Расулов Никита – Кенши и проклятая катана (страница 4)

– Странно… их рабочий день заканчивается гораздо позже… – размышлял он вслух, осматривая безлюдные поля. Вдруг Кэти остановилась и посмотрела на небо, её лицо стало серьезным.

– Что-то не так? – спросил Кенши, чувствуя нарастающее беспокойство.

Кэти нахмурила брови и указала пальцем в сторону горизонта.

– Смотри… там дым…

Кенши прищурился и увидел вдалеке клубы черного дыма, поднимающиеся к небесам. Его сердце забилось быстрее; они оба знали: это может означать только одно – беда.

Дым, завуаливший горизонт, становился всё более густым и черным, как будто сама земля вздыхала от боли. Кенши и Кэти стояли, прижавшись друг к другу, с широко открытыми глазами, полными ужаса и непонимания. Внезапно, словно по команде, они бросили корзину с рыбой и рванулись вперёд, их ноги несли их изо всех сил по знакомой тропинке.

– Быстрее! – закричал Кенши, его голос был полон паники, а сердце колотилось в груди как бешеное. Он не думал о том, что может произойти; в голове лишь одна мысль: «Отец!»

Кэти следовала за ним, её волосы развевались на ветру, а глаза блестели от слез. Она пыталась не отставать, но каждое дыхание давалось с трудом из-за гари, которая заполнила воздух. Рисовые поля вокруг них пылали, яркие языки пламени поднимались ввысь, словно зловещие флаги.

– Кэнши, смотри! – закричала она, указывая на дом. Но Кенши уже мчался вперёд, его сердце сжималось от ужаса при каждой секунде ожидания.

Когда они наконец добежали до своего дома, перед ними открылась картина настоящего ада. Полыхающие обломки лежали повсюду. Деревянные стены, которые когда-то были крепостью их семьи, теперь горели дотла. Кенши остановился как вкопанный, его глаза расширились от ужаса.

– Нет… нет… – прошептал он, не веря своим глазам.

Издалека доносился звук вертолетов. Черные машины с эмблемой красной змеи кружили над деревней, как хищные птицы, готовые к атаке. На земле стояли люди в черно-красных кимоно с масками на лицах. Каждый из них был вооружён катаной, а на груди красовался перечеркнутый кружок – символ страха и разрушения.

– Папа! – закричал Кенши, его голос прозвучал как крик души. Он бросился к дому, но Кэти схватила его за руку.

– Стой! – закричала она с отчаянием в голосе. – Не иди туда!

Но Кенши уже не слышал её. Он смотрел вокруг в поисках своего отца и вдруг увидел высокую фигуру мужчины с короткой стрижкой, который тащил за собой его отца. Сердце Кенши оборвалось. Отец был весь в крови, его лицо исказилось от боли и страха.

– Папа… – прошептал он, а рядом с ним дрожащим голосом произнесла Кэти: – Господин…

Мужчина в черном пиджаке остановился и отпустил Шинджи. Тот медленно поднял голову и увидел своих детей. Его рука потянулась к ним, но силы покинули его.

– Бе-ги-те… – произнес он последние слова, и его рука опустилась.

Кенши почувствовал, как мир вокруг него рушится. Он не мог поверить в то, что произошло. Взгляд мужчины в черном пиджаке встретился с глазами детей, и он кивнул головой. За его спиной начали двигаться люди в черно-красных кимоно в их сторону.

– Кэнши, бежим отсюда! – пронзительно закричала Кэти, её голос, как звон колокольчика, был полон слёз и отчаяния. Она схватила его за шкирку, её руки дрожали от страха, и попыталась потянуть назад, словно хотела вытащить его из трясины, которая поглощала их мир.

– Вы… вы… пожалеете об этом! – огласил он пространство гневным криком, его кулаки сжались до белизны, как будто в них заключалась вся сила его боли и предательства. Внутри него бушевал ураган эмоций; он чувствовал себя преданным, как будто весь мир обрушился на него.

Кэти дернулась от его слов, её лицо побледнело, как утренний туман. Глаза её наполнились ужасом, отражая пламя, которое разгорало их деревню.

– Т-ты чего? Они бегут сюда… Нас тоже убьют! Надо бежать! – пыталась она объяснить ему, но упрямство Кенши было непоколебимо, как старое дерево, корни которого глубоко вросли в землю.

Он шагал вперёд, слёзы текли по его щекам, словно ручейки горькой боли. В памяти всплыли рассказы отца о том, как он защищал свою семью и деревню – эти слова звучали в его голове как заклинание: «Я должен быть героем!» – думал он, и эта мысль придавала ему сил, несмотря на страх.

Внезапно один из людей в черном кимоно бросил шипящую гранату в их сторону. Она приземлилась у ног Кенши с глухим ударом, и время словно замедлилось. Он смотрел на неё с ужасом; в этот миг мир вокруг него стал невыносимо ясным – каждый звук, каждое движение, каждый взгляд казались замороженными в воздухе.

