Рэндал Гаррет – Лорд Дарси. Убийства и магия (страница 117)

– Проводите его ко мне, матушка Анна.

Отец Артур встретил вошедшего в кабинет лорда Дарси энергичным рукопожатием.

– Давненько, давненько, милорд, – проговорил он с широкой улыбкой. – Рад снова вас видеть.

– И я тоже. Как у вас идут дела, старый друг?

– Неплохо. Прошу вас, садитесь. Хотите что-нибудь выпить?

– Не сейчас, отец. – Дарси занял предложенное сиденье. – Насколько я понимаю, у вас есть небольшая проблема.

Отец Арт откинулся на спинку кресла и заложил руки за голову.

– Ах да. Так называемое самоубийство. Бёрк… – Он усмехнулся. – Так и думал, что рано или поздно этим делом займутся более высокие инстанции.

– Почему вы говорите «так называемое самоубийство», отче?

– Потому что знаю людей, милорд. Если человек намеревается застрелиться, он не отправится с этой целью на уединённый пляж. Если он придет на пляж, значит, собирается топиться. Не стану утверждать, что никто и никогда не стрелялся на морском берегу, однако такие случаи настолько редки, что, когда они происходят, у меня возникают подозрения.

– Согласен, – проговорил лорд Дарси. Он не первый год знал Артура Лайона и нисколько не сомневался в том, что человек этот абсолютно предан Богу и королю. Карьера его развивалась самым необыкновенным образом. Во время войны тридцать девятого года он дослужился до старшины в Восемнадцатом пехотном полку. Потом он стал офицером службы королевского миропорядка, вышел в отставку в качестве главного старшины, после чего обрел призвание в качестве священника, проявил себя священнослужителем высшей квалификации, к тому же обладателем Таланта, сделавшего его блестящим целителем, и был с отличием принят в Орден Святого Луки.

– Дружище, – проговорил лорд Дарси, – мне нужна ваша помощь. Я собираюсь ознакомить вас с крайне конфиденциальной информацией и потому вынужден просить вас не открывать ее никому без официального разрешения.

Достав руки из-за головы, отец Арт с предвкушением наклонился вперед.

– Мне не впервой соблюдать тайну исповеди, милорд. Слушаю.

Лорду Дарси потребовалось больше получаса, чтобы рассказать святому отцу всю известную ему часть истории. Отец Арт вновь откинулся на спинку своего кресла, подложив под голову ладони с переплетенными пальцами, ангельская улыбка его была обращена к потолку.

– О да, милорд. Чрезвычайно интересно. Я хорошо помню ту пятницу, шестое июня. Очень хорошо…

Лорд Дарси прикрыл правый глаз и приподнял левую бровь.

– Надеюсь, вы поведаете мне о том, какое событие настолько ярко отпечаталось в вашей памяти.

– Безусловно, милорд. Я всего лишь наслаждался своим выводом. Когда я расскажу вам свою историю, вы придете к такому же заключению. – Он отвел свои глаза от потолка и вынул ладони из-под головы. – Можно сказать, что это началось поздней ночью в четверг. Из-за вызова к больному, который продержал меня на ногах всю предшествовавшую ночь в четверг, я рано лег спать. И, естественно, проснулся перед полуночью и не смог снова уснуть. Я решил воспользоваться предоставленным бодрствованием, поэтому какое-то время разбирал бумаги, а потом пошел в церковь, для того чтобы произнести утреннее правило перед алтарем. Затем вышел погулять в церковном дворе. Я часто поступаю так – прекрасное место для размышлений.

– В ту ночь на небе не было луны, – продолжил священник, – небо было безоблачное и ясное. До рассвета оставалось часа два. Естественно, было довольно темно, но я запомнил свой путь среди надгробий едва ли не наизусть. Я провел там почти четверть часа, когда вдруг погасли звезды.

Лорд Дарси словно оцепенел на целую секунду.

– Когда что?

– Когда погасли звезды, – повторил отец Арт. – Только что они сияли в небе, создавая привычные созвездия – я как раз смотрел на Лебедя, – и в следующий момент небо стало совершенно черным. Все целиком и сразу.

– Представляю себе, – промолвил лорд Дарси.

– Ну а я такого представить даже не мог, – проговорил священник, блеснув улыбкой. – Вокруг было черно, как в пекле. Признаюсь, на пару секунд меня охватила паника. Так странно видеть, когда звезды гаснут.

– Смею представить, – пробормотал лорд Дарси.

– Однако, – продолжил святой отец, – как прозорливец, я ощущал, что ничего страшного не происходит, и за какую-то минуту сумел взять себя в руки. Я мог вернуться в церковь, однако решил подождать снаружи, чтобы увидеть, как все закончится. Не знаю, сколько времени я там провел. Мне казалось, что час, но, скорее всего, меньше пятнадцати минут. Потом звезды снова появились на небе, так же как исчезли – все сразу и по всему небу.

– Не потускневшие? – спросил лорд Дарси. – И зажигались они не постепенно?

– Нет, милорд. Миг – и нет их. Миг – и все горят.

– Быть может, это был морской туман?

