Реджина Томасауэр – Женщина, которая светится изнутри. Как найти свой источник женской силы и сексуальности (страница 33)
Переписать сказку
Теперь я понимаю, что тогда мне необходимо было пройти через этот сокрушительный разлом. Иначе я так и осталась бы маленькой девочкой, ждущей, что за ней приедет принц на белом коне и спасет ее. Всю свою жизнь я ждала спасителя. С тех самых пор, как в детстве меня бил брат, я мечтала, что в жизни появится мужчина, который полюбит меня так сильно, что я забуду обо всей этой боли и страданиях. Мужчина, который наконец-то окружит меня заботой.
Когда же я наконец осуществила мечту, а потом все потеряла, то погрузилась в беспросветное отчаяние. Оно жило во мне с самого детства, но теперь я не могла себе позволить вновь оказаться в его власти. Да, я тяжело переживала потерю Тиитуса. Но к этому горю примешивалось и отчаяние маленькой девочки, которую некому было защитить, которую не спасли от жестокости, которую просто некому было спасти.
О да, это был самый настоящий, полномасштабный разлом, изготовленный Верховной Киской на Небесах по моему индивидуальному заказу. Тщательно спланированный в течение долгих лет. Да что я говорю – в течение всей жизни.
Во время разлома та часть женщины, что она уже переросла, отмирает и отваливается. Аспекты нашей натуры, в которых мы чувствуем себя беспомощными, обновляются; нам словно бы нужна помощь извне, а получив ее, мы волей-неволей находим точку опоры и источник силы. Это необходимо для роста.
Лично мне разлом был нужен, чтобы превратить ШЖИ в успешную и эффективную компанию, которой она является сейчас. Тогда я и не подозревала, что справлюсь в одиночку. Если бы Тиитус остался жив, я бы, наверное, никогда этого не сделала. Будь он жив, я бы, скорее всего, оставила работу и ездила бы с ним по миру, сопровождая на экономических конференциях. Он хотел поехать в Берлин, Финляндию, Арт-Базель. Мне нравилось заботиться о нем и следить, чтобы он ни в чем не нуждался. В дни, предшествовавшие несчастью, которое произошло с Никласом, я проводила собеседования с шеф-поварами, представляя, как потечет наша жизнь, где званые ужины будут сменяться поездками и прочими развлечениями и где мы будем питаться вкусной и здоровой пищей. Если бы Тиитус был жив, я никогда не стала бы успешной бизнес-леди и не реализовала бы в полной мере творческий потенциал. В моем случае нужда стала двигателем прогресса.
Нужно было, чтобы наша совместная жизнь взлетела на воздух, чтобы взлетела я сама.
А заодно узнала, что способность к прогрессу и перерождению даны женщине от природы. Все мы переживаем взлеты и падения, создавая новые и более совершенные версии самих себя, растем и меняемся, проходя через естественные жизненные циклы и испытывая самые разные ощущения. Как Аматерасу и Деметра, можем сбиться с пути, пройдя через бесчисленные переломные моменты и превратности судьбы. Когда Аматерасу подверглась насилию со стороны собственного брата и спряталась ото всех в пещере, то погрузилась на самое дно опустошения. Лишь благодаря сестринской связи Ама-но-Узуме и ее киске она смогла выбраться из этой бездны отчаяния и закружиться в обнаженном танце жизни. Он позволил Аматерасу прочувствовать все эмоции сполна. Лишь тогда смогла она признать, что женщина от природы является источником жизни и перерождения. Точно так же и Деметра с потерей дочери утратила часть себя. Баубо напомнила о том, какой силой обладает ее киска, и тогда она смогла не только прийти в себя и оживить землю, но и ускорить спасение дочери от Аида.
Заметьте, в обеих историях богинь спасли от страданий не сочувствие, эмпатия или сострадание, но чистая и незамутненная сила включения. Именно их собственное опустошение и сияние, забрезжившее в конце тоннеля, помогли им вернуться к нормальной жизни.
После столь сокрушительного падения мне пришлось заново переписывать огромную часть программы «Школы женских искусств». До смерти Тиитуса я и понятия не имела, как расчистить – или исследовать – место для опустошительных потерь, которые переживают женщины. Я недооценила важность, необходимость погружения в глубины отчаяния. Я выслушала немало критики от давних учениц, что изменила программу, чтобы отдать дань почтения не только светлой, но и темной стороне женской сути. Но те преобразования теперь идеально отвечают базовым потребностям и желаниям женской души.
Реализация наших эмоций
Тиитусу не суждено было стать счастливым концом моей истории. Вместо этого он стал последней каплей, переполнившей чашу, подарил мне не только любовь; ее потеря тоже стала для меня даром. Ибо именно она способствовала разрушению прежней личности, которое иначе было бы невозможно.
