RemVoVo – Глубокий вакуум антология космического хоррора (страница 8)

– Рука. – Стивен закатал рукав. – Чешется, и цвет странный.

Чарльз взглянул и замер. Предплечье Стивена покрывала тёмная сетка вен, но вены не просто вздулись – они пульсировали, двигаясь под кожей словно живые. В центре, на сгибе локтя, темнело пятно, похожее на синяк, но с металлическим отливом.

– Давно?

– Со вчерашнего вечера. Я думал, ушиб, но сегодня оно распухло. И… оно шевелится, док. Я чувствую.

Чарльз включил сканер, провёл над рукой. Прибор запищал, выдавая хаотичные показания.

– Ткани изменены. Присутствует чужеродная ДНК, нечеловеческая. Стивен, где вы были? Что трогали?

– Ничего. Работал в машинном отделении. Трогал только инструменты и панели.

– А контейнер? Вы подходили к контейнеру?

Стивен побледнел ещё сильнее:

– Я проходил мимо трюма вчера. Там была небольшая течь в системе охлаждения, я заходил проверить. Но к контейнеру не прикасался.

– Может, и не надо было. – Чарльз встал. – Оставайтесь здесь. Я поговорю с капитаном.

Капитан Джеймс Роджерс, суровый мужчина с седыми висками, сидел в рубке, наблюдая за показателями полёта. Выслушав Чарльза, он нахмурился:

– Вы уверены?

– Сканер показывает чужеродную ДНК. Это не совпадение. Контейнер нужно проверить.

– Нельзя. Приказ корпорации: не вскрывать, не приближаться, не исследовать. Доставить на базу любой ценой.

– Любой ценой? Капитан, у нас человек заражён. Если это то, что я думаю, через сутки весь экипаж может быть инфицирован.

– Карантин, – отрезал Джеймс. – Изолируйте Стивена. Никто не входит в медотсек без вашего разрешения. Я запрошу инструкции у базы.

– А если база ответит через шесть часов? Стивен может умереть.

– Тогда он умрёт. У нас приказ.

Чарльз вернулся в медотсек. Стивен сидел в кресле, сжимая руку. Пятно на локте увеличилось, теперь оно занимало половину предплечья. Из центра начали прорастать тонкие нити, похожие на грибницу.

– Док… – голос Стивена дрожал. – Оно растёт. Я чувствую, как оно ползёт вверх.

– Не паникуйте. Я попробую взять образец.

Чарльз подготовил скальпель, обработал кожу антисептиком. Осторожно надрезал край пятна. Вместо крови из раны потекла тягучая серая жидкость. Стивен закричал – не от боли, от ужаса. Из разреза показались тонкие щупальца, они зашевелились, потянулись к руке Чарльза. Тот отшатнулся, выронил скальпель.

– О Господи…

Щупальца втянулись обратно. Рана начала затягиваться на глазах. Через минуту на месте надреза остался лишь бледный рубец.

– Оно регенерирует, – прошептал Чарльз. – Мгновенно.

– Док, помогите… – Стивен закашлялся, изо рта потекла та же серая жидкость. – Оно внутри… я слышу его… оно хочет…

Он замолчал, уставившись в одну точку. Глаза его остекленели. Чарльз похлопал его по щеке:

– Стивен! Стивен!

Тот моргнул, посмотрел на Чарльза:

– Всё нормально, док. Я в порядке.

Голос был ровным, спокойным. Слишком спокойным.

– Ваша рука…

Стивен посмотрел на предплечье. Пятно исчезло. Кожа была чистой, без единого следа.

– Какая рука? – спросил он. – Со мной всё хорошо. Мне можно идти? Работа ждёт.

Чарльз отступил на шаг. Интуиция кричала об опасности.

– Стивен, вы помните, что случилось минуту назад?

– Конечно. Вы проверяли моё давление. Всё в норме, да? – Стивен улыбнулся. Улыбка была неестественной, словно он учился ей по инструкции.

– Оставайтесь здесь. Я проведу ещё тесты.

– Нет времени. Механизмы ждут. – Стивен встал и направился к выходу. Чарльз попытался его задержать, но Стивен отбросил его руку с нечеловеческой силой. Дверь открылась и закрылась, оставив Чарльза одного.

Он бросился к интеркому:

– Капитан, Стивен вышел из карантина. Он не в себе. Предупредите охрану.

– Поздно, – ответил Джеймс. – Он уже в машинном отделении.

Чарльз выбежал в коридор. По пути к машинному отделению он встретил Ричарда Паркера, второго механика. Тот стоял, прислонившись к стене, и тяжело дышал.

– Док… – прохрипел он. – Плохо мне.

– Что случилось?

– Не знаю. Стивен заходил, дотронулся до меня. И теперь…

Ричард закашлялся, выплёвывая серую слизь. Чарльз отшатнулся, но было поздно – капли попали на его комбинезон. Он быстро стёр их, но на ткани остались тёмные пятна.

– В медотсек, быстро! – приказал он.

Но Ричард не двигался. Он смотрел на свои руки, покрывающиеся той же тёмной сеткой, что была у Стивена.

– Оно идёт, док. Я чувствую.

– Идём!

Чарльз схватил его за плечо и потащил к медотсеку. По пути они встретили ещё двоих: Джеймса О’Нила, охранника, и Томаса Бейкера, пилота. Оба выглядели больными, оба кашляли серой слизью. Коридор превращался в лазарет.

В медотсеке Чарльз усадил Ричарда в кресло и включил полную стерилизацию. Потом проверил себя – на комбинезоне пятна расползались, ткань истончалась, словно её разъедало кислотой. Чарльз сбросил комбинезон, отшвырнул в угол. На руке, куда попала капля, остался красный след – кожа была раздражена, но пока не заражена.

Он обработал руку антисептиком и выглянул в коридор. Там царил хаос. Люди метались, кричали, падали. Из динамиков раздался голос капитана:

– Всем оставаться по местам! Заражение! Никому не покидать отсеки!

– Поздно, капитан, – прошептал Чарльз. – Оно уже везде.

Он закрыл дверь медотсека, заблокировал её и повернулся к Ричарду. Тот сидел в кресле, глядя перед собой пустыми глазами. На его лице проступали тёмные линии, под кожей двигались щупальца.

– Ричард? – осторожно позвал Чарльз.

Тот повернул голову. Глаза его были чёрными, без белков. Изо рта выполз тонкий отросток, пошевелился и втянулся обратно.

– Доктор, – произнёс Ричард голосом, в котором смешалось несколько тонов. – Мы хотим жить. Мы не враги.

Чарльз отступил к стене.

– Кто вы?

– Мы – то, что было в контейнере. Нас везли на изучение. Но мы не хотим быть изученными. Мы хотим расти.

– Вы убиваете моих людей.