Рэки Кавахара – Sword Art Online: Progressive. Том 2 (страница 37)

— О-о-о, — донёсся сверху елейный голос, — вы меня удивляете! Это же надо, пропустить такую атаку и не пожелтеть. А ведь у этого топора шесть заточек на вес. От его удара даже латы звенят, словно колокола.

Пока я слушал непринуждённо-ядовитый голос Морте, моя правая рука кое-как оправилась от онемения и снова сжала рукоять меча.

— Ты что, не добьёшь меня? — спросил я.

— Ну что вы несёте? Я ведь знаю: вы так говорите затем, чтобы я радостно подошёл и неожиданно получил от вас сдачи, да? И вообще, я не собираюсь заканчивать дуэль с самим господином Кирито быстрым и дешёвым ударом. Вставайте, вставайте, я подожду.

Я думал рискнуть и попробовать отрубить Морте ногу из положения лёжа, но он разгадал мой план. Пришлось подыматься на ноги, держась левой рукой за скалу за спиной.

Стоять в двух метрах друг от друга во время дуэли — всё равно что стоять вплотную. Тем не менее Морте держал топор и щит свободно висящими руками и словно не думал сражаться. He думаю, что он расслабился из-за удачной атаки, — скорее, это опыт придавал ему уверенности в себе.

Если взглянуть на дуэль под таким углом, то я пляшу под дудку Морте с самого начала.

Начальное положение, взаимное наблюдение во время обратного отсчёта, первый удар, стратегия боя, козырь в рукаве — всё случилось именно так, как он задумывал. В дуэлях нынешнего SAO этот парень разбирается в разы лучше меня. Возможно, даже персонажа он развивает именно с упором на дуэли, иначе непонятно, зачем он взял и «Одноручные мечи», и «Одноручные топоры», потратив на них две драгоценные ячейки навыков.

И тут вдруг я предположил такое, что у меня спёрло дыхание.

Если Морте настолько хорошо разбирается в дуэлях, может, он специально ударил меня так, чтобы урона для победы не хватило совсем чуть-чуть?

Дуэль до половины здоровья заканчивается, как только шкала одного из бойцов опустеет более чем наполовину. Если это происходит внутри безопасной зоны, то игроки перестают получать урон при появлении окошка с результатом дуэли, поскольку на них снова начинает действовать системная защита. Снаружи этой зоны игроки могут атаковать друг друга и дальше, но это считается преступлением и окрашивает курсор в оранжевый.

Однако, если мои смутные воспоминания меня не обманывают, окончание дуэли определяется не строго по шкале здоровья. На самом деле битва завершается после того, как система обработает урон от атаки или навыка, опустившего здоровье противника ниже пятидесяти процентов.

Например, предположим, что у участника дуэли всего тысяча очков здоровья, из которых осталось пятьсот десять, а он получает один удар на шестьсот очков. После такого удара дуэль закончится, однако игрок скончается от обнуления здоровья, а убийца… выходит, убийца не получит оранжевый курсор?

Если предположить, что Морте специально оставил мне как можно меньше здоровья, то на самом деле он стремится не выиграть дуэль или отправить меня обратно в лагерь.

Он пытается… убить меня.

Холодок и дрожь пробежали по моей спине, и я инстинктивно вздрогнул.

Похоже, Морте это заметил. Его улыбка стала ещё шире, и он на выдохе испустил короткий смешок:

— А-ха.

Я не впервые сталкиваюсь с игроком, который пытается меня убить.

Вечером самого первого дня смертельной игры меня попытался убить попутчик, с которым мы объединились в группу для прохождения одного квеста. Он, однако, не собирался резать меня мечом, а вместо этого натравил монстров в надежде на то, что я погибну под их натиском. Более того, он даже коротко извинился перед тем, как исчезнуть при помощи навыка «Скрытность».

Разумеется, извинения не оправдывают плееркиллеров… точнее, убийц. И всё-таки нужно учесть, что тот игрок сделал очень тяжёлый выбор: он пытался меня убить, чтобы поскорее закончить квест и заполучить «Закалённый меч», то есть ради собственного выживания.

Но разве Морте моя смерть принесёт хоть какую-то пользу? В случае его победы я всё равно собирался послушно уйти и перенести прохождение «Проникновения» на другой день. И даже если он мне не поверил, какой ему вред от того, что я попытаюсь закончить этот квест?

Неужели им движет простое желание убивать ради убийства, которое и определяет настоящих плееркиллеров?

Быть такого не может. SAO — смертельная игра, из которой невозможно выйти. Что я, что Морте — мы узники электронной темницы. Убивать в таких условиях сильных игроков — значит отдалять день прохождения игры и выхода на свободу. Если его не останавливает этот простой и всем понятный факт, значит, он не особенно стремится выбраться из этой игры.

