Reigon Nort – Изгнанник (страница 9)

– Дети всегда расплачиваются за ошибки родителей. Хотят они того или нет, – чтобы успокоить брата, лишённый титулов положил руку ему на плечо.

– Надеюсь, твой план сработает, а то если нет… я не знаю, что мне тогда предпринимать дальше, – и вновь эта грустная улыба на его лице. Давление ответственности перед народом и сострадание к людям сжимали его в клубок.

– Не переживай, даже если план провалиться, я все ещё сильнейший маг за последние сто лет. Я в одиночку прорвусь сквозь все их укрепления, – где-то в глубине он не был уверен в сказанном, но внешне маг выглядел непоколебимым.

– Я очень боюсь тебя потерять, Альберион. Ещё одни похороны близкого человека я не переживу, – он тяжело выдохнул, глаза слегка стали влажными, но ни одна слеза с них так и не покатилась.

– Ничего со мной не случиться, – падший принц до этого момента даже и не думал, какого пришлось его младшему брату в одиночку хоронить их родителей.

***

Спустя год после того, как стражники вывезли его из темницы, Альберион всё же оказался на войне. Он задумчиво стоял в лагере развёрнутом у подножия гор и рассматривал свой отряд – четырнадцать человек. Четырнадцать вверенных ему жизней, что стояли в ряд и с гордостью, и трепетом смотрели на своего командира. Пусть Альберион уже давно лишён всех титулов, но всё-таки он был когда-то принцем – наследником короны, и хоть на нём больше нет родового герба, в их глазах он остаётся членом королевской семьи.

Таким маленьким отрядом падший принц ещё никогда не командовал, глядя в их глаза бывший генерал чувствовал, что должен им что-то сказать, но не представлял что. Он привык говорить речи перед сотнями, тысячами и даже десятком тысяч людей и всегда его слова воспринимались на ура, но здесь, перед этой горсткой людей, патетичные речи не сработают, они будут казаться фальшивыми и лицемерными. Тут нужно сказать им что-то такое, что заставит их чувствовать себя чуть ли не близкими друг другу людьми. Однако никто не учил Альбериона произносить такие фразы.

– Господин, разрешите обратиться? – не выдержал долгой тишины молодой коротко стриженый спереди и с длинным тёмным хвостиком на затылке маг. Парень вышел вперёд, вымеряя шаги, словно на параде, оставив позади отряд.

– Что ты хочешь мне сказать? – в армии так общаться было не принято, но бывший мятежник никогда не признавал устав.

– Только то, что мы все восхищаемся вами! Пусть многие считают вас предателем, но мы, маги, всегда были вне политики. Для нас вы легенда, человек, достигший в колдовстве невероятных высот! Вы с рождения обладали огромным уровнем магической силы и освоили все книги заклинаний в башне магов уже в двенадцать лет. Ваши деяния записаны в наши учебники, и потому совет магов-старейшин поручил мне передать вам, что в этой войне все чародеи будут подчиняться только вам. Они полагают, что вы не откажетесь стать нашим лидером. – Все остальные волшебники из этого маленького отряда подошли к нему, тем самым выражая своё согласие со сказанным.

– Что ж… капитул чародеев хорошо меня знает, я от подобного никогда не отказываюсь. Передайте старейшинам, что для меня будет честью говорить от имени всех магов в штабе командования, – и это была не притворная вежливость, падший принц был несказанно рад, что кто-то вновь доверил ему свои жизни. Альбериону нравилось командовать, он считал, что в этом его предназначение, люди часто и охотно шли за ним, с первого взгляда признавая в нём лидера. Он иногда и сам удивлялся, как легко ему удавалось склонить людей на свою сторону, убедить их следовать за собой даже в самые суровые времена, однако превзойти отца в этом аспекте не удалось никому, тот порой одним только взглядом мог усмирить бунтующих баронов.

Помимо дюжины магов вооружённых посохами в отряде была и пара воинов вооружённых простыми мечами и щитами. Самому же «предателю» выдали великолепный клинок, тот, конечно же, не был его любимого бордового цвета, но всё равно оружие было не хуже, чем вручённое когда-то давно отцом. Новый клинок, выкованный из семислойной стали, являлся очень гибким и прочным, над такими вещами даже лучшие мастера работают более года. Вот только гарда была простецкой: надёжной, но бесхитростной. Рукоять оббита крокодиловой кожей – такая не выскользнет из латных рукавиц или потных рук. Меч был качественный и дорогой, хотя со стороны выглядел совершенно незаурядным.

Воины подошли к Альбериону, чувствуя некую неловкость от закончившегося разговора магов, им казалось, будто они здесь лишние.

– Нам поручили показать вам обходные тропы в горах, господин. – Они встали смирно, и у одного из солдат беспокойно забегали глаза, лишённому фамилии это показалось подозрительным.

