Рэндал Гаррет – Лорд Дарси. Убийства и магия (страница 57)
– Ах! Это интересная тема, милорд, – с энтузиазмом подхватил молодой человек. – Но сначала вы должны понять легенду или миф о Кецалькоатле…
Сначала разговор складывался несколько неловко, однако молодой мечиканец говорил настолько увлеченно, что и сэр Томас, и лорд Дарси действительно увлеклись дискуссией, которая была в полном разгаре к тому моменту, когда вдовствующая герцогиня сошла вниз. И даже спустя час они все еще говорили о Мечико.
Лорд Дарси лег поздно и еще долго не мог уснуть.
Глава 7
Принятое им решение держаться подальше от дела об убийстве Цвинге было непреклонным, как и намерение оставить его на усмотрение кузена, маркиза де Лондона, или же, скорее, заставить последнего заниматься расследованием. Дарси не намеревался вникать в это дело даже в том случае, если придется отправить природное любопытство в бутылку, закупорить ее и сесть сверху на пробку. К счастью, его не принуждали это делать, так как присущее лорду Дарси любопытство могло создать внушительное противодавление. Любая решимость, какой бы твердой она ни была, может рассыпаться, свестись на нет, устраниться последующими обстоятельствами, каковые как раз и намеревались категорически измениться на следующее утро.
В наступившее утро четверга лорд Дарси подремывал в постели, предоставив свободу своим мыслям. В дверь его опочивальни негромко постучали.
– Да? – ответил Дарси, не открывая глаза.
– Ваш каффе, милорд, как приказано, – произнес негромкий голос.
– Оставьте в гостиной, – спросонья попросил лорд Дарси. – Я выйду через несколько минут.
Но снова провалился в сон и не слышал, как дверь опочивальни отворилась, не слышал, как мягкие шаги прошелестели по толстому ковру к его постели.
Вдруг к его плечу кто-то прикоснулся. Он сразу же сбросил с себя сонливость, широко распахнув глаза.
– Мэри!
Вдовствующая герцогиня сделала книксен.
– К вашим услугам, милорд. Подать ли вам каффе в постель, милорд?
Лорд Дарси сел.
– Ах! Вот это да! Мне прислуживает сама герцогиня! Конечно! Подать и немедленно! Живее, ваша милость! – Он проводил взглядом герцогиню, снова вышедшую из спальни с тихой улыбкой на губах.
– Кстати! – окликнул он ее. – Не прикажете ли милорду маркизу начистить мою обувь?
Мэри вернулась, толкая перед собой сервировочный столик, на котором стояли серебряный каффейник, ложечка и чашка на блюдце.
– Ваши сапоги уже начищены, милорд, – проговорила она, поддерживая прежнюю шутливую интонацию. – И я позволила себе почистить и погладить одежду вашей светлости и повесить ее в шкафу в гостиной.
Она наполнила чашку.
– Неужели? – воскликнул лорд Дарси, протягивая руку к чашке. – И все это, полагаю, проделал епископ?
– Милорд епископ, – ответила герцогиня, – занят другими, более неотложными делами. Однако его императорское величество король приглашает вас совершить утреннюю прогулку.
Рука лорда Дарси остановилась, не донеся чашку до губ.
Шутки шутками, но нужно знать, где провести черту.
Не стоит шутить, когда речь идет о его сувереннейшем величестве.
И тут лорд Дарси осознал, что мозг его работает не так хорошо, как ему казалось. Сделав глоток каффе, он поставил чашку на блюдце и после этого спросил:
– Где посланец его величества?
– Ждет в холле. Пригласить его сюда?
– Да. Подождите! Какой сейчас час?
– Семь.
– Попросите его подождать минуту-другую. Я сейчас оденусь. Принесите мою одежду.
По прошествии семи минут и нескольких секунд лорд Дарси в полном утреннем облачении распахнул дверь в гостиную. Мэри, вдовствующей герцогини де Камберленд, нигде не было видно. В одном из кресел расположился худощавый и меланхоличный с виду человек в обычной серо-голубой шинели кэбмена. Заметив лорда Дарси, он вежливо поднялся на ноги, держа в руке квадратную шляпу.
– Лорд Дарси?
– Он самый. A вы?
Невысокий посланец извлек из шляпы серебряную кокарду с выгравированным на ней королевским гербом. Наверху в металл был вставлен полированный, но не ограненный камень – четверть дюйма прозрачного серого стекла.
– Вестник короля, милорд, – представился человек, прикасаясь большим пальцем правой руки к камню, который из тусклой серой стекляшки тут же превратился в горящий пламенем рубин.
Ошибиться было невозможно. Камень этот был магически настроен на одного и только одного человека – того, чье прикосновение заставляло его сейчас сиять алым светом. Королевский знак, конечно, можно украсть, но никакой вор не в состоянии зажечь в тусклой серой стекляшке алый ясный огонь.
