Рэндал Гаррет – Лорд Дарси. Убийства и магия (страница 69)

Итак, нам известно следующее: йомен Пол Николс, ночной портье, вчера в полночь не заступил на свою смену. Факт этот, безусловно, имеет значение, однако ваши агенты интересовались им еще за девять часов до того. Мы хотим знать причину. И я не буду спрашивать вас о том, почему эту информацию не предоставили нам сегодня же утром, я всего лишь прошу поведать ее сейчас.

Капитан Смоллетт молчал несколько секунд, буравя Дарси бестрепетным взглядом холодных серых глаз.

– М-да, – проговорил он наконец. – Должно быть, я заслужил такую постановку вопроса. Согласен, об этом следовало упомянуть еще сегодня утром. Но дело в том, что факт этот не принадлежит вашей юрисдикции, то есть в обычной ситуации не имел бы никакого отношения к вашей службе. Мы разослали своих людей на поиски Николса, однако он не сделал ничего предосудительного, что мы могли бы доказать.

– И что же именно он сделал?

– Совершил кражу, – заявил капитан Смоллетт. – Беда в том, что мы не способны доказать даже то, что украденный им предмет действительно существовал. A если и существовал, то чего стоил на самом деле.

– Какая запутанная история, – проговорил лорд Бонтриомф. – Во всяком случае, с моей точки зрения. Где же начало у этого клубка?

– Хм-м-м. Прошу прощения. Не хотел произвести такое впечатление. Да вы присаживайтесь. Бренди на том столике. Налейте гостям, коммандер. Устраивайтесь поудобнее. История будет долгой.

Опустившись в кресло за собственным столом, он протянул руку к стопке папок и извлек из самой верхней конверт.

– Вот вам общая картина: Цвинге был человеком деловым. У него было столько забот! Обыкновенному человеку одной только должности главного мага судебной службы города Лондона хватило бы на полный рабочий день. – Он посмотрел на лорда Бонтриомфа. – Скажите откровенно, м’лод. Вы когда-нибудь подозревали, что он работал на Корпус флотской разведки?

– Никогда, – признал Бонтриомф. – Хотя, видит Небо, все знали, какой он труженик. Всегда в делах, а кроме того, принадлежал к той породе людей, которая считает лентяем всякого, кто позволяет себе тратить на ночной сон больше пяти часов. Скажите, капитан, знал ли об этом милорд маркиз?

– Мы ему не сообщали, – ответил капитан Смоллетт. – Сам Цвинге подозревал, что милорд де Лондон знал о его работе на флот, но никогда не поднимал эту тему.

– И не стал бы, – отметил лорд Бонтриомф.

– Конечно же. Во всяком случае, Цвинге грел на своей плите великое множество утюгов. Могу вас заверить, что ни одно дело в Европе не происходило без его ведома. Тем не менее он посчитал необходимым посетить этот Съезд целителей и магов. Говорил, что будет странно, если не побывает на Съезде в родном Лондоне и все такое. Но сами понимаете, продолжал работать даже там.

– И потому, конечно, усилил замок в двери своего гостиничного номера дополнительным заклинанием, – предположил лорд Дарси.

– Разумеется, – согласился капитан Смоллетт. – Во всяком случае, вчера утром он прислал мне письмо из отеля с курьером. – Он передал конверт лорду Дарси. – Обратите внимание на штемпель: без пятнадцати восемь утра.

Лорд Дарси посмотрел на конверт снаружи. Письмо было адресовано капитану Перси Смоллетту и помечено как личное. Открыв конверт, Дарси достал из него лист бумаги.

– Оно зашифровано.

– Естественно, – отозвался капитан Смоллетт, доставая из той же папки еще один лист бумаги. – А вот и текст.

Лорд Дарси прочел депешу вслух:

«Сэр, в моем распоряжении находится только что полученный пакет, содержащий предельно важную информацию. На данный момент я не могу покинуть отель и не хочу доверять эту информацию обыкновенному курьеру. Посему я запечатал конверт своей печатью и передал его портье – йомену Полу Николсу, который поместил его в сейф гостиницы с указанием передать его вашему курьеру».

Письмо было подписано одной-единственной литерой – «Z».

Лорд Дарси вернул капитану бумаги.

– Понятно, прошу, продолжайте.

– Как я уже сказал, письмо пришло в сорок пять минут восьмого. Его положили на мой стол вместе со всей остальной утренней почтой. Я прибыл в Адмиралтейство только без нескольких минут десять и потому не получил даже возможности просмотреть письма, когда в мой кабинет вошел коммандер Эшли с новостями из Шербура, что убит Барбур – что было плохо само по себе – и еще о том, что мастер сэр Джеймс скончался от смертельного ранения всего полчаса назад. Так как вам уже известно, какое значение мы придаем этому делу, то поймете, что несколько последующих часов я был чрезвычайно занят. Словом, возможность изучить почту я получил уже основательно в третьем часу ночи. Расшифровав депешу, я сию же минуту послал за пакетом Эшли. – Он посмотрел на коммандера. – Передаю полномочия вам, Эшли. Лорду Дарси необходима самая точная информация.

