RemVoVo – Пепельный венец (страница 3)

Пение оборвалось. Голова повернулась, волосы качнулись, открывая лицо. Иллюзия, если она была, показала мне обычную девушку лет восемнадцати – бледную, испуганную, с огромными глазами, в которых застыли слёзы.

– Помогите, – прошептала она. – Пожалуйста, помогите.

Голос ударил по нервам, как струна. В нём было столько отчаяния, что у меня сжалось сердце – старая, давно похороненная реакция на чужую боль. Я стиснул зубы. Суккубы манипулируют эмоциями, это их главное оружие. Надо быть осторожным.

– Спускайся, – сказал я, не опуская кинжала. – Медленно. Чтобы я тебя видел.

Она кивнула и исчезла с края пролома. Через минуту послышались шаги по лестнице – той, что вела на второй этаж снаружи здания. Я попятился к стене, чтобы держать вход в поле зрения.

Девушка появилась в дверном проёме. Босая, в лохмотьях, худая до прозрачности. На руках – ссадины и синяки, на шее – странное родимое пятно в форме полумесяца. Она смотрела на меня с такой надеждой, что у меня внутри всё перевернулось.

– Не подходи, – приказал я. – Стой там. Кто ты?

– Меня зовут Лира. – Голос дрожал. – Я… я сбежала от них. Они держали меня в подвале, там, на востоке. Я не знаю, где я. Пожалуйста, не убивайте меня.

Она всхлипнула и закрыла лицо руками. Всё в ней кричало о беспомощности, о том, что она жертва, а не хищник. Но я слишком долго жил в Углеграде, чтобы верить первому впечатлению.

– Ты знаешь, что здесь опасно? – спросил я, не опуская кинжала. – Говорят, тут завёлся суккуб.

Она подняла на меня заплаканные глаза.

– Суккуб? Это про меня? Они так меня называют? – Голос её сорвался на крик. – Я не суккуб! Я человек! Я просто хочу домой!

Я поднял амулет, снова направляя на неё. Никакой реакции. Может, амулет сломался? Или это действительно ошибка, и Гильдия послала меня убивать невиновную?

– Откуда ты родом? – спросил я.

– Из-за хребта. Из долины Семи Башен. Там была академия, старая библиотека… – Она запнулась и замолчала, словно сболтнула лишнее.

Библиотека. Это слово зацепило меня за живое. Я слышал о Библиотеке Дракона – легендарном хранилище знаний, затерянном где-то в горах. Говорили, что там хранятся свитки с описанием всех событий прошлого и будущего, что тот, кто найдёт библиотеку, сможет изменить судьбу. Но это были сказки, которые рассказывают пьяные маги в дешёвых тавернах.

– Что за библиотека? – спросил я, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно.

– Ничего, – быстро ответила она. – Я не знаю никакой библиотеки.

Врёт. И врёт плохо. Я шагнул ближе, и она отшатнулась, вжавшись спиной в стену.

– Послушай, девочка. Меня наняли убить суккуба. Если ты не суккуб, то кто? И что ты делаешь одна в развалинах, в самом опасном районе города?

– Я прячусь, – прошептала она. – От тех, кто охотится за мной. Они тоже называют меня суккубом, но это неправда. Я просто… я просто не такая, как все.

– Какая – не такая?

Она молчала, кусая губы. Я видел, как в её глазах борются страх и желание довериться. Наконец она решилась.

– Я полукровка. Мой отец был человеком, а мать… мать была из расы ночных. Из тех, кого вы называете демонами.

Я замер. Полукровка. Дитя человека и демона. Таких почти не бывает – союзы между расами обычно заканчиваются смертью одного из партнёров, чаще человека. Но если ребёнок выживает, он наследует часть сил обоих родителей. Иногда эти силы проявляются как способность к иллюзиям, к соблазнению, к поглощению жизненной энергии. То есть почти как у суккуба.

– Ты умеешь менять облик? – спросил я.

– Нет! То есть… я могу казаться красивее, чем есть, но это не специально, это само. Я не убиваю людей! Я никогда никого не трогала!

Она говорила с такой искренностью, что я почти поверил. Почти. Но полукровки опасны даже против своей воли – их сила может вырваться наружу в момент стресса и уничтожить всё вокруг.

– И поэтому за тобой охотятся?

– Не только. – Она снова замолчала, потом выпалила: – Я знаю, где вход в Библиотеку Дракона. Мой отец был её хранителем. Перед смертью он передал мне ключ. Они хотят забрать его.

