Рэнди Доун – Завтра в эфире (страница 8)

Несколько лет назад. Значит, у них сработавшийся коллектив. А потом Старр вспомнила, что он сказал тогда в закусочной.

– Но не… не тридцать же лет назад?

Джейсон и Нико переглянулись, и Старр сделала себе мысленно пометку: запомнить и обдумать на досуге.

– Хорошо, ладно. Мне нужно произвести впечатление на Фиону. А кто она?

– Всего-навсего величайшая актриса прошлого и настоящего, – торжественно объявил Нико, воздевая руку и неторопливо обгоняя их. Старр не могла понять, шутит он или нет. – Душа этого сериала.

– И самая большая заноза у меня в известном месте, – сказал Джейсон из-под его руки.

– Я все слышал.

– И нужно, чтобы она меня одобрила, иначе меня не возьмут?

– Именно. – Нико снова поравнялся с ними.

Старр остановилась.

– Та самая Фиона, которая надула вас с прослушиванием, которая всеми тут помыкает и решает, куда ставить кулер, – она здесь принимает самые важные решения? Она на студии главная?

Острые выросты на голове у Джейсона увеличились на пару сантиметров, раздвинув кудри, взгляд его потемнел.

– Нет, Старр Уэзерби. На этой студии главная вовсе не Фиона Баллентайн. – Хвост Джейсона щелкнул по стене, словно хлыст, и Старр вздрогнула. – На этой студии главный я. Мы вынуждены оставлять ей на откуп некоторые решения. Но ты запомни: слушаться здесь нужно только меня.

– Или Криса, когда он режиссирует, – вставил Нико.

– Да, иногда Криса тоже…

– И еще Эмму, – не унимался Нико. – Не сумеешь ее заинтересовать, она тебя вымарает из сценария.

– Да, и ее, и… – Джейсон развернулся. – А тебе не надо текст учить?

– Ну самая-то драма сейчас тут, – ответил Нико. – У нас же… – Он тихонько кашлянул. – …сплошная реальность, да? Как по мне, так все очень реально. – Он подмигнул Старр. – Если хочешь, отвечу на твои вопросы.

«Скользкий. Страшно скользкий». Старр окинула Нико нарочито спокойным взглядом, хотя сердце ее забилось чаще от таких знаков внимания. Она напустила на себя равнодушный вид.

– Полагаю, теперь мне все понятно. Это Джейсон, он тут за главного. Я Старр, и я пытаюсь получить работу. Вы Нико, и вы вечно суете свой нос во все подряд. Чем вы вообще тут занимаетесь?

Солнечные очки выпали из рук Нико. Одно стеклышко треснуло.

Джейсон довольно прикусил губу, а потом подхватил Старр и закружил ее так, будто она была легкая как перышко.

– Маленькое мое манго, я знал, что ты быстро освоишься.

«У них на студии все явно очень любят манго», – подумала Старр.

Джейсон взял ее под руку.

– А теперь пойдем посмотрим, принимает ли сегодня госпожа Баллентайн.

Глава 5

Звездная система

Нико ретировался, сославшись на то, что нужно отдать очки в починку. И теперь Старр под ручку с Джейсоном шла по совершенно не отличимым друг от друга коридорам: стены вокруг голые, на дверях никаких табличек, не видно ни розеток, ни даже выключателей.

– Тут у нас гримерка, – сообщил он ей, приоткрыв одну из дверей. – Никого нет: Уинстон сейчас репетирует.

Старр едва успела заглянуть в комнату, но Джейсон немедленно захлопнул дверь.

– А здесь у нас… – Он открыл следующую, за которой обнаружилась крошечная каморка. Там сидел кто-то маленький и сморщенный в рабочем комбинезоне и в шляпе, в руках у него были две яркие хлопушки – одна ядовито-розовая, другая голубая. При виде Старр человечек вежливо кивнул.

– Хлопушечник, видимо, – сострила Старр.

– Именно! – просиял Джейсон. Он остановился перед очередной дверью, приоткрыл ее, но сразу захлопнул. – Идем дальше.

Из-за закрытой двери донесся приглушенный раскат грома.

– У вас тут фоли используют? – Старр очень хотелось похвастаться знанием профессионального жаргона, а выдумками звукооператоров она всегда восхищалась.

– Э-э-э, конечно. – Лицо у Джейсона опять стало озабоченным. – Но не совсем. Просто грозу не туда положили. Бывает. Нам сюда.

Они столько петляли и поворачивали, что в конце концов Старр полностью потеряла всякое чувство направления, а из-за восторженной озабоченности Джейсона уже и сама была на взводе. Наконец они резко остановились посреди очередного коридора.

Джейсон наклонил голову.

– Слушайте, я все поняла. У вас тут что-то вроде большой студии визуальных эффектов. Наверное, «Настройся на завтрашний день» – это сетевая космоопера какая-нибудь. И вы мне показали все закоулки, но при этом я совершенно не понимаю, что происходит. Что это за место такое?

Зеленые глаза Джейсона блестели; выдержав театральную паузу, он сказал:

– «Настройся на завтрашний день» воплощает в себе столь многое для столь многих мификов. Мы самое долгое реалити-шоу во всех измерениях и с самым большим количеством зрителей. Этот сериал делают мифики для мификов, но играют в нем люди.

