Райнер Рильке – Книги стихов (страница 131)
живого света, новое начало,
чтобы вещей обманчивых не стало,
и ты в сомненьи: кто уже исчез?
И галерея для тебя – рудник,
где ближе к своду лишь сиянье дня,
и видишь ты яснеющие дали,
и доли нет священней в этот миг,
но кони так до времени устали,
что навсегда недвижна четверня.
Дож
Взглянуть могли послы, как, зависть множа,
теснились присные вокруг
кумира золотого или дожа,
нашпиговав шпиками сонмы слуг,
чтоб, нанося ему тайком урон,
робко урезывать его права,
при этом же (так в клетке кормят льва)
питая власть его, а он
едва ли видел в полусне стихию,
которая смиряет синьорию;
он большего, пожалуй, бы достиг,
но, горделивому противясь бреду,
уже не верил дряхлый мозг в победу,
что выдавал его поблекший лик.
Лютня
Я лютня. Если хочешь, опиши
мое прелестно сводчатое тело,
сказав: как смоква, и оно созрело,
а темнота не без души
моя, как сам ты видеть можешь. Вот
тьма Туллии. Как у нее в срамной
ложбинке; были волосы, как свод
над залом светлым там, где мной
играла, звуки все мои присвоив,
и пела, пела все нежней,
пока, слаба, среди своих покоев,
не догадалась, что таюсь я в ней.
Охотник до приключений
I
Там, где
появлялся и при нем опасность
с блеском угрожающим вокруг,
и вступил он в эту сферу тоже,
подавая веер герцогине,
только что упавший по причине
тайного желания его же,
так что в нише мешкал он оконной,
где виднелись парки далью сонной,
а за карточным столом успех
выпадает воле непреклонной;
выиграл и, взоры всех
привлекая, держит их упорно,
нежность и сомненье лучше зная
в зеркале, где чувство непритворно,
так что ночь без сна очередная
длится, не давая отдохнуть,
будто розы в сумерках прозрачных —
матери его детей внебрачных,
и растить их нужно где-нибудь.
II
Вместо дней не наступивших воды
в подземелье хлынули к нему
через угрожающие ходы,
чтобы он ударился о своды,