– Есть, сэр! – Коммандер повернулся к Дарси. – Я сразу же отправился в гостиницу, к йомену Луи, и сказал ему, что сэр Джеймс оставил в сейфе конверт, адресованный капитану Смоллетту. Он ответил, что не слышал ни о чем подобном, на что я отметил, что письмо было оставлено йомену Полу. Он ответил, что тот не говорил об этом, передавая смену в девять утра, однако согласился открыть сейф и достать оттуда конверт.

Когда он открыл сейф, я стоял возле него. Небольшой такой сейф, и в нем особо ничего не было. Как не было и конверта, адресованного капитану Смоллетту, и даже следов того, что он мог находиться в этом сейфе. Болмер клялся, что в то утро еще не открывал его, и оба регистратора подтвердили его показания. Открывающая сейф комбинация известна только Болмеру и обоим портье, a охранное заклятье позволяет его помощникам открывать сейф только во время дежурства, то есть с трех часов дня до полуночи для дневного портье, и с полуночи до девяти утра – для ночного.

– Итак, все указывает на йомена Пола, – кивнул лорд Дарси. – Только он мог достать из сейфа пакет.

– И я так считаю, – проговорил коммандер лорд Эшли. – Естественно, я потребовал, чтобы меня немедленно направили к Полу Николсу, и попросил его адрес. Оказалось, что живет он в самом отеле и занимает комнату на верхнем этаже. Болмер провел меня наверх, я постучал в комнату Николса, ответа не получил, и Болмер отпер дверь запасным ключом. Николса в комнате не оказалось. Постель его была заправлена, в ней явно никто не спал. Болмер отметил, что это странно, так как, освободившись со смены, Николс обычно выходит перекусить, а затем возвращается и спит примерно до шести вечера.

– Вы не проверяли, быть может, Николс воспользовался услугами горничной? – спросил лорд Дарси.

– Так точно, – кивнул коммандер. – Николс довольно часто выходил по вечерам, и горничным было приказано прибирать в его комнате между полвосьмого и полдевятого. Я осмотрел комнату и проверил его вещи. Все они лежали на месте. Пустой чемодан стоял в гардеробе, а Болмер не припомнил, чтобы у Николса был второй чемодан.

– Вот преимущества жизни контрразведчика, – вздохнул лорд Бонтриомф. – Если бы офицер охраны королевского правопорядка попытался обыскать чью-то комнату, не имея на то ордера, то мигом попал бы в суд, пытаясь объяснить милорду судье, каким образом он дожил до совершения подобной ошибки.

– Положим, комнату я не обыскивал, – проговорил Эшли. – А просто внимательно ее осмотрел.

– То есть, – подытожил лорд Дарси, – вы установили, что Николса там не было и он явно не ночевал, так как постель была застелена предыдущим вечером.

– Совершенно верно. Я опросил нескольких слуг. Никто из них не видел, чтобы он возвращался после завтрака – или, быть может, ужина с его точки зрения, – посему я распорядился, чтобы Болмер никому ничего не рассказывал, но немедленно известил нас, как только Николс вернется. Я вернулся сюда и доложил об исполнении капитану Смоллетту.

Лорд Дарси кивнул и снова перевел взгляд на капитана.

– Мы все еще его ищем. Отправили людей в отель ожидать его появления к полуночной смене, но он так и не объявился. Словом, исчез, не оставив следа.

– Вы подозреваете, – промолвил лорд Дарси, – что исчезновение пакета и исчезновение Николса – звенья одной цепи. Я с вами согласен. Содержимое пакета, надо полагать, было зашифровано, не так ли, капитан?

– Безусловно. И не простым шифром, которым было зашифровано письмо. Более того, Цвинге всегда пользовался особым образом заговоренными чернилами и бумагой. Если несведущий человек попытался бы сломать печать на письме, содержание послания исчезло бы прежде, чем тот достал лист из конверта.

– Иными словами, Николс никак не мог достать пакет из сейфа, прочитать текст и решить, что в руки его попала ценная вещь.

– Не мог, – согласился капитан Смоллетт. – Более того, Цвинге отнюдь не был дураком. Он не передал бы пакет Николсу, если бы не доверял ему. Наконец, поскольку конверт был запечатан еще и охранным наговором, прочесть это письмо мог только маг достаточно квалифицированный и мощный для того, чтобы проанализировать чары, наложенные мастером сэром Джеймсом Цвинге, и снять их.

– Имеете ли вы хоть какое-то представление о том, что именно могло находиться в этом пакете? – спросил лорд Дарси.

– Никакого. Вообще никакого. Впрочем, ничего ужасающе срочного – то есть требующего немедленных действий – быть не могло, иначе Цвинге сам доставил бы этот пакет вопреки всем препонам. Однако же это было нечто достаточно важное для того, чтобы заставить агентов короля Казимира пойти на убийство, чтобы завладеть им.