Расулов Никита – Кенши и проклятая катана (страница 5)

– Это для нашего общего блага. Вы, детишки, можете причинить вред, – ответил человек с серьёзным выражением лица, нахмурившись и скрестив руки на груди.

Орочимару усмехнулся, и в этом смехе звучала угроза. Комната наполнилась напряжением; воздух был пропитан страхом и недоверием. Кенши и Кэти смотрели друг на друга; в их взглядах читалось одно – они должны найти способ выбраться отсюда и узнать правду о том ужасе, который поглотил их жизни.

– Позвольте представить вам этого человека, – произнес Орочимару, его голос был подобен холодному ветру в зимнюю ночь. Он кивком указал на своего помощника. – Сатейгасира Кай станет вашим новым господином. Он будет нести ответственность за вашу работу. Настоятельно рекомендую вам быть послушными, рядовые.

Кенши, все еще в замешательстве от происходящего, повторил последнее слово с недоумением:

– Рядовые?

– Вы приняты в нашу семью, не быть же вам сиротами, – произнес Кай с выражением лица, словно он только что проглотил лимон. Его глаза сверкали недовольством, а губы были плотно сжаты.

Орочимару направился к выходу, его шаги были уверенными и властными. Перед тем как исчезнуть за дверью, он бросил через плечо:

– Думаю, ты разберешься с ними, Кай.

– Разберусь… Господин, – ответил Кай, его голос звучал как натянутая струна. Он подошел к привязанным детям, его движения были точными и быстрыми. С ловкостью он развязал веревки, оставив на запястьях Кенши и Кэти красные следы от трения.

– А теперь идите за мной, детишки, – приказал Кай, и его тон был так же холоден, как сталь. Повернувшись к стене, он нажал на скрытую кнопку. Стена раздвинулась в стороны с глухим шорохом, открывая вход в красный коридор.

Кенши и Кэти обменялись напряженными взглядами. Они чувствовали себя как звери в клетке, готовые к побегу. Каждый шаг заставлял их оборачиваться назад, словно опасность могла поджидать за каждым углом. Кай резко остановился – дверь справа внезапно открылась.

– Заходите, – произнес он с таким же безразличием, как будто говорил о погоде. Кенши и Кэти обменялись еще одним тревожным взглядом и вошли в темную комнату. Кай шагнул следом за ними, и дверь автоматически закрылась с глухим щелчком.

Когда свет включился, перед детьми открылась захватывающая картина: это был склад оружия и спецодежды. Глаза Кэти загорелись от восхищения при виде электрических сюрикенов, которые висели на стене за решеткой. Они сверкают как звезды на ночном небе – заманчивые и опасные одновременно. Вокруг висели катаны и кинжалы, их лезвия блестели в свете ламп.

Кенши заметил черное-красное кимоно с красным поясом, которое элегантно свисало с вешалки. Оно выглядело так же величественно, как доспехи самураев. Под ним стояли несколько больших коробок – возможно, там лежали такие же кимоно. Комната была скучной: черные стены и лишь несколько коробок и скамейка с зеркалом придавали ей унылый вид.

Кай подошел к коробкам с решительным шагом и взял одну из них. Он поставил ее рядом с детьми с легким глухим звуком.

– Это вам пригодится, – произнес он с ледяным спокойствием, словно раздавая игрушки детям на празднике. Его жесты были уверенными и властными, но в них не было ни капли тепла.

Кенши посмотрел на коробку и затем на Кэти; в ее глазах читалось удивление и восторг. Они оба понимали: это была не просто комната со скучным оружием – это было начало их новой жизни. Жизни в мире, полном опасностей и приключений.

– Как же я ненавижу это занятие, – дал комментарий Кай и открыл коробку, отодрав скотч руками, – Сейчас вы, рядовые, получите специальное кимоно для обряда посвящения в семью.

Кенши поменялся в лице на злое, и сказал:

– Я не хочу быть ребенком убийцы моего настоящего отца! Уж лучше убейте меня, так будет правильнее! Кай промолчал и посмотрел в глаза несчастного ребёнка.

Кэти кивнула головой, но не стала так смело высказываться перед Шатейгаширой. Кай вздохнул от недовольства и встал перед юношей. Кенши снова поменялся в лице, испытывая страх.

– Напомнить, что сказал господин Орочимару? – решил напомнить Кай, – Меня нужно слушаться, иначе яйца отрежу и ты не сможешь быть уже таким смелым.

Кенши потерял дар речи после услышанного, но он не стал сдаваться и продолжил говорить:

– Вы хотя бы представляете, что значит потерять близкого человека, особенно на глазах? И после того, что вы сделали, я должен присоединиться к вам? Ни за что!

Глаза Кенши наполнились слезами, когда он вспомнил о смерти отца.

«– Бе-ги-те! – кричал отец, протягивая руку Кенши и Кэти…»

Выражение лица Кая оставалось невозмутимым, словно он был статуей.

– В коробке два комплекта кимоно. Если не подойдёт по размеру, позовите, – сказал он и ушёл в другую комнату. Всё это время Кэти смотрела на Кенши с отчаянием.