– Я… вас… всех… уб… – начал он произносить угрозу, но взрыв огласил воздух синим дымом и оглушающим гулом. Звуки разрывающегося металла и трескающихся деревьев сливались в один страшный симфонический аккорд.

Кенши не успел закончить свою фразу. Мир вокруг него распался на куски, словно хрупкое стекло под мощным ударом. Он почувствовал, как его тело теряет силы и падает на землю, как лист осенью – беззащитный и одинокий. В тот же миг рядом рухнула Кэти, её глаза закрылись под тяжестью страха и бессилия, как цветы, лишенные солнечного света.

Они оба погрузились в темноту, оставляя за собой лишь дым и пламя, которые продолжали пожирать всё на своём пути. Пламя танцевало, как безумный артист на сцене разрушения, а дым поднимался к небесам, унося с собой последние остатки надежды. В этом хаосе они оставили только тени своих воспоминаний – светлые моменты детства, которые теперь навсегда затерялись в тёмной бездне.

ГЛАВА ВТОРАЯ – ВЫБОРА БОЛЬШЕ НЕТ

Кенши приоткрыл глаза, и первое, что он увидел, – это черная стена, испещренная вертикальными красными полосами, словно кровавые следы, оставленные кем-то в муках. Вблизи стоял человек низкого роста, его фигура казалась угрюмой и зловещей в тусклом свете. Юноша почувствовал, как веревки туго сжали его запястья, и паника охватила его, как ледяные пальцы.

– Г-где я? – произнес он шепотом, его голос звучал хрипло, как будто он только что вырвался из долгого сна. Внезапно в его сознании всплыли образы – высокий мужчина с короткой стрижкой, тащивший его отца на руках. Чёрная рубашка и пиджак в белую полоску, которые выглядели так же зловеще, как и этот странный человек перед ним. Глаза Кенши наполнились слезами, когда он снова пережил тот ужасный момент.

Внезапно к нему приблизился невысокий человек. Его походка была решительной и твёрдой, словно каждый шаг был исполнен угрозы. Кенши с ужасом смотрел на него. Один глаз был скрыт повязкой, из-под которой виднелся шрам, пересекающий лицо. Чёрные волосы были собраны в короткий хвост, а по бокам они были сбриты. В тусклом свете блестел стальной протез вместо левой руки. На нём было надето хаори – кимоно без рукавов, которое придавало ему вид воина. Красный пояс удерживал два клинка с красными хвостиками на рукоятках, которые покачивались при каждом движении.

– Тихий час окончен, – объявил он с суровым спокойствием, его голос, словно раскат грома, разорвал тишину. Кенши сверлил его взглядом, пытаясь найти хоть каплю человечности в этом устрашающем существе. Он заметил, что зрачок у него был красным – как капля крови на белом снегу.

– Это вы убили моего отца! – разъяренно крикнул юноша, его голос дрожал от ярости. В этот момент Кэти дёрнулась и открыла глаза, словно пробуждаясь от страшного сна.

– Эх… – произнёс человек невысокого роста, отводя взгляд от расстроенного ребёнка. На его лице не было ни тени сочувствия.

В этот момент в комнату вошёл высокий мужчина с короткой стрижкой. Его пиджак был белым, и Кенши потерял дар речи при виде этого человека. Он стоял перед юношей, словно тень над бездной. Кэти пока не осознавала, что происходит, её мысли были в смятении, как осенние листья на ветру.

– Кенси, это твоё имя? – спросил высокий мужчина с неприятной ухмылкой на лице. Его голос звучал пренебрежительно и холодно. Кенши почувствовал, как внутри него закипает ненависть к этому человеку, но слова застряли у него в горле.

– Ты можешь звать меня Орочи, – с самодовольством произнес он. – Несмотря на то что все обращаются ко мне как к господину Орочимару.

Кенши изменился в лице; его ненависть начала угасать, но мальчик по-прежнему смело смотрел на Орочимару, как лев на своего врага.

– Ты думаешь, что я убил твоего отца? – спросил Орочимару с легким презрением в голосе. Кенши вздрогнул от этих слов; его взгляд снова наполнился яростью.

– Это вы убили его! Вы держали его в своих руках… Отец кричал нам бежать! Это вы совершили… Отняли жизнь у самого обычного человека, который жил мирной жизнью! – Его голос раздавался в комнате, как грозовой раскат.

Ухмылка исчезла с лица Орочимару. Человек со строгим взглядом смотрел искоса на своего господина, словно размышляя о чем-то глубоком и личном.

– Похоже, Синдзи всё ещё умеет скрывать от родных то, что не хочет им рассказывать, – спокойно и уверенно сказал Орочимару. Кенши удивлённо поднял брови. Как он мог отрицать это? Вся его злость вдруг исчезла.

– Мы не убивали твоего отца, – продолжил Орочимару, отойдя от связанного ребенка и отвернувшись от него с небрежностью. – Наоборот, пытались спасти, несмотря на его упрямство.

– Тогда почему вы нас связали? – спросила Кэти, пришедшая в себя, но всё ещё выглядящая подавленной и испуганной.