***

Как и ожидалось, путь в горах оказался непростым: узкие тропы с трудом позволяли пройти закованным в броню воинам с оружием наперевес. Приходилось помогать друг другу: перекидывать снаряжение через выступы, привязываться верёвками и следить затем, чтобы никого не прибило сорвавшимся камнем – обвалы тут частое явление. Этот горный хребет являлся самым протяжённым на Ролене, но не самым высоким, тут не находилось заснеженных вершин с низким уровнем кислорода. Однако люди всё равно изрядно выматывались, продвигаясь по этим скалам.

Альберион поравнялся с одним из проводников, тот снова занервничал, как и тогда в лагере.

– Как тебя зовут, солдат? – его голос прозвучал тихо и спокойно, создавая обманчиво-умиротворяющий тон.

– Вирнат, господин, – рука воина опустилась на рукоять меча.

– Вирнат, я не мог ни заметить, что каждый раз, когда я оказываюсь к тебе спиной, ты хватаешься за меч.

Солдат непроизвольно сглотнул, его зрачки расширились, кожа побледнела, а на лбу выступил пот.

Падший принц беззлобно посмотрел ему в глаза.

– Не бойся, я просто хочу узнать, кто приказал тебе убить меня.

Воин замялся, переступил с ноги на ногу и опустил глаза, обдумывая правильность своих последующих действий, а может и последствия.

Видя сомнения собеседника, Альберион решил надавить на патриотические чувства парня, создав в его голове иную логическую цепочку.

– Я понимаю, тебе дали приказ, – лишённый титулов вёл себя, как отец пытающийся успокоить сына: он говорил размерено, смотрел строго и положил руку на плечо собеседника, как бы слегка того приобнимая, – но что для тебя важнее, исполнить приказ или принести победу стране?

– Конечно же, победа превыше всего. Я здесь именно ради неё, – совершенно уверенно и без колебаний ответил воин. Казалось, что его сомнения относительно предыдущего вопроса ушли в сторону.

– Тогда ты понимаешь, что со мной у нас больше шансов на победу? – маг ещё сильнее приблизился к нему.

– Да, пожалуй, с вашей силой и опытом наша победа наступит раньше, – он посмотрел в глаза командиру. И чуть было не споткнулся об камень.

Насколько бы не казалось значимой их беседа, продвигаться дальше было просто необходимо. Их манёвр слишком важен, чтобы позволить себе хоть немного опоздать к началу битвы.

– Я не собираюсь ничего предпринимать, мне просто нужно знать имя того человека. А за тебя я замолвлю слово перед королём, так что тот, кто отдал тебе приказ о моём убийстве, тебя не накажет. Можешь быть спокоен, – он слегка похлопал его по спине.

– Это был генерал Манред Асталион, – воин задрожал и покрылся липким потом, но не от страха, а от неуверенности в правильности своего поступка.

Издалека эхом донёсся звон стали и грохот баллист, яростные крики и гневные проклятия, а также плохо разборчивые приказы – битва уже началась и они на это свидание со смертью неприлично опаздывали.

***

Пусть перевал Херкрон и являлся единственным проходом через горный хребет Кемады, но он совершенно не значился малым: ширина его (расстояние с севера на юг) позволяла чувствовать себя свободно даже десятитысячным армиям, а протяжённость с запада на восток была такой, что повозка, запряжённая одной лошадью, преодолевала эту дистанцию не меньше чем за две недели.

Именно это место последние четыре года служило единственным полем брани для двух оставшихся на материке государств. Так и не соблаговолив поддаться какой-то одной стороне.

Сейчас в очередной стычке бились, словно волны друг о друга, более чем четырёх тысячная армия королевства Фендал с почти десятитысячной армадой страны Ошиды.

Маги Фендала нивелировали численное преимущество врага: располагаясь в задних рядах и закидывая противников огненными шарами, но этого было недостаточно, чтобы завладеть преимуществом.

Отряд Альбериона перешёл через вершины гор, и их взору предстало настоящее побоище: тяжёлая пехота обеих сторон, которая всегда находилась в первых рядах, жёстко сталкивалась, как тараны, в попытках прорвать строй друг друга и измотать соперника. Раненные, уставшие и убитые падали не в состоянии сражаться дальше, но на место каждого упавшего вставал новый боец.

Количество тел лежащих под ногами собратьев, заставило падшего принца сжать кулаки от злости – они опоздали. Битва, конечно же, ещё не проиграна, но их промедление стоило жизни сотням людей. Они опоздали к началу, но финал был ещё далеко.

Четыре не просто больших, а по-настоящему громадных баллисты стояли на вершинах крепких и очень высоких башен, каждый выпущенный ими снаряд лишал жизни как минимум пятерых.