Рэки Кавахара – Sword Art Online: Progressive. Том 1 (страница 2)

— Обратную дорогу?.. — спросила она из-под капюшона.

Голос её был вялым и немного хриплым — возможно, из-за усталости, — но всё равно показался мне очень красивым. Разумеется, вслух я этого не сказал, а ограничился ещё одним объяснением:

— Да. Чтобы из таких глубин выбраться наружу, уйдёт почти час, и потом ещё полчаса бежать до ближайшего города. Усталый игрок чаще ошибается. Ты, я вижу, ходишь одна, а одиночке даже малейшая ошибка может стоить жизни.

Говоря это, я спрашивал себя, с какой стати так перед ней распинаюсь. Потому что она девушка? Нет, вряд ли: длинные предложения полились из меня ещё до того, как я об этом узнал. Окажись я на её месте и заговори вдруг со мной игрок, корчащий из себя наставника, я точно бросил бы ему: «Проваливай и не лезь в мои дела». Сейчас же мои действия так не были свойственны моему характеру, что у меня начали потеть ладони. И тут рапиристка ответила:

— Значит, и не о чем волноваться. Я не собираюсь возвращаться.

— А?.. Куда не собираешься возвращаться, в город? — ошалело переспросил я. — Но ведь… нужно же закупать зелья, чинить снаряжение… Спать, наконец…

Девушка едва заметно пожала плечами.

— Мне незачем лечиться: я не получаю урон… Этих рапир я купила пять штук… А отдыхать можно в ближайшей безопасной зоне.

Я не сразу нашёл, что ответить на её хриплый шёпот. Под безопасными зонами понимаются разбросанные по подземельям комнаты, в которых не появляются монстры. Их нетрудно узнать по особого цвета факелам, развешанным по стенам. Эти помещения исключительно полезны в качестве узловых точек во время исследования подземелий, однако отдыхать в них можно от силы час. Холодные камни плохо годятся на роль кровати, к тому же постоянно слышишь шаги и боевые выкрики игроков в соседних проходах. Даже самый отважный игрок едва ли сможет там выспаться. Если же верить словам рапиристки, она… пользуется безопасной зоной в качестве гостиницы и живёт здесь безвылазно?

— Как долго ты здесь? — опасливо поинтересовался я.

— Трое… нет, четверо суток, — ответила девушка, протяжно вздыхая. — Ну, наговорился? Мне пора — скоро воскреснут монстры.

Хрупкая рука в кожаной перчатке упёрлась в стену, и фехтовальщица медленно встала. Рапира, которую она ни на секунду не убирала в ножны, свисала так низко, будто это двуручник.

Девушка повернулась ко мне спиной и пошла прочь. Её накидка уже потеряла так много прочности, что выглядела совсем растрёпанной. Чудо, что она вообще сохраняла форму после четырёх суток охоты. Я понял, что девушка не преувеличивала, когда говорила, что не получает урона… И, поняв это, неожиданно для себя бросил ей в спину:

— Ты умрёшь, если будешь так сражаться.

Рапиристка замерла на месте, прислонилась правым плечом к стене и медленно повернула голову. В пронзительном взгляде ещё недавно просто тёмно-карих глаз появилось вдруг тусклое красное свечение.

— Мы всё равно все умрём, — от её низкого, глухого голоса в лабиринте стало ещё холоднее. — Всего за месяц погибло две тысячи, при этом даже Первый уровень остался непройденным. Эту игру невозможно одолеть. Вопрос только в том, где и как мы умрём… и в том, рано или позд…

Самая длинная, самая эмоциональная из всех речей рапиристки оборвалась на полуслове. Я успел машинально шагнуть к ней, и она тут же медленно сползла на землю, будто сражённая парализующей атакой.

Глава 2

Пока девушка падала на пол подземелья, её посетила совершенно прозаическая мысль: «Интересно, как в виртуальном мире работают обмороки?»

В реальности потеря сознания случается оттого, что мозг ненадолго отключается, когда в нём замедляется кровоток. Это замедление, известное как ишемия, может быть вызвано отклонениями в работе сердца или сосудов, малокровием, низким давлением, гипервентиляцией лёгких и многими другими причинами. Однако во время погружения в виртуальный мир игрок лежит в кровати или раскладном кресле и с его телом ничего не происходит. Более того, сейчас всех игроков, запертых в мире SAO, наверняка развезли по больницам, где за их здоровьем постоянно следят и по необходимости немедленно дают требуемые препараты. Трудно представить, что в таких условиях можно потерять сознание по физиологической причине…

Цепь рассуждений, пронёсшаяся в затухающем рассудке, прервалась другой мыслью: «Да какая разница». И правда, никакой разницы не было: всё равно теперь её ждёт смерть. Она потеряла сознание среди подземелья, полного опасных тварей, — из таких передряг целыми и невредимыми не выбираются. Да, рядом стоит другой игрок, но едва ли он захочет спасать упавшего в обморок человека, рискуя жизнью.

