Ребекка Яррос – Дерзкий Уайлдер (страница 9)

— Спасибо, что ты об этом подумал.

— Можешь сказать своей соседке, что вам не о чем беспокоиться.

Лия покачала головой, и ее мокрые волосы заскользили по голым плечам.

— Рейчел приедет только к началу следующего триместра. У нее мононуклеоз.

Ого! Целых три месяца. Как прикажете мне удержать Лию на корабле, пока не приедет Рейчел? Судя по тому, что удалось выяснить Пенни, эти двое практически неразлучны. А вдруг Лия возненавидит меня, плюнет на все и уедет домой до конца триместра? Это определенно разрушит все планы, которые я так тщательно подготовил.

— Значит, ты здесь одна? Тебе не будет одиноко?

Она потерла ладонями плечи.

— Не будет. К тому же, если тебе нужно учиться… ты все правильно говорил, что заниматься мы будем здесь. Потому что без крайней необходимости я даже близко не подойду к этим камерам.

Я мысленно вздохнул с облегчением, когда стало ясно, что она не собирается нарушать нашу договоренность и все-таки поможет мне с учебой.

— Я понимаю.

— Хорошо. У тебя уже есть расписание, чтобы я знала, какие у тебя предметы?

— Точно такие же, как у тебя. И расписание тоже такое же.

У нее отвисла челюсть.

— Как такое возможно?

— Мне нужно, чтобы ты присутствовала на занятиях и писала конспекты, если мне придется пропустить семинар или лекцию.

Потому что я так все устроил.

— Как ты это устроил? Переспал с методисткой учебного отдела? Хотя нет, не рассказывай. Не хочу ничего знать. Завтра первый семинар в девять утра. Ты придешь? Или ты в это время планировал прокатиться на водных лыжах за кораблем?

— Это вообще невозможно…

Гм… Или возможно? Если трос будет достаточно длинным и если стартовать с…

— Невероятно. Неудивительно, что тебе нужен помощник в учебе. Ты убил все свои мозговые клетки, занимаясь рискованной ерундой. Скажи правду: ты здесь исключительно ради канала Мятежников?

Я удивленно уставился на нее.

— Я думал, ты не знаешь, кто я такой.

Лия закатила глаза.

— Да ладно. Мы еще близко к берегу, интернет пока держится, и тут не так много Пакстонов Уайлдеров. Гугл отлично справляется с поиском.

Я сглотнул. Много ли она выяснила?

— И что он тебе подсказал?

— Что ты ведешь канал на Ютубе вместе с друзьями, у которых какие-то странные псевдонимы, что ты участвовал в X Games и выиграл пару медалей по мотокроссу, или гонкам на снегоходах, или что там я не знаю.

— И в том и в другом, — машинально поправил я.

— Прекрасно. Тебе нравится прыгать со скал и высотных зданий и выполнять сложные трюки, опасные для жизни. Чем ты и займешься в этом круизе, а мне надо будет проследить, чтобы ты хоть немного учился и сдал экзамены, да?

Охренеть! Быстро она поняла.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что я сомневаюсь, что этим киношникам с дорогущими камерами интересно снимать скучное реалити-шоу о студентах на лекциях. Скорее всего, они здесь потому, что ты собираешься расширять свой канал и выводить его на мировой уровень. Или тут что-то масштабнее?

— Тут что-то масштабнее, — честно ответил я. — Некоторые из запланированных нами трюков не совсем легальны в США, так что сейчас самое подходящее время для съемок полнометражного документального фильма. Что еще ты узнала?

— Что ты предпочитаешь длинноногих блондинок с сильно непропорциональным соотношением объема груди и талии. Что меня очень даже устраивает. Я уверена, здесь тебе есть из чего выбирать, и я в безопасности, поскольку не подхожу ни под один из этих критериев.

— Эй, когда это я намекал…

Она вскинула руку ладонью вперед.

— Ты не намекал. Я просто действую на опережение. Слушай, ты чуть меня не убил, сбросил в бассейн на полной скорости, и теперь мне придется тебе помогать, чтобы остаться в круизе. Я понимаю, на что подписалась. Но я больше не буду участвовать в твоих рискованных затеях вроде сегодняшней. Наши с тобой отношения исключительно деловые и исключительно по учебе. Все ясно?

