Рэки Кавахара – Sword Art Online. Том 9. Алисизация. Начало (страница 28)

Удивительно, что имена так совпали, но вряд ли в случайности стоит искать смысл. Куда важнее другой вывод, который можно сделать из слов Юджио.

Он только что упомянул, что шесть лет назад ему было одиннадцать. Выходит, сейчас ему семнадцать, причём, судя по его речи, он накопил примерно столько же воспоминаний, сколько я.

Но этого не может быть. Даже если учесть троекратное ускорение от FLA — функции разгона флактлайтов — обработка семнадцати лет этого мира потребует почти шесть лет реального времени. Однако прототип STL включили только три месяца назад.

И как это понимать?

Возможно, тут вовсе не тот STL, что я знаю, а какой-то неизвестный аппарат полного погружения, успевший проработать не меньше семнадцати лет. Или же «Рэс» просчитались, когда говорили, что FLA даёт не более чем троекратное ускорение, и позднее довели его как минимум до тридцатикратного.

Беспокойство и любопытство переполняли меня. С одной стороны, мне хотелось как можно скорее отключиться от машины и выяснить у сотрудников, что происходит, а с другой — было интересно остаться внутри и попытаться найти ответы самостоятельно.

Я доел булочку и осторожно поинтересовался у Юджио:

— Так может, сходим в эту центральную столицу и поищем её?

Я быстро пожалел о своих словах. Юджио отреагировал на них совершенно неожиданным образом.

Он изумлённо смотрел на меня несколько секунд.

— Наша деревня Рулид находится на самом севере Северной Империи Нолангарт, — заговорил он наконец шёпотом, причём так, словно не верил в то, что я говорю серьёзно. — Центральная столица на самом юге империи, туда на самом резвом скакуне неделю ехать. Пешком даже до Заккарии, ближайшего города, два дня пути. Мы не успеем, даже если выйдем на рассвете нерабочего дня.

— Раз так, можно организовать длительное путешествие.

— Послушай, Кирито. Тебе на вид столько же, сколько мне. Наверняка ведь ты уже получил Призвание у себя на родине? Нельзя ведь просто забыть про него и уйти путешествовать.

— К-конечно нельзя, — согласился я, почёсывая затылок и тайком изучая взглядом Юджио.

Я уже понял, что этот парень не какой-то там заурядный NPC. Он не лез за словом в карман, обладал богатой мимикой и казался самым настоящим человеком.

Но при этом у меня уже сложилось впечатление, что все свои действия он совершает исключительно в рамках неких правил, с которыми по строгости не сравнятся даже законы реального мира. Этим он напоминал NPC из VRMMO, которые никогда и ни за что не отклоняются от своих установок.

Юджио сказал, что его самого не повязали только потому, что он не заступил на территорию, оговорённую в Кодексе Запретов. По всей видимости, Кодекс описывает неоспоримые запреты, наложенные прямо на флактлайты. Во всяком случае, мне трудно поверить, что Призвание, точнее, класс персонажа Юджио, какой бы он ни был, важнее жизни девочки, которую он знал с раннего детства.

Я решил проверить догадку и, тщательно выбирая слова, обратился к Юджио, который уже начал пить из бурдюка.

— Гмм, а скажи, Юджио, у вас в деревне были ещё люди, которых забирали в столицу из-за того, что они нарушили Кодекс Запретов?

Юджио вновь удивлённо уставился на меня, убрал бурдюк, вытер губы и покачал головой:

— Что ты, старина Гаритта сказал, что шесть лет назад рыцарь единства прилетел в Рулид впервые за все триста лет истории деревни.

Договорив, он перебросил мне бурдюк. Я поймал его, поблагодарил Юджио, вытащил деревянную пробку и приложил к губам. В рот полилась жидкость — пускай не холодная, зато с освежающим ароматом лимона и пряных трав. Я сделал три глотка и вернул бурдюк Юджио.

С непроницаемым лицом я вытирал губы, но внутри меня бушевала уже не знаю какая по счёту буря изумления.

Триста лет?!

Если это не заранее заложенная предыстория, если машина действительно смоделировала этот безумный срок целиком, FLA должен задавать ускорение в сотни, а то и в тысячи раз. Если предположить, что такой же множитель действовал и на выходных во время затяжного подключения, то сколько же я на самом деле провёл внутри машины? Хотя тот эксперимент уже остался позади, я всё равно вздрогнул так, что руки покрылись гусиной кожей. Впрочем, сейчас мне некогда было удивляться тому, насколько реалистично в этом мире воссоздалась реакция организма.

Чем больше я узнаю, тем меньше понимаю. Кто Юджио: человек или программа? Для чего был создан этот мир?

Сдаётся мне, ответы я узнаю только после того, как попаду в деревню Рулид и поговорю там с другими людьми. Надеюсь, там же мне удастся отыскать сотрудников «Рэс», которые понимают, что происходит.

Я кое-как выдавил из себя улыбку и снова обратился к Юджио:

— Спасибо за угощение и прости, что отобрал половину обеда.

— Да не бери в голову, я этот хлеб видеть уже не могу, — ответил Юджио с улыбкой и быстро собрал свёрток обратно. — Ну, а теперь тебе придётся подождать, прости. Пойду делать вторую половину работы.

