал, то увидел, как львицы в унисон поворачиваются, чтобы взглянуть на него. Запоминают его, понял Джесс, на будущее. Все сделали то же самое, даже Брендан. Брат выглядел так, будто не верил в это ни на грош, и Джесс его не винил, однако львицы никого не тронули, когда Томас отправил их ходить по кругу вокруг их компании, охраняя. Точно собственную почти невидимую металлическую армию, которая сопровождала их на берег. Сломанную и перепрограммированную.
Теперь у них был собственный львиный прайд.
Подойдя ближе, Дарио произнес:
– Архивариус прав, знаешь ли. Мы опасны.
– И лучше бы нам оставаться опасными, – ответил Джесс. – Иначе мы все умрем.
Отчего-то Джесс вовсе не удивился, когда увидел, что над кораблем, пришвартовавшимся в уединенной бухте, развевался знакомый флаг: флаг Александрийской великой библиотеки. Золотой глаз бога Гора, который вился, шуршал на сильном ветру и, кажется, сверкал, хотя солнце и скрывали облака.
Корабль, однако, не принадлежал Библиотеке. Джесс это точно знал, потому что узнал девушку, стоявшую на берегу в окружении небольшой армии суровых мужчин и женщин без какой-либо униформы.
– Сестрица Анита, – весело поздоровался с ней Брендан и тут же заключил в крепкие объятия. – Как я рад тебя видеть!
– Отпусти меня. – Она не обняла его в ответ, и голос ее звучал холодно, так что Брендан ее выпустил и сделал шаг назад. Несколько шагов. – Я сделаю вид, что ты меня не обнимал. – Она проигнорировала его и перевела свой взгляд. – Братец Джесс.
Девушка была египтянкой до мозга костей и кровного родства с ним не имела. Однако она была Джессу сестрой по бизнесу, и этим было все сказано. Ее отцом – и это ясно, подумал Джесс, по красным полоскам на корабле, – был Красный Ибрагим, один из самых могущественных контрабандистов в мире… а также книжный контрабандист Александрии, города, в котором заниматься подобным делом было чрезвычайно рискованно и практически невозможно. Ее отца нельзя было недооценивать… как нельзя было недооценивать и юную Аниту, так что пусть она и выглядела невинно прелестной, но была не менее опасной и умной. Она лишь начинала изучать тонкости торговли, но добивалась немалых успехов, едва ли повзрослев.
– Да ты шутишь, – сказал брату Джесс. – На помощь нам ты вызвал
– Я была не в Александрии, – сказала Анита. – Я доставляла заказ из Египта в Мексику, а также принимала кое-какой товар. Чтобы сделать здесь остановку, пришлось немного потрудиться. Однако платить придется вам. – Она улыбнулась. Джессу, не Брендану. – Мой отец ничего не делает бесплатно.
Не приходилось сомневаться в том, что на Брендана ей было плевать. Она теперь выглядела старше, подумал Джесс… выше и объемнее в своих практичных штанах и куртке. Вооружена она была как пистолетом, так и ножом, хотя нож выглядел почти что сувенирным. Ее темные волосы были собраны в бездумный пучок, и когда она легонько поклонилась Джессу, он сделал то же самое, но склонился чуточку ниже.
– Разве вы не договорились? – спросил Джесс у брата. Брендан вскинул брови. Знакомый жест. Выводящий из себя.
– В обмен на что? Тебе повезло, что я вообще сюда добрался, раздав кучу обещаний, и вовремя спас твою шкуру. Па со мной своими богатствами не делится. Если тебе нужно скрыться, то и сделку заключаешь ты.
– Прости, – сказала Анита, и это прозвучало вполне себе искренне. – Ты же понимаешь, это бизнес, ничего личного.
– Понимаю.
– И что, у тебя есть что предложить? Мне не хочется бросать тебя здесь, на милость… ну, врагам.
Джесс повернулся к Томасу, который протянул кожаный футляр от свитка. По пути сюда он потратил немало времени на то, чтобы составить чертежи и записать инструкции, и Джесс взял футляр обеими руками. Анита вскинула обе брови и легонько переступила с ноги на ногу, однако футляр не взяла.
– Если это только не рукописное собрание сочинений Архимеда, то боюсь, этого недостаточно, – сказала она.
– На этом можно заработать целое состояние, – сказал Томас. – Это изменит мир. И ты можешь стать частью этих перемен.
Анита взяла наконец футляр в руки. Открыла его и долго-долго всматривалась в чертежи, а потом сложила их обратно и сказала:
– А если мы не хотим менять мир? Мой отец построил империю благодаря дефициту. Как и твой, Джесс. Ты хочешь все это уничтожить?
– Да, – ответил Джесс. – Как и ты. Мир изменится с нами или без нас, Анита. Сейчас, или через год, или через десять лет. Отчаянная хватка Библиотеки на будущем ослабевает. Если мы изменимся сейчас, то окажемся впереди. Заработаем. Если же будешь хвататься за прошлое, и сгинешь вместе с архивариусом.