Блистательный доктор тавматургии сэр Эдвард Элмер создал это заклятье тридцать лет тому назад, и с тех пор никто так и не сумел разгадать его тайну; однако оно служило идеальным верительным документом для личных агентов всевластного и грозного величества Джона IV. Покойный сэр Эдвард занимал пост грандмастера Гильдии магов и, по общему мнению, своим дарованием превосходил даже сэра Лайона Гандольфуса Грея.
– Очень хорошо, – промолвил лорд Дарси. Он не стал спрашивать, как зовут этого человека: Вестник короля остается безымянным. – Что мне приказано?
Вестник склонил голову.
– Вам следует последовать за мной, милорд. По изволению его величества.
– Это все? – нахмурился лорд Дарси.
Вестник снова поклонился.
– Я уже передал вам приказ его величества, милорд. И ничего больше сказать не могу, милорд.
– Понятно. Позволено ли мне явиться вооруженным?
Широкая улыбка осветила лицо Вестника короля.
– Если позволите, милорд, это будет чрезвычайно уместно. Его величество приказал мне передать еще одно сообщение вашей светлости в том случае, если вы зададите именно этот вопрос. Сообщение передано собственными словами и голосом короля, милорд. Вы позволите?
– Действуйте, – предложил лорд Дарси.
Вестник закрыл глаза, сосредоточился и заговорил, на сей раз голосом благовоспитанным и четким, в котором не было ничего от жаргона, присущего нижним слоям лондонского среднего класса. Изменились и тембр голоса, и его интонация.
Голос этот принадлежал самому королю.
– Мой дорогой Дарси. На последнюю нашу встречу вы явились с оружием. Человек, наделенный вашим умом, не станет поступать вопреки прецеденту. Рассчитываю на это. Дело чрезвычайно срочное. Поторопитесь.
Лорд Дарси подавил желание поклониться Вестнику и ответить, что прибудет как можно быстрее. В конце концов, Вестник – всего лишь инструмент. Он был достоин полного доверия, в противном случае ему не вручили бы Серебряный знак; следовало уважать его слова, даже если он произносил их обычным голосом. Но когда Посланник произносил свою весть собственным голосом его величества, он сам не ведал, что говорил. Произнесенная про себя ключевая магическая формула позволяла ему воспроизвести сообщение голосом короля. Но сам Вестник не запоминал его заранее и не помнил после того, как произнес. Он добровольно записывал это послание на себе, добровольно же передавал его и позволял ему стереться. Ни один земной чародей не смог бы извлечь из Вестника произнесенную информацию, поскольку она более не существовала в его мозгу.
Конечно, еще не доставленную по назначению информацию теоретически можно вытащить из носителя, но только не из Вестника короля. Любая попытка узнать это сообщение без добровольного согласия Вестника привела бы к его мгновенной смерти – и он понимал этот факт и считал его частью своего долга перед сувереном и Империей.
Cпустя мгновение Вестник короля открыл глаза.
– Все в порядке, ваша светлость?
– В полном, мой добрый человек. Вы хороший кэбмен?
– Лучший в Лондоне, милорд, хотя не мне себя хвалить.
– Великолепно! Едем немедленно!
Во время поездки лорд Дарси размышлял над словами короля. Уточнив у Вестника, с оружием ему явиться или без, Дарси всего лишь задавал положенный по уставу вопрос, который имел право задать любой из офицеров службы королевского правопорядка. Лорд Дарси не имел понятия, везет ли его Вестник пред очи короля или нет, спросил же он об этом из служебного долга. И в результате, проявив чисто профессиональный интерес, оказался причислен к горстке людей, которым дозволялось вооруженными находиться в присутствии короля.
Обычай разрешал это только великим лордам державы, да и то ограничиваясь при этом шпагами.
Насколько было известно лорду Дарси, лишь ему одному во всей истории Империи было даровано королевское разрешение – равносильное приказу – предстать перед его величеством с оружием. Это была особенная, не имевшая себе равных честь – и лорд Дарси прекрасно это понимал.
Однако подобные размышления недолго владели его умом; куда большую важность в данный момент имела причина королевского вызова. Почему вдруг его величество проявил личный интерес к делу, которое при всех загадочных обстоятельствах тем не менее является вполне обыкновенным убийством? И, во всяком случае при поверхностном рассмотрении, не имеет никакого отношения к государственным делам. Впрочем…
И тут лорд Дарси хлопнул себя ладонью по лбу.
– Дурак! – пробормотал он, обращаясь к себе самому. – Тупица! Кретин! Идиот! Конечно, причину следует искать в Шербуре!
«Вот что случается, – подумал он, – когда отвлекаешься на посторонний вопрос, пусть даже такой важный, как положение мастера Шона, забывая о главном». О том, что сейчас было очевидно ему как острие пики. Так что лорд Дарси нисколько не удивился, когда кэб въехал в ворота Вестминстерского дворца, миновав вооруженный караул, мгновенно узнавший и гостя, и возницу, и увидел флотского офицера в мундире коммандера, ожидавшего во дворе. Более того, Дарси удивился бы куда больше, если бы там никого не было.