Да и вообще, можно ли её спасти? Системы этого мира жёстко ограничивают максимальный груз, который может поднять игрок. В глубины подземелья он приходит, гружённый зельями и запасной экипировкой, а сверх этого носит добытые в боях трофеи и деньги. Невозможно представить, чтобы ему хватило сил таскать ещё одного игрока.

Лишь после всех этих раздумий она почувствовала, что что-то не так. Последние мысли падающего в обморок человека не бывают такими витиеватыми и неспешными. Более того, она должна была ощущать под собой твёрдый камень лабиринта, но вместо этого лежала на чём-то мягком. Ей было тепло, нежный ветерок ласкал щёки.

Девушка резко распахнула глаза. Вокруг были вовсе не коридоры лабиринта, отделённые друг от друга толстыми стенами. Она лежала без сознания… точнее, просто спала в центре круглой лесной поляны диаметром семь или восемь метров, окружённой цветущими кустами терновника и старыми, поросшими золотистым мхом деревьями.

Но… но как? Почему она, потерявшая сознание в глубине лабиринта, вдруг оказалась за его пределами?

Повернув голову направо, она обнаружила ответ на этот вопрос. На земле под высоченным деревом на краю полянки сидел человек в сером. Обеими руками он прижимал к себе огромный одноручный меч, ножны которого торчали из земли и подпирали его опущенную голову. Лицо сидящего скрывали длинные чёрные волосы, но экипировка и телосложение выдавали в нём того самого игрока, что заговорил с ней в подземелье незадолго до обморока.

Похоже, он неведомым образом вытащил её из лабиринта и отнёс в лес. Оглядевшись, девушка увидела слева от себя огромную башню, достигавшую самого потолка — лабиринт Первого уровня Айнкрада.

Она снова повернулась к парню. Плечи под тёмно-серой кожаной курткой слегка дрогнули, будто он ощутил на себе её взгляд, голова приподнялась. Даже при свете солнца его глаза казались чёрными, словно беззвёздная ночь. Когда их взгляды встретились, девушке показалось, что в её голове взорвалась петарда.

— Я тебя… не просила, — хрипло процедила Асуна Юки сквозь стиснутые зубы.

С тех пор как Асуна оказалась в плену этого мира, она сотни и тысячи раз задавала себе одни и те же вопросы.

Зачем в тот день она схватила только что выпущенную игровую машину? Зачем надела её, зачем села в ней на стул с высокой сетчатой спинкой, зачем отдала команду на включение?

Это не она купила нейрошлем, устройство для доступа к виртуальной реальности, о котором столько мечтали геймеры, но которое в одночасье превратилось в зловещее орудие убийства. Его, как и карточку с игрой Sword Art Online — бескрайней тюрьмой для тысяч душ — приобрёл её брат Коитиро. Однако Коитиро, бывший намного старше Асуны, не то что не увлекался MMORPG — он с детства не прикасался к играм. Будучи сыном генерального директора «Ректо», крупного производителя электроники, он рос вдали от всего, что не способствовало воспитанию будущего наследника корпорации. Откуда в нём вдруг появился интерес к нейрошлему и SAO, Асуна не могла понять до сих пор.

Тем не менее по иронии судьбы Коитиро так и не удалось сыграть в первую в его жизни игру: в день запуска серверов SAO он улетел в заграничную командировку. За ужином накануне вылета он шутливо пожаловался на жизнь, но сестра поняла, что ему и в самом деле обидно.

Хотя Асуна не относилась к играм настолько же безразлично, за пятнадцать лет своей жизни она играла лишь в бесплатные игры на смартфоне, и то нечасто. Конечно, она слышала о каких-то там «сетевых играх», но на носу были экзамены в старшую школу — ни причин, ни поводов вдруг увлекаться играми у неё вроде бы не было.

Но тогда почему?! Почему месяц назад, шестого ноября 2022 года, она после обеда пришла в пустую комнату брата, взяла со стола уже настроенный нейрошлем, надела его и отдала команду «Линк старт»?[1] Этого Асуна объяснить не могла. Она могла лишь сказать, что в тот день всё изменилось… нет, оборвалось.

Когда же начался весь этот кошмар, она заперлась в гостинице Начального города, где попыталась его переждать. Но за две недели из реального мира не пришло ни единой весточки, и она оставила надежду на спасение извне. Тем временем счёт смертям перевалил уже за тысячу — это при том, что игроки даже не начали толком осваивать самый первый лабиринт. Асуна поняла, что ждать прохождения игры изнутри тоже бессмысленно. Оставалось лишь выбрать, как умереть.

Конечно, она могла месяцами и даже годами сидеть в городе в полной безопасности. Но никто не гарантировал, что вечно продержится правило «монстры не входят в города».

Раз так, то не сиди в маленькой комнате, обнимая колени и боясь за будущее. Выйди из города. Выжми из себя все силы — учись, тренируйся, сражайся! Когда в конце концов ты падёшь, лишившись сил, то хотя бы не будешь сожалеть о том, что ошибкой прошлого перечеркнула своё будущее. Беги! Прорывайся напролом! И исчезни в конце пути!.. Будь падающей звездой, которая сгорает дотла в атмосфере.