Рэндал Гаррет – Лорд Дарси. Убийства и магия (страница 49)
Коридоры в гостинице «Королевский мажордом» шириной футов в десять, и дверь ее комнаты находилась как раз напротив номера Цвинге.
«Благодарю вас, – сказал я и посмотрел на остальных. – Почему все вы вышли из своих комнат? Что вас встревожило?»
Все ответили одно и то же. Крик. Никто из них не слышал, как Шон стучал в дверь: тамошние двери слишком толсты для того, чтобы это заметить. Я знаю, так как сам проверил. Вы можете услышать стук в соседнюю дверь только в том случае, если будете старательно прислушиваться. А крик был, надо думать, громкий. Звук падения тела в тот момент услышал только один Шон. Остальные еще не открыли двери. Кто из них троих вышел первым, я так и не сумел установить; никто этого не заметил. Очевидно, все были чересчур взволнованы.
Когда управляющий йомен Льюис вернулся с топором, я посмотрел на часы. Без двадцати трех десять. Прошло семь минут с того мгновения, когда Шон постучал в дверь.
Я сам взял в руки топор. Прочие отступили подальше от двери. Я выбил широкую доску в середине двери, не повредив ни замок, ни раму. Велев всем прочим оставаться снаружи, я протиснулся внутрь комнаты сквозь проделанное мной отверстие.
Вполне обыкновенное с виду помещение, двенадцать на пятнадцать футов с ванной комнатой. В противоположной стене два окна, закрытые ставнями, однако они все-таки пропускали дневной свет. Застекленные панели целы и заперты.
Тело нашего главного судебного мага находилось почти точно посередине комнаты, более чем в шести футах от двери. Он лежал в луже свежей крови, и блуза его была настолько залита кровью, что я даже не смог сразу понять, что именно произошло. Но затем я заметил свежий разрез, слева высоко над сердцем, и приоткрыл камзол, под которым скрывалась вертикальная колотая рана.
В паре футов от трупа в луже крови, ближе к ее краю, лежал нож. Тяжелая рукоятка из черного оникса, прочное серебряное лезвие. Я не раз видел подобные ножи, лорд Дарси, да и вы тоже. Такими ножами маги пользуются для символического рассечения определенных психических связей. Однако они наносят не только психические, но и телесные раны.
Примерно посередине между трупом и дверью лежал тяжелый латунный ключ, подобный тому, которым управляющий пытался открыть дверь. Я положил на его место один из моих собственных ключей и попробовал отпереть дверь. Ключ повернулся в замке, чего не смог бы сделать любой другой ключ. Он действительно принадлежал сэру Джеймсу.
Я обыскал тело. Ничего интересного – его собственное кольцо с ключами; два золотых соверена, три серебряных соверена, какая-то мелочь, блокнот, заполненный непонятными мне магическими символами и уравнениями; простой перочинный нож; бумажник с документом на звание мастера-мага, лицензия на занятия магией, – подписанная епископом Лондонским, – официальное удостоверение главного судебного мага, свидетельство на членство в Королевском тавматургическом обществе и несколько других документов. Вы можете изучить их, Дарси; они хранятся у милорда маркиза в его настенном сейфе.
В стенном шкафу обнаружились три аккуратно висевших на вешалке костюма, в карманах ничего не нашлось. На столе лежали другие бумаги, исписанные тавматургическими символами, такие же бумаги лежали в мусорной корзинке. Я оставил их там же. Единственной вещью в комнате оказался его украшенный символами саквояж, из тех, что носят при себе все чародеи. Я не стал ни открывать его, ни трогать: неразумно касаться пожитков волшебника, даже если он мертв.
Но главное заключалось в том, что в комнате не было никого, кроме самого покойника. Я тщательно осмотрел номер. Спрятаться было негде. Я заглянул под кровать, в шкаф и в ванную комнату.
Более того, никто не мог и выйти из номера. Он был заперт тем единственным ключом, который открывал заговоренный замок, и ключ этот находился внутри комнаты. К тому же возле двери в номер через считаные секунды после того, как сэр Джеймс закричал, столпились четыре человека, причем трое из них не отходили от нее до тех пор, пока я не взломал дверь.
Окна были заперты изнутри. Стекла и рейки ставен были целы. Окна выходили на небольшое патио, являющееся частью обеденного пространства. В тот момент там трапезничали двенадцать человек – все маги. Никто из них ничего не видел, хотя отчаянный крик, конечно, привлек внимание к окнам. К тому же стена здесь ровная, тридцать футов без карнизов, выступов и опор для руки и ноги. То есть уйти через окно было невозможно.
Также я не обнаружил свидетельств того, что кто-то входил в эту дверь или выходил из нее.
