Рэки Кавахара – Sword Art Online: Progressive. Том 2 (страница 25)

Незадолго до битвы с боссом Первого уровня Арго трижды сообщала мне, что некто хочет купить мой «Закалённый меч». Позже выяснилось, что заказчиком выступал Кибао (на тот момент ещё не основавший зелёную фракцию), а за ним стоял тот самый Диавель. Пытаясь упрочить своё положение лидера, Диавель делал всё, чтобы забрать себе бонус за последний удар по Иллфэнгу, лорду кобольдов. Во мне он увидел самую крупную преграду на пути к этой цели и попытался хоть как-то меня обезвредить. Для этого он так же выбрал очень долгий путь: если бы он просто обратился ко мне с просьбой уступить последний удар, я бы наверняка согласился. Правда, попросил бы взамен достойную компенсацию.

Я не верю, что Линд знал об этих махинациях или что он узнал о них позднее. На методы Диавеля его хитроумный план похож отчасти по случайности, а отчасти из-за стремления Линда во всём походить на своего бывшего командира.

Я невольно замолк, погрузившись в раздумья. С трибуны Линд продолжал сверлить меня взглядом.

Я знаю Линда уже больше десяти дней, но мне кажется, что только сейчас я увидел его истинное лицо. В отличие от Кибао с его вспыльчивым характером, Линд всегда хладнокровен и незаметен. Лишь сейчас я впервые увидел в его прищуренных глазах яркие огоньки.

Насколько мне известно, прилюдно он давал волю эмоциям только однажды: когда после победы над Иллфэнгом обвинил меня в том, что я сознательно позволил Диавелю умереть.

Когда мы впервые пересеклись с ним после того разговора, Линд уже выкрасил волосы в синий на манер покойного рыцаря, облачился в серебристые доспехи и сам возглавил синюю фракцию. Что заставило его так поступить? Уважение к Диавелю? Может, желание превзойти его? Или… или даже стремление превратиться в него?

«Если верна третья догадка, то тебе придётся очень нелегко, Линд», — пробормотал я про себя.

Диавель обладал двуличной натурой: будучи бета-тестером, он возглавлял рейд, тщательно скрывая свои знания. Он играл в опасную игру, ведь обман мог рано или поздно раскрыться. Но, с другой стороны, именно в этом и был секрет его силы, а следовательно — и харизмы.

У меня есть смутное подозрение, что, если бы SAO не превратился в смертельную игру, Диавель подался бы в PvP. Это всего лишь мои домыслы, подкреплённые только словами Арго о том, что его имя переводится с одного из диалектов итальянского как «дьявол». Но если я прав, то что сподвигло его назвать себя рыцарем? Конечно, наверняка знать я не мог, а делать какие-либо выводы на основе догадок — оскорбление памяти погибшего воина.

Тем не менее, поскольку Диавель покинул Айнкрад, так и не раскрыв товарищам своей тайны, мне казалось, что заменить его не сможет никто.

Возможно, эти мысли отпечатались у меня на лбу, поскольку взгляд Линда стал ещё пронзительнее.

— Кирито, ты не собираешься так или иначе связываться с какими-либо гильдиями, я правильно понял?

— Да, пусть будет так. Конечно, я всё ещё буду участвовать в походах на боссов… если мне разрешат, конечно.

— Хорошо, — боец с саблей уверенно закивал. — Поход на босса будет обсуждаться на следующем совещании. Я услышал всё, что хотел.

Линд наконец-то оторвал от меня взгляд, а я смог позволить себе вздохнуть и усесться на каменные ступени.

Затем он задал вопрос о вступлении в гильдию Эгилю и его ребятам, но здоровяки дружно отказались. Мне казалось, что как раз они могут замахнуться на создание своей гильдии, но этой темой Линд не поинтересовался. В конце концов, DKB и ALS остались при своих: по восемнадцать человек в каждой гильдии. В будущем они наверняка начнут ожесточённо конкурировать за свежую кровь, но если это поможет подготовить побольше рейдеров, то я только за.

Я уже успел выдохнуть и опустить плечи… как вдруг вспомнил, что за весь разговор ни разу не задумался о мнении Асуны. Всё это время она сидела с надвинутым капюшоном, незаметная, словно включила навык «Скрытность», так что я совершенно забыл спросить её мнение. И раз уж на то пошло, то почему Линд сразу переключился на Эгиля, не расспросив Асуну напрямую?

Придумывая себе различные оправдания, я скосил взгляд влево.

Асуна сидела, ровно поставив ноги и сложив руки на коленях, прямо как во время самого первого тактического совещания в Толбане. Едва видневшееся из-под капюшона лицо казалось безмятежным, будто она совсем не злилась.

— Слушай… — шепнул я и сглотнул, не в силах закончить фразу.

В этот самый момент я увидел в её прищуренных глазах голубое пламя.

Она не просто не в духе.

Никогда ещё на моей памяти рапиристка с самым высоким DPS среди всех собравшихся здесь игроков не была в такой искренней, чудовищной ярости.

