RemVoVo – Рой. Антология космического ужаса (страница 2)

– Что это было? – спросил Джеймс хрипло.

– Смерть, – ответила Линда. Она посмотрела на него — её зрачки расширились так, что радужка почти исчезла. – Я видела, как меня... как оно...

– Не говори. – Он поднялся на ноги. – Возвращаемся на корабль.

Но сфера не отпускала.

Обратный путь занял в три раза больше времени, потому что каждый шаг давался с трудом. Гудение превратилось в шёпот — множество голосов, которые говорили одновременно на разных языках, и Джеймс понимал каждый. Ты уже мёртв. Ты уже мёртв. Посмотри на свои руки. Он посмотрел. Сквозь прозрачную перчатку он увидел, что кожа на ладонях шелушится, как после ожога, и под ней — не мясо, а что-то чёрное, тягучее.

– Это иллюзия, – сказал он вслух. – Надо дойти до шлюза. Надо...

– Джеймс, – позвала Линда. Её голос сорвался на писк. – Джеймс, Маркус не идёт.

Он обернулся. Маркус стоял в двадцати метрах от них, развернувшись лицом к сфере. Его руки висели вдоль тела, голова запрокинута, и сквозь забрало шлема было видно, как он улыбается. Улыбка была широкая, неестественная — уголки губ тянулись к ушам.

– Маркус? – окликнул Джеймс.

– Она красивая, – сказал Маркус. – Почему вы не сказали, что она красивая?

– Иди сюда.

– Не хочу. Я хочу остаться здесь. Здесь нет боли. Знаете, какая она на ощупь? Гладкая. И тёплая. Живая.

Он шагнул назад, к сфере. Ещё шаг. Джеймс рванул к нему, но магнитные башмаки скользили по реголиту, каждый шаг отбрасывал его назад. Линда закричала. Маркус шёл и улыбался.

– Не трогай её, Маркус!

– Слишком поздно, капитан. Она уже трогает меня.

Он прижался спиной к чёрной поверхности. Сфера не поглотила его — он просто... прислонился. Обмяк. И затих.

На канале связи раздался звук — что-то среднее между всхлипом и смешком.

– Маркус, ответь, – приказным тоном сказал Джеймс. – Это приказ.

– Не могу, – еле слышно произнёс Маркус. – У неё внутри очень... очень хорошо. Приходите.

И замолчал навсегда.

На корабль они вернулись вдвоём.

Майкл встретил их в шлюзовой с бледным, как простыня, лицом. Эмили сидела на пульте, обхватив колени руками. Кевин Паркер жался к стене — он всегда жался к стенам, когда нервничал.

– Где Маркус? – спросила Эмили, хотя по глазам было видно, что она уже знает ответ.

– Остался там, – сказал Джеймс. Он стянул шлем, и воздух корабля ударил в лицо сухостью и теплом. – Мы уходим. Немедленно. Майкл, рассчитывай курс возвращения.

– А астероид? – спросил Кевин.

– К чёрту астероид.

– Но сигнал...

– Я сказал, к чёрту!

Никто не спорил. Майкл включил двигатели, и «Джон Янг» начал медленный разворот. Джеймс сидел в капитанском кресле и смотрел на экран заднего обзора. Астероид становился всё меньше, превращался в точку, в пылинку. Но гудение в голове не прекращалось. Оно даже усилилось — теперь голоса звучали отчётливо, как будто кто-то шептал прямо в ухо.

Ты думаешь, что уходишь? Мы везде.

– Заткнитесь, – прошептал Джеймс.

– Что? – переспросила Эмили.

– Ничего. Я ничего не говорил.

Он закрыл глаза и увидел сферу. Она была уже не на астероиде — она плыла прямо перед ним, в пустоте, и её поверхность больше не была чёрной. На ней проступали лица. Маркус. Линда. Эмили. Майкл. Кевин. И последнее лицо — его собственное.

Ты прикоснулся к нам, – сказали голоса в унисон. – А мы всегда отвечаем взаимностью.

– Это не по-настоящему, – сказал Джеймс. – Это галлюцинация. Синдром изоляции. Усталость. Надо поспать.

Он встал, шатаясь, и пошёл в свою каюту. Эмили окликнула его, но он не ответил. Дверь закрылась. Он лёг на койку, не раздеваясь, и уставился в потолок.

На потолке не было лица. Но когда Джеймс моргнул, оно появилось. Тень. Просто тень, которая шевелилась.

– Ты не настоящая, – сказал он тени.

Тень не ответила. Она просто лежала на нём, холодная, как вакуум.

Он проснулся от крика.

Кричал Кевин. Джеймс выскочил в коридор — свет мигал, пахло горелой проводкой. Кевин сидел на полу, прижавшись спиной к стене, и тыкал пальцем в сторону камбуза.

– Там... там кто-то есть... – заикаясь, выдавил он.

Джеймс заглянул в камбуз. Никого. Пустые чашки, недоеденный сухой паёк, экран с заставкой «Транс-Солар Индастриз». Всё как обычно.

– Тебе показалось.

– Не показалось! – Кевин всхлипнул. – Он стоял там. В углу. Чёрный. Я видел его глаза, капитан. У него не было лица, но глаза были. Белые.

– Кевин, иди в медотсек, возьми успокоительное.

– Я не пойду один.

– Тогда иди сюда. – Джеймс протянул руку. Кевин ухватился за неё и поднялся. Пальцы у него были ледяные и липкие от пота.

Они пошли вместе. По пути Джеймс заметил, что в конце коридора, возле шлюза, стоит фигура. Высокая, сутулая. Он остановился. Кевин тоже.

– Кто там? – спросил Джеймс.

Фигура не ответила. Она стояла неподвижно, и свет мигающих ламп падал на неё так, что нельзя было разглядеть ни лица, ни одежды. Просто силуэт.

– Это Майкл, – сказал Кевин с надеждой. – Майкл, ты? Скажи что-нибудь.

Фигура шагнула вперёд. Один шаг. Второй. И исчезла. Просто растворилась в воздухе, как будто её и не было.

– Нам надо убираться отсюда, – прошептал Кевин. – Нам надо убираться прямо сейчас.

– Мы уже убираемся, – ответил Джеймс.

Но он врал. Они не убирались. Они несли с собой сферу, её шёпот, её тени. Она была внутри корабля — или внутри них самих. Джеймс чувствовал это каждой клеткой.

В ту ночь Линда Вонг пошла в шлюзовую.

Она делала это не специально. Просто шла, потому что голоса сказали ей идти. Они шептали ласково, как материнская колыбельная: Открой дверь. Выйди наружу. Там тихо. Там хорошо.

Она открыла.

Кевин проснулся от звука падения металла — это чеканистая крышка шлюза с грохотом откатилась к стене. Он выбежал в коридор и успел увидеть, как в проёме мелькнула фигура Линды в одном нижнем белье — она вышла без скафандра. Кевин заорал. Его крик разбудил Эмили и Майкла. Вместе они добежали до шлюза, но Линду уже не вернуть. Её тело дрейфовало в десятке метров от корабля, медленно кувыркаясь в полной темноте. Кожа за минуту покрылась ледяной коркой, глаза вылезли из орбит от внутреннего давления. Но её рот был открыт, и создавалось впечатление, что она поёт.

– Задраить шлюз! – закричал Майкл. – Быстро!

Они задраили. Но было поздно.

Джеймс услышал шум и вышел. Увидел лица своих людей — испуганные, опухшие от недосыпа, искажённые ужасом. Увидел открытый шлюз и пустоту за ним.

– Линда... – начал он, но не закончил.