Пока я обследовал номер, явился командир Стражи с двумя подручными. Вы наверняка знакомы с Хеннели Грейми – рослый и крепкий мужчина с квадратной физиономией. Да? Я распорядился, чтобы он приступил к своим обязанностям, позаботился о том, чтобы на труп наложили фиксирующее заклятье и ни к чему не прикасались.
Потом я вышел в коридор и выставил из него всех присутствовавших – в один из пустовавших номеров дальше по коридору. Управляющий отдал мне ключ, и я отправил его заниматься своими делами.
Коммандер лорд Эшли уже начинал терять терпение. Он передал свою депешу мастеру Шону и должен был доложить об исполнении лорду адмиралу, так что я отпустил и его. Сэр Лайон, мастер Шон, мастер Нетли, подмастерье лорд Джон Кецаль и вдовствующая герцогиня Камберлендская были потрясены картиной, увиденной через пролом в двери, и, похоже, ничего существенного добавить не могли.
«Сэр Лайон, – сказал я, – эта комната была закрыта и заперта. Сэра Джеймса закололи, когда в комнате, кроме него, никого не было. Что вы можете об этом сказать?»
Погладив бороду, он произнес:
«Понимаю ваш вопрос. Да, на первый взгляд можно предположить, что его убили методами черной магии. Однако это всего лишь предположение, основанное на физических фактах. Сомневаюсь, что вы можете обнаружить это собственными силами, однако в данный момент эта гостиница защищена не только обычными охранными заклинаниями, не позволяющими заглянуть сюда извне какому-нибудь ясновидящему Таланту. До начала Съезда особая группа из шести могущественных магов обошла весь дом, укрепляя прежде наложенные заклятья и добавляя к ним новые. Эти чары не влияют на предвидение, так как не существует способа распространить действие заклинания в будущее, однако не позволяют магу, наделенному даром ясновидения, заглянуть в чужую комнату, a кроме того, не позволяют или мешают Таланту обнаружить, что творится в чужом разуме. Так что прежде, чем я смогу определенно сказать, что сэр Джеймс был убит методами черной магии, мне хотелось бы тщательно проанализировать ситуацию».
«Непременно, – сказал я ему. – Тогда следующий вопрос такой: у кого имелись причины убить его? С ним кто-то ссорился?»
И увы, лорд Дарси, все глаза в комнате обратились к мастеру Шону. Кроме его собственных, разумеется.
Естественно, я спросил, из-за чего произошла ссора.
«Никакой ссоры не было, – твердым тоном сказал он. – Да, мы с сэром Джеймсом были сердиты, но не друг на друга».
«На кого же?»
«Ни на кого. Дело в том, что мы с ним разрабатывали новый тавматургический эффект и обнаружили, что он вызывается двумя почти одинаковыми заклятьями. Подобный случай уже был отмечен в истории магии. Возможно, мы порычали друг на друга, но если сердились, то не друг на друга, а на несчастное совпадение».
«И каким образом возникла эта ваша… эм… дискуссия?» – спросил я его.
«Случайно разговорились после заседания комитета. Тема поднялась сама собой. Мы сравнили свои выкладки, и… вот оно. Спорили мы, собственно, над тем, кому первым представлять статью. И поэтому мы позвали сэра Лайона, чтобы он уладил вопрос».
Я посмотрел на сэра Лайона, он кивнул:
«Действительно. Я решил, что будет лучше, если они объединят свои усилия и представят исследование под обоими именами, с упоминанием о том, что работа была проделана ими независимо».
«А скажите мне, сэр Лайон, – спросил я, – что будет представлять собой эта статья – или статьи – несколько страниц тавматургических уравнений?»
«O нет. Они должны были представить полное описание эффекта. Конечно, с уравнениями и текстом на англофренче. И, естественно, с научной терминологией, профессиональным жаргоном, если угодно, однако…»
«А где хранится работа сэра Джеймса? – спросил я. – В комнате я ее не обнаружил».
«Она у меня, – сообщил Шон. – Мы с сэром Джеймсом договорились, что сначала я попытаюсь совместить оба текста, a потом, утром, в девять тридцать, встретимся и разработаем окончательный вариант статьи».
«И когда вы в последний раз видели сэра Джеймса?» – уточнил я.
«Вчера вечером, около десяти, – объяснил Шон. – Я вошел вместе с ним в его комнату, чтобы он отдал мне свою рукопись. Он намеревался поработать над кое-какими идеями и попросил, чтобы я не приходил раньше половины десятого».
«А нож для этой работы ему мог понадобиться?»
«Какой нож?» – Вопрос явно удивил мага.
«Большой, с черной ручкой и серебряным клинком».
«Ах, этот. Вы про прерыватель контакта? Сомневаюсь, он говорил, что намеревается произвести кое-какие выкладки. Об экспериментах речи не шло. Впрочем, могу допустить подобное».
«Мастер Шон, не позволите ли мне взглянуть на рукопись сэра Джеймса?» – спросил я у мага.