– Это невозможно. Никакой туман не может двигаться так быстро.

Лорд Дарси уставился на футовое изваяние святого Матфея, располагавшееся в стенной нише, хотя на самом деле не видел апостола.

Спустя минуту лорд Дарси проговорил:

– Я оставил мастера Шона в Кане, чтобы он лично обследовал труп. Он должен приехать сюда примерно через час. Я поговорю с ним, но… – Голос его умолк.

Отец Арт кивнул.

– Наш вывод, милорд, следует подтвердить, однако мне кажется, что мы на верном пути. Чем-нибудь еще я могу вам помочь?

– О да. Вот. – Лорд Дарси улыбнулся. – Ваше откровение о погасших звездах едва не сбило меня с толку, я даже позабыл, зачем вообще явился именно к вам. Мне хотелось бы, отче, чтобы вы переговорили с людьми, которые находились в «Зеленой чайке» в тот день и поздно вечером пятого числа. Я здесь чужак и, скорее всего, много узнать от них не сумею – уж во всяком случае меньше, чем вы. Мне нужно узнать, кто и когда приезжал и уезжал отсюда. Не мне рассказывать старому стражнику, как работать. Поможете мне?

– С удовольствием, милорд. – Улыбка вернулась на лицо отца Арта.

– Еще один вопрос. Можете ли вы на несколько дней разместить у себя нас с мастером Шоном? В гостинице, увы, нет ни одного свободного места.

Отец Арт громогласно расхохотался.

Мастер Шон О'Лохлэнн всегда был неравнодушен к мулам и любил приговаривать: «Мул настолько же умнее коня, как и ворон сокола. Ни ворон, ни мул не полезут в драку по указанию какого-то там двуногого».

Маг подъезжал к церкви Святого Матфея в бурой повседневной одежде, сидя в изрядно потертом седле на спине великолепного мула. Он выглядел вполне довольным собой.

Движение на Ривер-роуд было весьма оживленным, в маленький прибрежный городок, освященный именем апостола Матфея, по всей видимости, собралась половина населения герцогства. Посему мастер Шон не слишком удивился, заметив, что к нему направляется всадник, однако и это ощущение исчезло, когда выяснилось, что всадником этим является сам лорд Дарси.

– Не обратно ли в Кан вы собрались, милорд? – спросил он, когда Дарси подъехал поближе.

– Вовсе нет, мой дорогой Шон. Я выехал навстречу вам. Давайте свернем с дороги на запад; эта дорога обходит селение стороной и выходит прямо на Олд-Шор-роуд возле того места, где нашли труп. – Развернув коня в обратную сторону, он пустил его рядом с мулом мастера Шона. И вместе они направились в сторону Олд-роуд.

– Итак, – начал лорд Дарси, – что вы сумели выяснить в Кане?

– Свидетельства противоречат друг другу, милорд, весьма противоречат. Во всяком случае, в той части, что связана с гипотезой самоубийства. На краю обрыва обнаружилось то место, откуда погибший упал или откуда его столкнули, так что он прокатился по склону обрыва. Напомню, что его обнаружили в двадцати пяти футах от подножия скалы. У него сломаны два ребра, вывихнуто правое запястье… не говоря уже о нескольких внушительных синяках. Однако все повреждения были получены за несколько часов до смерти.

Лорд Дарси кисло усмехнулся.

– Что оставляет нам два варианта. Primus: йомен Стэндиш стоит на краю обрыва, простреливает себе голову, валится вниз на песок, проползает двадцать пять футов, а потом несколько часов умирает от раны, обыкновенно заканчивающейся мгновенной смертью. Или secundus: он падает с обрыва, проползает двадцать пять футов, после чего несколько часов размышляет и наконец стреляется. Вторая гипотеза, на мой взгляд, лишь немногим вероятнее первой. Завершает все тот факт, что его правое запястье вывихнуто. Так что нет, это не самоубийство, никакое не самоубийство. – Лорд Дарси ухмыльнулся. – Итак, остается или несчастный случай, или убийство. Какой вариант предпочтете вы, мой дорогой Шон?

Мастер Шон нахмурился, словно погрузившись в самые недра задумчивости. Потом лицо его вдруг просветлело, словно на него снизошло откровение.

– Я понял, милорд! Его убили случайным образом!

– Превосходно! – рассмеялся лорд Дарси. – Теперь, разобравшись с этим вопросом, я расскажу вам еще кое о чем.

И он поведал мастеру Шону о невероятном эпизоде с погасшими звездами, пережитом отцом Артом.

Когда Дарси закончил свое повествование, оба детектива минуту-другую ехали молча. Потом мастер Шон негромко проговорил:

– Так вот оно в чем дело.

У дороги возле места смерти стоял караульный, неподалеку сидел второй, поднявшийся на ноги, как только заметил лорда Дарси и мастера Шона. Оба всадника спешились и подошли к стражникам вместе с животными.

– Простите меня, джентльмены, – проговорил первый, очевидно, старший в карауле, авторитетным тоном, – но здесь останавливаться нельзя по приказу его королевского высочества герцога Нормандского.