Рэндал Гаррет – Лорд Дарси. Убийства и магия (страница 83)

– Но почему один и тот же человек будет в аналогичной ситуации действовать двумя совершенно разными способами?

– Если это действительно был один и тот же человек, милорд.

– Очень хорошо, но даже если орудовали двое разных убийц, как считают во флоте, то убивший сэра Джеймса удар все равно останется неэффективным, разве не так? Станет ли нанятый профессиональный убийца действовать подобным образом?

Мастер Шон усмехнулся.

– Если бы это мне пришлось нанимать его, милорд, сомневаюсь, чтобы меня удовлетворила его квалификация.

– Отлично сказано, – промолвил с улыбкой Дарси. – Кстати, вы обследовали этот нож?

– Нож сэра Джеймса, используемый для прерывания контактов? Конечно.

– И я тоже – вчера, когда он лежал на полу в гостиничном номере сэра Джеймса. И мне хотелось бы обратить ваше внимание на особенности состояния этого ножа.

– Но… – Мастер Шон нахмурился. – В состоянии этого ножа не было ничего особенного.

– Именно. Это и является особенностью его состояния.

Пока мастер Шон обдумывал ответ, лорд Дарси произнес:

– Теперь перейдем к другому вопросу.

Он перелистнул страницу отчета. Мастер Шон поудобнее устроился в кресле и вернул ложку обратно на тарелку.

– Здесь вы утверждаете, что сэр Джеймс скончался в промежутке между двадцатью пятью и тридцатью пятью минутами десятого?

– Согласно хирургическим и тавматургическим свидетельствам. Поскольку я собственными ушами слышал его крик в точности в четверть десятого – плюс-минус полминуты, – могу утверждать, что сэр Джеймс умер между тридцатью и тридцатью пятью минутами десятого.

– Очень хорошо, – сказал лорд Дарси. – Однако смертельный удар ему нанесли примерно без пяти минут девять. Насколько я понимаю, психические шаблоны указывают сразу на время удара и время смерти.

Он перевернул еще одну страницу отчета.

– Нанесенный сверху смертельный удар пришелся в стенку легочной аорты, однако на самом деле не вскрыл этот крупный кровеносный сосуд. Тонкий подслой артериальной стенки сохранил свою целостность. Ранение тем не менее оказалось тяжелым, так что он потерял сознание. То есть, в сущности, рана оказалась смертельной.

– Но, милорд, – возразил мастер Шон. – Рана эта не обязательно должна была привести к смертельному исходу. Возможно, что хороший целитель, окажись он на месте вовремя, мог спасти жизнь сэра Джеймса.

– Потому что легочная аорта сохранила свою целостность?

– Правильно. Если бы в этот момент артерия была перерезана, мастер сэр Джеймс был бы мертв еще до того, как упал на пол. При нарушении целостности этой артерии падение кровяного давления и потеря крови почти мгновенно приводят к потере сознания. Начинается фибрилляция желудочков, после чего быстро следует смерть.

– Понимаю, – кивнул лорд Дарси. – Однако стенка еще держалась, она была надрезана, но не полностью. Затем, пролежав на полу полчаса или больше, сэр Джеймс услышал ваш стук, который вывел его из вызванного болевым шоком ступора. Он попытался подняться с пола, ухватился за стол, на котором среди прочего лежал его ключ. – Он сделал паузу и нахмурился. – Обращенный к вам крик совершенно очевидно был зовом о помощи, и он хотел достать ключ, чтобы открыть вам дверь. – Он постучал пальцем по отчету. – Такое напряжение привело к окончательному разрыву стенки аорты. Кровь хлынула на пол, он выронил ключ и умер. Такова, значит, ваша интерпретация, мастер Шон?

– Так мне кажется, милорд, – кивнул он. – Тавматургические и хирургевтические свидетельства подкрепляют друг друга.

– И я полностью с вами согласен, мастер Шон, – проговорил лорд Дарси, перелистывая страницы. – Значит, никаких зелий и ядов.

– Если только не были использованы средства, неизвестные официальной фармакопее. Я провел исследование на все известные вещества, и если сам Господь не отменил Закон аналогии, мастер сэр Джеймс не был одурманен или отравлен.

Лорд Дарси перевернул еще одну страницу.

– Мозг и череп не повреждены… ни синяков… ни трещин… да. Переходим к тавматургической части. Согласно вашему исследованию, вся кровь в комнате принадлежала мастеру сэру Джеймсу?

– Так и есть, милорд.

– А это странное пятнышко в виде полукруга у двери?

– Также кровь сэра Джеймса.

Лорд Дарси кивнул.

– Как я и подозревал. Кроме того, согласно тавматургическим исследованиям, во время нанесения рокового удара в комнате никого, кроме сэра Джеймса, не было. Как и во время убийства Жоржа Барбура, о чем нам сообщили из Шербура. – Он улыбнулся. – Мастер Шон, я прекрасно понимаю, что вы отметили в своем отчете только научно проверенные, доказанные факты, однако, быть может, у вас есть какие-то предположения, догадки или что-то еще, способное мне помочь?