У меня пересохло во рту. Библиотека Дракона. Легендарное место, которое ищут маги, императоры, бессмертные. Если она говорит правду, то её цена – целое состояние. Если врёт – то она либо сумасшедшая, либо очень хитрая тварь.

– Покажи ключ, – потребовал я.

– Он не здесь. Я спрятала его в надёжном месте. Если вы убьёте меня, никто его не найдёт.

– Я не собираюсь тебя убивать. Пока. – Я убрал кинжал в ножны, но оставил руку на рукояти. – Меня наняли убрать суккуба. Если ты не суккуб, то проблема решается просто: я ухожу и докладываю, что цель исчезла.

– А они не пришлют другого?

– Пришлют. – Я вздохнул. – Гильдия не любит оставлять дела незакрытыми. Рано или поздно здесь будут шастать толпы чистильщиков. Или просто сожгут квартал вместе с тобой.

Она побледнела ещё сильнее, если это возможно.

– Что же мне делать?

Я смотрел на неё и думал. У меня было два варианта: прикончить её сейчас, получить вторую половину серебра и забыть об этом деле. Или попытаться вытащить её из города, продать информацию о библиотеке кому-нибудь побогаче и сбежать подальше от Гильдии. Второй вариант опаснее, но выгоднее.

– Тот ключ, – сказал я. – Он действительно существует?

– Да. Это не просто ключ, это… это часть меня. – Она коснулась родимого пятна на шее. – Вот здесь. Отец вживил его в мою плоть, чтобы никто не мог отнять. Нужна моя кровь, чтобы открыть дверь.

Я присмотрелся к пятну. Действительно, оно имело странную форму – не просто случайное скопление пигмента, а чёткий полумесяц с точкой внутри. Магическая метка. Такое не подделать.

– Ладно, – решился я. – Идём со мной. Я выведу тебя из города. Но по дороге ты расскажешь мне всё об этой библиотеке. И если я пойму, что ты врёшь, я оставлю тебя там же, где найду. Договорились?

Она кивнула, и в её глазах впервые за весь разговор мелькнула надежда.

Мы вышли из склада в ночь. Багровое небо висело над нами, как больное покрывало, а пепел всё сыпался, скрипя на зубах. Я вёл девушку переулками, стараясь держаться подальше от патрулей и случайных прохожих. Она шла послушно, но я чувствовал, что каждую секунду готова сорваться и бежать.

– Как ты выжила здесь одна? – спросил я, когда мы миновали очередной завал.

– Я не одна. Со мной была мать, но она… она умерла по дороге. Её убили охотники на демонов. Я забилась в эти развалины и сидела тихо, боялась выходить. Днём пила воду из луж, ночью слушала, как воют крысы.

– Есть хотелось?

– Я почти не чувствую голода. Мать говорила, это из-за моей крови. Я могу долго обходиться без еды.

Полукровки. У них всегда куча особенностей, и не все приятные. Я решил не вдаваться в подробности.

Мы вышли к стене, отделяющей Южный квартал от более безопасного Центрального. Стена была старой, с проломами, которые никто не заделывал – денег у города не хватало даже на стражу. Я выбрал пролом, заваленный битым камнем, и помог Лире перелезть.

– Спасибо, – прошептала она, когда мы оказались по ту сторону.

– Не благодари раньше времени. Вопрос: где ты спрятала ключ?

– В храме. В старом храме Мёртвых Семи Богов на окраине. Там есть тайник, который показал мне отец. Я положила туда амулет – тот, что был при мне, когда он умер.

– Амулет?

– Да. Это часть ключа. Основная часть – во мне. Без амулета я не смогу активировать метку.

Я мысленно выругался. Значит, нужно тащиться в храм. Храм Семи Мёртвых Богов – место мрачное, но обычно пустое, обычно. Богам, которым никто не молится, не нужны жрецы. Туда даже нищие не заходят – боятся.

– Далеко?

– Нет, за часовню Святой Пыли, сразу за Костяным рынком.

Костяной рынок – место, где торгуют останками животных и иногда, говорят, не только животных. Я там не бывал, но слышал много жутких историй. Что ж, выбора нет.

Мы двинулись дальше. Город спал тревожным сном, изредка просыпаясь лаем собак или пьяными криками. Где-то далеко завыли волки – или те, кто страшнее волков. Я вёл Лиру за руку, чувствуя, как она дрожит. Холодно ей или страшно – не поймёшь.

– Корвин, – вдруг сказала она. – Можно мне так тебя называть?

– Можно.

– Ты ведь убьёшь меня, если я окажусь суккубом?

Я помолчал. Вопрос был честным, и ответ должен быть честным.