Разработав концепцию школы и воплотив ее в жизнь, а вместе с ней и целое сообщество женщин, пришедших в ее стены, я наконец создала сосуд, который смог вместить всю поднимающуюся и переполнявшую меня с самого детства боль. Внутри мое оглушающее, словно взрывная волна, неутолимое горе больше не казалось безумием. Ведь патриархальная культура, в которой мы живем, не приветствует горе (а также гнев, тоску, ревность, тревогу – и прочее, и прочее…) Только плоские, ванильные эмоции – счастье, готовность уступить и поддержать. Все, что сильнее, нужно держать при себе, главное – вовремя отмечаться на работе, обеспечивать производительность и доводить начатое до конца.
После моей трагедии я поняла: горе – священно. У него – свой внутренний интеллект и всегда идеальная пунктуальность, сколько бы оно ни длилось – день или год. Мое горе не было мне врагом. Оно стало моим учителем: посвятило меня в высшую истину.
До Тиитуса я держала все в себе и выстроила такую идеальную защиту, что сама была не в состоянии испытывать нужные эмоции. Я отмахивалась от них. В душе все еще была непосвященной девочкой, чьи эмоции коренным образом отличались от эмоций зрелой женщины. Когда сердце у девочки разбито, ей негде и не у кого искать помощи и все ресурсы исчерпаны. Она нуждается в чьих-то утешительных объятиях. Когда же зрелая женщина переживает перелом, она знает, что лекарство следует искать в собственном теле. Она может испытывать полное опустошение, но при этом знает, как вырвать собственное сияние из когтей смерти. Никто и ничто не сможет лишить ее этой силы.
Именно в тот момент я начала понимать, что период разлома – неотъемлемая часть процесса становления женщины. Может, даже самая важная его часть. Когда приходит зима и с деревьев облетают листья, они падают на землю, образуя перегной. Он служит удобрением почвы, из которой к весне прорастет трава. Женская природа также циклична. Разлом нужен, чтобы сбросить старую кожу, ставшую тесной. Так и наши киски проходят свой цикл разлома – зарождение, самоочищение, кровоизлияние и подготовка к перерождению, – и так каждый месяц. Через разлом мы эволюционируем и обновляемся. Слезы опустошения питают почву эволюции.
Большинству внушали, что, пройдя через разлом, женщина становится жертвой. Но это происходит лишь потому, что мы не знаем, как дать выход чувствам и вновь найти источник сияния. Включение – это духовное состояние, золотая нить, через которую женщина сможет вновь обрести смысл жизни и путь к осуществлению желаний. В результате женщина вновь подключается к источнику силы и божественного начала. Без включения перелом ведет к опустошению и отчаянию. Вспомним Деметру, что бродила, обезумев от горя, в поисках дочери – пока не встретила Баубо. С включением в жизни женщины появляется смысл. Когда Баубо показала Деметре свою киску, та пришла в себя, и чувства ожили. Она не перестала горевать – но направила все силы на то, чтобы спасти дочь и весь мир. Таким образом, разлом – это ключ к эволюции. Из причины наших страданий он превращается в необходимую веху нашего священного пути.
Как научиться затоплению
Итак, в ходе занятий я стала искать способ изменить отношение женщин к периоду разлома. И обнаружила: чтобы в полной мере оценить то, что дает разлом, нужно научиться давать выход своей боли, притом – в присутствии других женщин.
Будь то изнасилование или жестокое обращение, развод или потеря любимого человека, эту боль нужно прочувствовать физически – иначе она навсегда застрянет в теле. Женщина должна найти выражение разлома, слушая музыку, трогающую до глубины души, позволяя телу двигаться, если оно этого желает. Именно этим я занималась на своих занятиях после смерти Тиитуса. Я научилась двигать бедрами, грудью, ягодицами, прогоняя самые глубинные эмоции по всему телу.
В ШЖИ мы называем этот процесс прогонки эмоций по телу «затоплением».
Это упражнение я придумала для себя много лет назад. В то время я как раз заканчивала курс базовой чувственности, жизнь била ключом. И все же я заметила, что временами грущу и даже ненавижу себя. Бывали периоды, когда я целиком пребывала во власти осуждения и уныния.
На курсе чувственности я познакомилась с концепцией «совершенства» – каждый человек сам по себе совершенен. Эта концепция идеально совпадала с моими собственными выводами, сделанными в ходе исследования аборигенных культур, о том, что дух и материя – едины. Я начала находить отражение этой истины повсюду – невозможно было не чувствовать присутствие божественного начала, наблюдая закат или любуясь прекрасной розой. Тогда я стала задумываться, возможно ли его присутствие и в темных эмоциях. Мне захотелось провести эксперимент.