Я медленно кивнул:

— Все ясно.

Какого хрена сейчас произошло?

— Хорошо. Теперь можешь идти. Увидимся завтра на утреннем семинаре. — Она подошла к двери, открыла ее и придержала, пока я не вышел в общий коридор.

А потом Лия захлопнула створку у меня за спиной.

Уже на полпути к своей каюте я рассмеялся. Малышка Эленор Бакстер сделала то, чего не делала ни одна девушка за всю мою жизнь, — выставила меня за дверь.

Не зря она мне понравилась.

Глава 3. Лия

Учебники, тетрадь, ручка, информация о регистрации… вроде бы я все предусмотрела. Бросив последний сердитый взгляд на упрямую кофемашину, я отправилась на семинар. Плевать на мировую литературу, мне срочно нужен спецкурс, как включать эту адскую машину!

Хотя, может быть, и не помешало бы избавиться от кофеиновой зависимости. Но утренний кофе с Рейчел был единственной радостью, предвкушение которой помогало выбираться из постели весь первый год в универе, когда мне всерьез хотелось умереть, а теперь это стало привычкой, с которой трудно бороться. Дело даже не в самом напитке, а в ритуале: когда ты пьешь кофе и знаешь, что миру безразличны твои мрачные мысли и упаднические настроения, мир продолжает вращаться, и ты вращаешься вместе с ним… пусть даже не видишь в этом особого смысла.

Поэтому каждое утро я заставляла себя встать с постели, тщательно скрывала боль, безнадежность и страх, что захлестывали темной волной каждый раз, когда звонил будильник, и понимала, что я все еще жива… я все еще та, кому повезло. Я шла в душ, смывала холодный пот после очередного кошмара, наливала чашку кофе и садилась за стол вместе с Рейчел, потому что именно так поступают живые люди. Они… живут.

Конечно, время прошло, мои воспоминания о нем уже не такие пронзительные, как раньше. Теперь я снова могу дышать, могу двигаться дальше. Брайан. Вот видите? Я мысленно произношу его имя и даже не заливаюсь слезами. В этом есть даже некая сладость — вместо гнетущей скорби, что была моей неизменной спутницей последние два года, но я по-прежнему боюсь наступления утра.

Может быть, этот круиз все изменит.

Может быть, мое сердце и собрано по кусочкам, и стянуто хирургической нитью. Может быть, швы слегка разошлись в тех местах, которые не желали срастаться, — в тех местах, которые, как мне казалось, никогда не срастутся, — но оно вновь стало целым. Ведь я живу.

И если не потороплюсь, то опоздаю на семинар.

Я взглянула в сторону каюты Пакстона и подумала, не постучаться ли к нему. Нет. Он уже большой мальчик. Я ему точно не нянька и не собираюсь ею быть. Я размышляла об этом всю ночь и решила, что единственный способ сохранить здравый рассудок в этом учебном году — держаться подальше от Пакстона, насколько возможно.

Но если он пропустит семинар, мне придется самой объяснять ему материал.

Его дверь открылась, и я выдохнула с облегчением, но потом поняла, что в коридор вышел вовсе не Пакстон, а красивая брюнетка с распущенными волосами, в ярко-белых шортах и темных очках.

Она увидела меня, подняла очки на лоб и направилась прямо ко мне.

— Значит, это была ты, — промурлыкала она приторно-сладким голоском, но смотрела со злобой.

— Где? — спросила я.

Не слишком ли рано устраивать разборки?

— Вчера на зиплайне. Влезла на мое место. — Она смерила меня презрительным взглядом и подняла брови, ясно давая понять, что считает меня неполноценной.

— Слушай, я не знаю, кто ты…

— Я Зоя.

Вчерашняя девушка.

— Ну привет, Зоя. Я Лия, и что бы ты ни думала… если учесть, что ты вышла из каюты Пакстона… я всего лишь его помощница по учебе. У меня не было ни малейшего желания участвовать во вчерашнем безумии, и если тебе что-то не нравится, то разбирайся со своим парнем.

Больше всего меня злило, что я не испытывала никакой гордости за свою вчерашнюю решимость, — я не испытывала ничего, кроме тошнотворного страха, что мне придется повторить что-то подобное снова.