– Это лишь бумаги, – сказала она. – Ты платишь мне идеей.
– Ты торгуешь идеями, – заметил Брендан. – И бумагами. Как и Брайтвеллы. Мы держимся вместе, не так ли? Сестренка?
Анита не ответила. Она подняла руку к шее и повертела в пальцах цепочку; висевшее на цепочке кольцо было скрыто под рубашкой, однако Джесс его отлично помнил. Кольцо принадлежало брату, которого Анита потеряла в лапах автоматизированного библиотечного стража, когда ее брат пытался выяснить, как этих стражей отключать. Джесс был первым, кому это удалось и кто выжил, и она – вместе с Красным Ибрагимом – были немалым обязаны ему за это открытие.
Брендан постоянно ерзал. Готовился к драке. Анита, понял Джесс, это тоже заметила. Она быстро переглянулась с мужчиной, который стоял справа от нее, а затем сделала легкий, почти незаметный жест рукой. Учитывая тот факт, что в следующие несколько секунд никто не погиб, Джесс пришел к выводу, что она приказала мужчине стоять смирно.
– Ты принимаешь наше предложение? – спросил у нее Джесс тихонько. С уважением. В ее взгляде он видел, как она просчитывает что-то в уме. Она прекрасно понимала и то, как она юна, и то, сколько на ней ответственности. Принятое ей решение могло либо уничтожить ее семью, либо принести ее семье богатство в будущем. Тяжкое решение для кого-то, кто даже моложе, чем сам Джесс.
– Да, – сказала она потом так, будто это вовсе и не было сложным решением, и улыбнулась. Выглядела она расслабленно. Уважение Джесса к ее способности лгать возросло. – Разумеется, мы говорим как брат и сестра. Однако если моему отцу покажется, что этого недостаточно, что ж. Нам придется поговорить, и уже семьями. Не сомневаюсь, мой отец может обратиться к твоему напрямую. – Это была завуалированная угроза войны, и краем глаза Джесс увидел, как Брендан собирается что-то ответить.
– Хорошо, – сказал Джесс поспешно и непринужденно и повернулся к брату: – Хорошо, да?
Взгляд Брендана потемнел, однако улыбка у него вышла такая же непринужденная, как у Аниты. И такая же лживая.
– Ну конечно, – сказал Брендан. – Но давайте не будем забывать: обидишь одного Брайтвелла – обидишь нас всех. Верно?
– У вашего отца два сына, – сказала Анита. – У моего отца только я. Красный Ибрагим тоже ответит кровью на кровь. Но мы же не говорим о кровопролитии, братцы. Мы говорим о золоте. О реках из золота, если Джесс и его друг правы.
– Реки золота, – повторил Брендан. – Всем хватит.
Джессу пришлось заставить себя не вспоминать рухнувшую башню на городской ратуше в Филадельфии, ту золотую статую Бена Франклина, которая расплавилась и потекла лентами. «Реки золота». Такие, должно быть, текут по пеплу мертвецов и заливают кости. Позолоченные скелеты.
Джесс на секундочку закрыл глаза, и ему снова вспомнилась вонь греческого огня. Он сделал глубокий вдох, набирая в легкие морской воздух, затем еще вдох.
– На самом деле, – сказал Томас, – я принес кое-что еще, что мне кажется полезным. Быть может, вам оно пригодится больше, мисс.
На плече у него висел рюкзак с заштопанными выжженными дырками, и Джесс вспомнил, что это тот самый, который Томас вынес из Филадельфии. Который Томас отказывался бросать. Он протянул рюкзак Аните, та его открыла слегка неуверенно.
Внутри было полно книг в коллекционных красных обложках из кожи.
– Что это? – Она открыла первый том, а потом уставилась на Томаса широко распахнутыми глазами. – Журналы.
– Документация Филадельфии, – сказал он. – Записи за сотни лет, написанные поджигателями. Я… я подумал, истории нельзя умирать вместе с ними.
Вот за чем он отправился, когда понял, что Библиотека все уничтожит. За историей. За историей города из пепла.
На мгновение воцарилась полная тишина, а потом Анита поклонилась Томасу. Низко.
– Я принимаю это в качестве полной уплаты за ваше путешествие, – сказала она. – Мой отец отнесется к подобному подарку с уважением, которого подарок заслуживает. Спасибо.
Анита отправилась было на борт, однако потом остановилась и сказала:
– Львов нужно будет держать внизу. И отключить. Сами понимаете.
– Разумеется, – ответил Томас.
– И мне, может, захочется оставить одного себе.
– Наш вам подарок, – сказал Вульф. – С благодарностью.
На этот раз Анита буквально ухмыльнулась. Она, подумал Джесс, заработала сегодня