– Реалити-шоу? – вздрогнула Старр. – С механическими драконами и роботорастениями?

Джейсон открыл было рот, закрыл, сделал глубокий вдох, прошелся в одну сторону, в другую. Поднял указательный палец, опустил его, встал прямо перед ней. Прокашлялся.

– Мне уже довольно давно не приходилось растолковывать все это человеку. Так что запасись терпением.

Он открыл очередную дверь и поманил Старр внутрь.

Она шагнула на порог.

– Но Джейсон, это же туалет.

– Да, но куда ж деваться. Другой воды у меня под рукой нет.

Он опять изъяснялся загадками, а уединяться в туалете с малознакомым мужчиной было в лучшем случае странно, а в худшем жутковато. И все-таки Старр не верила, что Джейсон замышляет дурное. Он чуть ли не светился то ли от предвкушения, то ли от переживаний, то ли от того и другого сразу. Она сглотнула и решила рискнуть. Дверь туалета захлопнулась за спиной.

Джейсон на полную отвернул все четыре крана над раковинами. Из трех полилась вода, а из четвертого полетели бабочки. У Старр отвисла челюсть. Джейсон быстренько закрыл четвертый и с глуповатой улыбкой повернулся к раковине спиной. Бабочки развеялись в воздухе.

Старр сморгнула.

– Видишь ли… – Он повысил свой мелодичный голос, чтобы перекричать шум воды. – …мы восхищаемся человеческой суетой. Мы самые первые поклонники бесконечных историй. Несколько веков назад у Благого двора возникла замечательная идея – рассказывать истории мификам, и истории эти называли Мыслимая Людьми Обыденность или сокращенно…

– МыЛО, – догадалась Старр.

В туалете стало жарковато, зеркала запотели: по всей видимости, Джейсон пустил горячую воду. Интересно, куда он клонит, история, конечно, очень милая и фантастическая, но глуповатая. Может, просто вживается в роль.

– Вы снимаете мыльные оперы?

– Т-с-с! – оборвал ее Джейсон и оглянулся вокруг. – Да… и нет. С этого мы начинали. Но мифики по большей части самоочищаются. Кое-кто принимает ванну, но только в качестве хобби, не каждый день. Так что МыЛО вышло из моды. Мификам хотелось настоящих человеческих историй. И вот в конце концов, когда по вашу сторону Завесы люди начали сочинять свои сериалы, один из нас (честно признаться, это был я) немного пообщался с разными сценаристами и выяснил, что вы занимаетесь ровно тем же самым, чем мы занимались долгие годы, только у вас это называется реалити-шоу. Это нам замечательно подходило. Зрители смотрят нас, потому что верят, что мы рассказываем правдивые истории, этим мы и живем.

– Но реалити-шоу… – Старр осеклась.

В шоу-бизнесе ни для кого не было секретом, что для многих так называемых реалити-шоу писали сценарии. Это были просто современные мыльные оперы, пусть даже мало кто открыто это признавал. Те реалити-шоу, в которых не устраивали какие-нибудь дикие состязания, строились на мелодрамах и семейной вражде, герои то прыгали друг к другу в постель, то врали напропалую, то подличали, а иногда и все сразу. Это все мало отличалось от «Дней нашей жизни» – сериала, который Старр часто смотрела в детстве, когда с ней сидела бабушка.

Но какое отношение реалити-шоу имеют к ее нынешним вопросам: например, зачем она здесь? И зачем Джейсон зазря льет воду? А если он действительно продюсер, почему ведет себя так, словно он актер?

– Напомните, пожалуйста, сколько уже идет ваш сериал?

– В разных своих реинкарнациях вот уже четыреста тридцать девять лет, шесть месяцев, три дня и…

– Поняла. – Забавный он, этот Джейсон. Милый и чудаковатый, даже когда стоит посреди окутанного паром туалета. Хорошо, Старр подыграет. – Если я правильно помню, телевидение изобрели в двадцатом веке.

– Человеческое телевидение. По нашу сторону Завесы существует множество других неизвестных вам способов рассказывать истории. Слыхала про Фило Франсуорта? Так называемого изобретателя телевидения? Ты же не думаешь, что у смертного может быть такое имечко? Этот старый мерзавец из наших, его изгнали на вашу сторону Завесы на несколько дюжин оборотов. А он всегда был большим фанатом Прометея. Вообразил, что дарует смертным новый огонь, так что теперь вы рассказываете друг другу свои собственные истории более… обыденным способом.

«Интересно, – подумалось Старр, – а Джейсон вообще когда-нибудь бывает серьезным?» Обязательно стоять посреди окутанного паром туалета и обсуждать вымышленную историю телевидения, когда у нее уже все кудряшки сникли? Разве не ждет ее на прослушивание некая взбалмошная дама по имени Фиона? Потом Старр вдруг поняла. Джейсон, наверное, разогревает ее перед этим самым прослушиванием. Он не вживается в роль – это просто классическое упражнение по импровизации, как тогда с манго.