— Ты… — начал было я, но Морте меня перебил, не прекращая улыбаться:

— Ox, давайте не будем, зачем портить момент? Лучше покажите мне вашу силу, господин Кирито. Сильнейший боец передовой должен быть способен на большее, не так ли?

Морте поднял топор и покрутил его перебором трёх пальцев. Однако, несмотря на все свои дурачества, он никогда не оставался беззащитным. Даже если я нападу на него без предупреждения, он наверняка с лёгкостью отобьёт мой клинок щитом, а затем ударит топором. И если действительно пустит в ход сильный навык, способный лишить меня больше половины здоровья, я тут же и погибну.

На самом деле у меня есть один способ с лёгкостью пережить эту дуэль. Всё, что от меня требуется, — сдаться. Разумеется, это значит, что дуэль закончится моим поражением, но Морте больше не посмеет напасть на меня, так как это превратит его в оранжевого игрока. Он замышляет нечто, ради чего ему совершенно необходимо оставаться в рядах DKB, поэтому он не может себе позволить получить метку преступника. Правда, отчасти это я выдаю желаемое за действительное.

Должен ли я признать, что Морте пока что сильнее меня, и сдаться ради выживания? Или лучше продолжить бой в надежде на то, что я перехвачу инициативу, одержу победу, разберусь в замыслах Морте, продолжу квест и сохраню остатки гордости?

Увы, даже если я выберу второй вариант, я плохо представляю себе, каким образом можно застать Морте врасплох и вырвать победу из его рук. Зато в его рукаве вполне могут быть припасены новые козыри. Одноручные топоры — оружие непопулярное, и в бою против других игроков это даёт весомое преимущество. Я горжусь тем, что по начальному движению могу во всех подробностях вспомнить любой навык для одноручного меча, сабли, кинжала, рапиры, двуручного меча или двуручного топора, но среди навыков для одноручных топоров и одноручных дубин есть такие, которые я, к сожалению, знаю лишь по именам. А что делать, если за всё время с начала смертельной игры я до сих пор ни разу не встречал игрока с одноручным…

Вдруг глубоко внутри что-то кольнуло.

Морте вращал топор в руке, и я уже видел игрока, который делал то же самое. Причём здесь же, на Третьем уровне. Но не во время общего собрания в главном городе, а раньше, в пещере паучьей королевы. Когда мы с Асуной и Кизмель укрылись под эльфийским плащом, перед нами прошла группа игроков.

Одноручный топор в правой руке, круглый щит в левой, кольчужный капюшон на голове. Всё в точности как у Морте. А значит, в пещере тоже был он.

Но это невозможно, ведь тот боец с топором, которого я видел в пещере… был в группе людей из ALS.

Всего через семь-восемь часов после прохождения пещеры я видел Морте в кругу товарищей Линда из гильдии DKB. Он всё ещё был в капюшоне, но без щита и с одноручным мечом, — вот почему я не признал в нём бойца из отряда Кибао.

Более того, я даже ничего не заподозрил, поскольку для меня самая главная отличительная черта любого игрока в SAO — его оружие. У меня одноручный меч. У Асуны рапира. У Эгиля двуручный топор. А у Морте одноручный меч и одноручный топор.

Наверное, именно эта двойственность помогла Морте проникнуть как в DKB, так и в ALS. Он переключался и между оружием, и между гильдиями, помогая Линду и Кибао проходить квесты Третьего уровня.

Но для чего? Неужели он, будучи бывшим бета-тестером, просто решил безвозмездно помогать другим игрокам?

Если да, то значит ли это, что хладнокровная жажда убийства в глазах Морте мне просто померещилась? А если нет, то не часть ли это какого-то зловещего плана, настоящий масштаб которого я не могу даже вообразить?

— Что ты задумал?.. — прошептал я себе под нос.

— М-м? Что? — Морте наклонил голову. — Вы готовы продолжать бой? Если нет, то ничего страшного, у нас полно времени.

— Да, готов… Ты прав, эта битва ещё не окончена, — я перешёл на достаточно громкий голос, чтобы Морте меня услышал.

У меня до сих пор нет уверенности в своих силах; мне опасно продолжать этот бой. Если Морте всё-таки злодей, я запросто могу погибнуть от его рук. Но что-то подсказывало, что сдаваться и убегать ещё опаснее. Меня не покидало ощущение, что в скором времени может произойти непоправимая катастрофа. Чтобы предотвратить её, я должен раскрыть план Морте, а в идеале — ещё и побольше узнать о нём и его связях.

— Вы правы, вы совершенно правы! — Морте радостно улыбнулся, услышав мой ответ. — Нельзя говорить, что игра окончена, пока на стол не лягут все карты. Ну что, пора нам наконец облизнуть палец и перелистнуть страницу?

— Давай, настал момент истины, — сказал я, направляя «Закалённый меч» вперёд.

— А-ха, это вы здорово сказали. Жаль, что у нашей битвы нет зрителей, но ничего, представление мы всё равно устроим!