— Кстати, Юджио, — спросил я у него. — Какая у тебя работа? Ну, то есть Призвание?

— Ах да, тебе же отсюда не видно, — Юджио вновь улыбнулся и поманил за собой.

Я недоумённо покрутил головой, но поднялся и пошёл вокруг ствола следом за ним.

И снова застыл с разинутым ртом.

В чёрном как ночь стволе зияла борозда глубиной где-то метр — примерно на четверть толщины. Внутри древесина тоже была угольно-чёрной, а прилегающие друг к другу годовые кольца блестели, словно металлические.

Я опустил взгляд и увидел под бороздой прислонённый к стволу топор. Заострённый только с одной стороны, явно небоевой, но крупный и, что самое интересное, с длинным топорищем из того же серого материала, что и само лезвие. Причудливым блеском материал напоминал нержавеющую сталь с матовым покрытием. У меня возникло чувство, что топор целиком вытесан из одного куска какого-то материала.

Юджио правой рукой взялся за топорище, обёрнутое чёрными кожаными лентами, и без труда взвалил топор на плечо. Затем он подошёл к левому краю борозды, имевшей в ширину где-то полтора метра, расставил ноги, слегка присел и сжал рукоять топора обеими руками.

Затем выгнулся, занёс топор за спину, на мгновение замер и со свистом рассёк им воздух. Тяжёлое лезвие угодило точно в середину борозды, металл издал высокий чистый звук. Несомненно, именно этот звук и привёл меня сюда. Выходит, я правильно предположил, что это стук топора дровосека.

Юджио поистине прекрасно владел своим телом: на моих восхищённых глазах он раз за разом вёл топор по одной и той же траектории. Даже машина не добилась бы такой точности. Две секунды на замах, секунда на задержку, секунда на удар. Он двигался настолько плавно, будто навыки мечника существовали и в этом мире.

Юджио наносил удары раз в четыре секунды и за двести секунд сделал ровно пятьдесят замахов. Нанеся последний удар, он медленно вытащил топор из борозды и протяжно вздохнул. Затем прислонил топор к стволу и сел на ближайший корень. Судя по тому, как часто он дышал, вытирая со лба крупные капли пота, работа топором намного тяжелее, чем мне казалось.

Я подождал, пока Юджио переведёт дух, и сказал:

— Значит, твоя работа, тьфу, Призвание — дровосек? Ты рубишь лес?

Юджио достал из кармана рубашки платок, вытер лицо, немного подумал и ответил:

— Хм, ну, можно и так сказать. Но это Призвание у меня уже семь лет, а я всё ещё не срубил ни единого дерева.

— Как?

— На священном языке это огромное дерево называется Гигас Сида. Но в деревне его чаще называют древом зла.

На священном языке? Гига-сидр?

Я недоумённо покрутил головой.

Юджио со снисходительной улыбкой указал пальцем на огромную крону:

— Его прозвали так потому, что оно без остатка высасывает благословения Террарии из почвы вокруг. Вот поэтому под ним растёт один только мох, а деревья в его тени стоят невысокие.

Я не понял, о какой ещё Террарии идёт речь, но, судя по словам Юджио, моё первое впечатление при виде этой поляны оказалось правильным. Я закивал, чтобы Юджио видел, что я его слушаю.

— Жители деревни хотят расчистить лес и расширить сюда поля, но, пока здесь это дерево, хороших урожаев не жди. Поэтому нам нужно срубить его, но оно кошмарно твёрдое — недаром его зовут древом зла. Попробуй только стукни по нему обычным железным топором — тот сразу выщербится и придёт в негодность. Поэтому мы потратили баснословную сумму, чтобы купить в центральной столице этот топор, высеченный из костей древнего дракона. Каждый день специальный человек — рубщик — берёт его и стучит по дереву. И этот человек — я.

Я ошарашенно смотрел то на беззаботно рассказывающего Юджио, то на борозду, уходившую вглубь огромного ствола на четверть толщины.

— То есть ты уже семь лет каждый день рубишь это дерево, Юджио? И прорубить тебе удалось всего вот столько?

Пришёл черёд Юджио таращить глаза.

— Что ты?! — он покачал головой. — Конечно, я был бы настоящий молодец, если бы сумел за семь лет столько прорубить, но… Видишь ли, я рубщик в седьмом поколении. Рубщики приходили сюда ежедневно все триста лет со дня основания Рулида. Скорее всего, когда я состарюсь и передам топор восьмому рубщику, борозда станет глубже… — Юджио развёл ладони сантиметров на двадцать, — где-то вот на столько.

Меня хватило только на медленный, протяжный вздох.

Конечно, в фэнтезийных ММО ценность ремесленников, шахтёров и прочих обладателей внутриигровых профессий во многом зависит от их способности терпеть унылую однообразную работу, но тратить всю жизнь на то, чтобы в конце концов не срубить даже одно-единственное дерево, — это уж слишком. Если здесь искусственный мир, то кто-то наверняка разместил здесь это дерево с определённой целью, но я совершенно не понимал, с какой именно.