— В таком случае перейдём к следующей теме. Передаю слово Кибао, — заявил Линд, и Кибао вскочил, словно только этого и дожидался.

Я же застыл вполоборота и смотрел не на трибуну и не на лицо Асуны, а куда-то в пустоту между ними.

Несмотря на все оговорки, мы с Асуной вот уже несколько дней ходим группой, и за это время я научился точно распознавать её негодование. Однако понять, чем именно оно вызвано, было не так-то просто. Я выделил трёх возможных виновников: себя, Линда и Кибао, но затруднился с выбором.

Вряд ли виноват Кибао. Асуна с ним, конечно, не ладит (когда мы чудом разминулись с ним в пещере, на её лице мелькнула явная гримаса отвращения), но за время совещания он успел только поприветствовать собравшихся и присесть на стул.

Хотелось верить, что я тоже ни при чём. Да, меня угораздило отклонить приглашение в гильдию, не посоветовавшись с Асуной. Но если бы её это задело, она не стала бы сердиться молча, а перебила бы меня на полуслове. К тому же взгляд пылающих глаз был обращён не на меня, а на трибуну.

По методу исключения остаётся только один возможный виновник: Линд. Скорее всего, Асуну привели в бешенство высказывания главы DKB.

Пока я рассуждал, с трибуны уже выступал, активно жестикулируя, глава ALS:

— Значтак, наша цель — Третий уровень за неделю! За четыре дня дойдём до лабиринта, за два завалим босса! Чё для этого надо? Ясен пень — побольше голов на передовой! В сорок тел мы будем возиться целую вечность, так что надо живее набирать людей, которые хотят вместе с нами победить эту чёртову игру!

Страстная речь Кибао была встречена радостными возгласами, в основном со стороны зелёных. Хотя вопрос об укреплении рейдового состава действительно назрел, поиск новичков и быстрое прохождение уровня — вещи взаимоисключающие. Чем активнее фронтовики из обеих гильдий продвигаются вперёд, тем шире пропасть между ними и теми, кто покинул Стартовый город с запозданием. Даже Орландо и его «Храбрецы Легенд» пошли на обман игроков просто потому, что не увидели другого способа быстро наверстать упущенное.

Но всё это было не так важно по сравнению с куда более срочной задачей, вставшей передо мной. Нужно каким-то образом успокоить Асуну, а то она того и гляди накинется на Линда. Сейчас она каким-то чудом себя сдерживает, но сразу после окончания конференции может вскочить и учинить Линду допрос с пристрастием — и вряд ли члены DKB будут молча на это смотреть. Пока что Асуну там ждут с распростёртыми объятиями, но отношения между ней и одной из крупнейших гильдий ещё могут испортиться.

Кибао явно собирался ещё долго распинаться, поэтому я мысленно заглушил его речь, снова повернулся к Асуне и собрал всю свою решимость в кулак.

Однако, когда я уже собирался открыть рот, из-под капюшона донёсся низкий голос:

— Даже не пытайся меня отговорить. Слова этого человека и раньше действовали мне на нервы, но на этот раз я точно не успокоюсь, пока не скажу ему пару ласковых.

— Под этим разом ты имеешь в виду слова о том, что мы должны вступать в гильдии порознь? — на всякий случай уточнил я.

На мой вопрос Асуна никак не ответила — скорее всего, сочла ответ слишком очевидным. Вместо этого она заговорила ещё более суровым тоном:

— Хочу я вступать в гильдию или нет, одна или не одна — решать мне. Я могла бы простить его и промолчать, если бы он сказал это просто из вредности, но нет: он искренне убеждён, что должен наставлять других людей. Он думает, что иногда ему приходится отдавать суровые приказы, но в конце концов все они пойдут человеку на пользу. Более того, из-за этого он считает себя самоотверженным руководителем.

Я прекрасно понимал, что хлёсткие слова Асуны обращены не ко мне, но моя спина всё равно покрылась холодным потом. Узнай я случайно, что кто-то высказался в таком ключе обо мне, — неделю из комнаты не выходил бы.

Но вот что интересно: если Асуна попала в точку, значит ли это, что, когда Линд пытается всяческими ухищрениями помешать мне основать собственную гильдию, он не только утверждается как лидер, но и пытается наставить меня на путь истинный? Возможно, надеть синюю рубашку DKB и присоединиться к авангарду гильдии — в его понимании этакий «путь искупления» заблудшего битера?

С одной стороны, я согласен с тем, что это неправильное толкование чувства долга, но с другой — может, это у Асуны слишком разыгралась фантазия? Рапиристка, кажется, прочитала мои мысли, потому что почти беззвучно добавила:

— Я знаю, о чём говорю. В том мире я с самого детства выслушивала похожие слова.

Я шумно вдохнул. Асуна почти никогда не распространялась о «том мире», то есть о своей жизни в реальности. Да что там, это вообще чуть ли не впервые, когда она её упомянула!