– Есть кое-что, милорд, – неторопливо произнес мастер Шон. – Как я указывал вам вчера, я мог бы обнаружить действия черного мага. И как вам известно, анкх почти безошибочно указывает на зло. – Он глубоко вздохнул. – Теперь, когда мы знаем о виновности мастера Юэна Макалистера, его действия можно было бы без труда обнаружить.

Мастер Шон указал на лежавшую перед Дарси стопку бумаг.

– Однако я не откажусь – не могу этого сделать – от сказанного здесь. – Он еще раз глубоко вздохнул. – Милорд, я не нахожу никакого следа магии – черной или белой – в обстоятельствах убийства мастера сэра Джеймса Цвинге. Никакого…

Его прервал стук в дверь.

– Да, – с ноткой досады отреагировал лорд Дарси. – Кто там?

– Отец Патрик, – донесся голос из-за двери.

Раздражение мгновенно покинуло лорда Дарси.

– Ах, входите же, преподобный сэр.

Дверь открылась, и в комнату вошел высокий и бледный мужчина в рясе бенедиктинца.

– Доброе утро, милорд, доброе утро, мастер Шон, – произнес он с улыбкой. – Милорд, вы уже в полном здравии.

– Вашим попечением, преподобный отец, разве могло быть иначе? Чем могу услужить?

– Полагаю, что можете… a заодно и себе самому, если можно так выразиться.

– Каким образом, отче?

Священник посерьезнел.

– В обычных условиях, – проговорил он, старательно подбирая слова, – как вам известно, я не имею права раскрывать содержание исповеди кающегося перед другими людьми. Но в данном случае кающаяся особа сама настоятельно просила меня поговорить с вами.

– Полагаю, что речь идет о дамсель Тие, – сказал лорд Дарси.

– Конечно. Она уже дважды рассказала свою историю – один раз мне, другой раз сэру Томасу Лезе. – Он посмотрел на мастера Шона, многозначительно кивавшего головой. – А, вижу, что и вы следите за моими словами, мастер.

– Ну конечно, ваше преподобие. Классическая триада исповеди. Один раз церкви, другой любимому, a третий, – он почтительно указал в сторону лорда Дарси, – власть предержащим.

– Именно, – согласился священник. – Покаяние завершает исцеление.

Он посмотрел на лорда Дарси, уже поднявшегося из кресла.

– Не буду вдаваться в детали, милорд, лучше будет, если вы выслушаете их сами. Но она прекрасно знает, что именно вы вчера вечером спасли ее жизнь, а потому вам не стоит преуменьшать свою роль в этом событии.

– Разумеется, я все понимаю, преподобный отец. Могу ли я задать вам пару вопросов, прежде чем мы пойдем к ней?

– Конечно. Я отвечу на них в той мере, в коей они не нарушают моих обетов.

– Они относятся к наложенному на нее вчера заклятью. Помнит ли она что-нибудь, что было после того, как мастер Юэн наложил на нее свои черные чары?

– Нет. – Отец Патрик покачал головой. – Она сама вам все объяснит.

– Однако меня, преподобный отец, смущает скорость и легкость, с которой она покорилась заклятью. Я наблюдал за ней. Только что она пребывала в здравом уме, полностью владела своими чувствами и уже в следующий момент превратилась в машину, повинующуюся каждому его слову. Я не знал, что маги обладают подобной властью над другими людьми.

– Боже, это не может произойти так быстро, – произнес мастер Шон. – Ни в коем случае, милорд! Даже самые могущественные из черных магов не способны подчинить себе разум человека мановением руки.

– Даже Сатана не способен овладеть умом человека без подготовки, милорд, – ответил отец Патрик. – Мастер Юэн, должно быть, накладывал на нее заранее подготовленные чары, иначе он не добился бы такого эффекта.

– Я как будто бы припоминаю, – проговорил лорд Дарси, – что на последнем Магическом триеннале в последний день Съезда некий грабитель совершил глупую ошибку, напав на улице на мастера магии. Чародей известил караул сразу после инцидента. Сам он не получил никаких повреждений, однако грабитель оказался парализован всем телом, кроме головы, не мог даже шевельнуться. Признаю, что это была великолепная работа: заклятье удалось снять только после того, как правонарушитель целиком и полностью признался в своем преступлении, таким образом избавив мага от необходимости представать перед судом. Однако заклинание было наложено в считаные секунды.

– Тут ситуация несколько иная, милорд, – проговорил отец Патрик. – Тогда со стороны нападавшего было проявлено злое намерение, а зло можно отразить обратно на породившего его человека, вызвав, таким образом, упомянутый вами паралич. Подобную технику в порядке самозащиты может использовать любой чародей. Однако связать чарами не имеющего злых намерений человека можно только собственной силой самого мага; он не может воспользоваться психической энергией нападающего, поскольку не подвергался никакой атаке. Посему ему требуется потратить больше времени на заклинания, чтобы сделать их эффективными.