– Почему ты так на меня смотришь? – с раздражением спросил юноша у своей спутницы.

Она не ответила, лишь отвернулась и посмотрела на коробку. Затем она подошла к ней и достала оттуда белое кимоно с белым поясом.

Девушка взглянула на Кенши и произнесла:

– У нас нет другого выхода…

Кенши сжал кулаки, как будто пытаясь удержать в себе всю боль, которая разрывала его изнутри. Он медленно опустился на колени, и его сердце сжалось от горечи утраты. Слезы, горячие и горькие, начали катиться по его щекам, оставляя за собой влажные дорожки на его лице. Он не мог сдержать всхлипывания, и каждый звук казался ему эхом его безысходности. Пол под ним был покрыт красной плиткой, отражающей свет, словно пролитая кровь.

– Как бы хотелось сейчас сходить на рыбалку с папой… – думал он, погружаясь в свои воспоминания. – Почему мне это никогда не нравилось?

Кэти, стоявшая неподалеку, наблюдала за ним с сердцем, полным сострадания. Её глаза заполнились слезами, и она не смогла остаться в стороне. Она подошла к Кенши и обняла его, прижимая к себе. Её теплые объятия были как спасательный круг в этом океане горя.

– Всё будет хорошо, – тихо произнесла она, но её голос дрожал от эмоций.

Кенши вдруг вспомнил отрывок из своего детства. Образ всплыл в его сознании, как яркая картина на холсте.

***

– Кенси, ты спишь? Проснись уже! – пытался разбудить отец сына, его голос звучал как мелодия радости. Двенадцатилетний Кенши приоткрыл глаза и увидел ясное небо, обрамленное зелеными деревьями. Солнечные лучи играли на поверхности воды, создавая искрящиеся блики. Они с отцом сидели в лодке, покачивавшейся на спокойной реке.

– Мы хоть кого-то поймали? – спросил Кенши, зевая и потирая глаза. Он взглянул между ног отца и увидел железное ведро, наполненное рыбой, сверкающей как драгоценности на солнце. Его собственное ведро было пустым, что вызвало у него недовольство.

– Я не понимаю. Ты постоянно засыпаешь на рыбалке. Я понимаю, когда мы работаем, но сегодня у нас выходной! – сказал отец с улыбкой, его глаза светились весельем.

– Я не выношу рыбалку. Она такая скучная… – ответил Кенши, надутый от недовольства тем, что не поймал ни одной рыбы.

Он вдруг заметил удочку, привязанную к его правой руке.

– Ты меня привязал к удочке? – удивленно спросил он.

– Да, чтобы удочка не утонула после того, как ты заснешь! – радостно ответил отец, смеясь.

После рыбалки они вернулись к берегу, оставив лодку привязанной к забору у хвойного дерева. Отец взял ведро с рыбой, а Кенши – пустое, и они направились через лес домой. Вдруг юноша заметил странные царапины на коре деревьев вдоль их пути. Он остановился и указал на них.

– Папа, смотри! Что это? – с восторгом в голосе воскликнул Кенши, указывая на странные царапины, которые пересекали кору деревьев, словно загадочные знаки, оставленные кем-то незнакомым. Его большие, любопытные глаза светились от волнения, а солнечные лучи пробивались сквозь листву, играя на его лице.

Отец, с доброй улыбкой на губах, присел рядом и наклонился, чтобы лучше рассмотреть следы. Его лицо, обрамленное легкой щетиной, стало серьезным, когда он нахмурился.

– Не знаю… Может быть, это следы какого-то животного? – произнес он, его голос звучал как мягкий бархат. Он обводил взглядом лес, густо заросший зелеными кустами и высокими деревьями, которые шептали свои древние секреты на ветру.

– Хм… Странно, откуда эти царапины? – задумался отец вслух, потирая подбородок. – В лесу нет диких животных…

Кенши остановился, его внимание привлекло что-то в кустах. Он прищурился и увидел, как чей-то ботинок высовывался из-под листвы. Сердце мальчика забилось быстрее, а в груди застрял комок тревоги.

– Пап..? – подавленно произнес он, его голос дрожал от неопределенности.

Отец, заметив изменение в настроении сына, поставил ведро с рыбой на землю и подошел к кусту. Его движения были уверенными и спокойными, но в глазах мелькнула тень беспокойства. Он осторожно отодвинул ветки и продолжил двигаться вперед, пробираясь сквозь растения.

– Папа! Ты куда? Стой! – взволнованно закричал Кенши, не в силах оставаться на месте. Он быстро последовал за отцом, его маленькие ноги легко пробирались через заросли. Сердце стучало в унисон с шагами, когда он отодвинул ветки и увидел, как отец остановился и смотрел на что-то с неподдельным ужасом.

Кенши прижался к дереву и заглянул за плечо отца. Его взгляд опустился ниже, и он увидел лежащего человека – мужчину с ножом в спине. Глаза ребенка расширились от ужаса, как будто мир вокруг него распался на миллионы осколков. Он не мог поверить своим глазам.