Рамиль Латыпов – Сингулярность судьбы (страница 2)
Он медленно, с невероятным усилием, повернул голову. В метре от него, свернувшись калачиком, лежала та самая девушка. Ее куртка была расстегнута, из-под нее виднелась темная футболка. Она не двигалась.
«Мертва?» – мелькнула у него мысль с странным безразличием, будто это был факт из новостей, а не реальность в двух шагах.
Тут она пошевелилась. Резко, отрывисто. Ее тело вздрогнуло, она втянула воздух со свистом и села, откинувшись на руки. Глаза, широко раскрытые, с диким, животным выражением, метались по округе, сканируя, оценивая, ища угрозы и выход. Ее взгляд на секунду зацепился за Артема. В нем не было узнавания, только холодная настороженность. Потом она рванулась к стене, пытаясь встать, но ноги ее не слушались, и она почти упала, удержавшись на коленях.
– Где… – хрипло начала она, но голос сорвался. Она сглотнула, попыталась снова. Голос был низким, хрипловатым, полным ярости и паники, которую она отчаянно пыталась задавить. – Где это? Что это было?
Артем не ответил. Он с трудом поднялся на локти, оглядываясь. Белые стены, белый пол, белый потолок. Ни окон, ни дверей. Помещение размером с небольшую гостиную. Воздух был прохладным, чистым, без запахов. Слишком чистым. Слишком… новым. Как в операционной или на выставке технологий будущего.
«Сон? – подумал он. – Галлюцинация? Удар по голове?»
Но его тело, каждая кость и мышца, кричали о реальности пережитого. Он посмотрел на свои руки. Они дрожали. На нем было все то же пальто, промокшая снизу брюки, туфли. Все на месте, кроме мира вокруг.
– Я… не знаю, – наконец выдавил он, и его собственный голос показался ему чужим. – Нас… что-то ударило. Свет… потом тьма.
Девушка встала, наконец найдя опору в ногах. Она двигалась осторожно, как раненый зверь, прижимаясь спиной к стене. Ее пальцы скользнули по белой поверхности – гладкой, теплой, без единой щели.
– Двери нет, – пробормотала она больше для себя. – Нет швов. Как… – Она ударила по стене кулаком. Звук был глухой, короткий. Стена не поддалась ни на миллиметр. Она стиснула зубы, ярость в ее глазах вспыхнула ярче. – Кто вы такой? Это ваших рук дело?
– Моих? – Артем фыркнул, и в этом звуке прорвалась его собственная накопившаяся растерянность. – Я пять минут назад шел домой с дурацкого свидания! Я не знаю, кто вы и что это за место! Может, это вы что-то натворили?
Она промолчала, лишь сверкнула на него взглядом. Ее руки полезли по карманам, быстро, профессионально ощупывая содержимое. Лицо исказила гримаса досады. Девайса не было. Ничего, кроме складного ножа (который она тут же спрятала, заметив его взгляд) и пачки промокших сигарет.
Внезапно в воздухе прозвучал голос. Он был нейтральным, мелодичным, без пола и возраста, и исходил, казалось, отовсюду сразу.
«Биологический сканирование завершено. Угроз патогенного характера не выявлено. Восприимчивость к стандартной атмосфере подтверждена. Начало процедуры ознакомления».
Артем и Соня застыли, уставившись в пустоту.
– Кто это? – резко спросила Соня. – Где вы? Покажитесь!
Голос проигнорировал ее. Часть стены перед ними… растворилась. Не отъехала, не раскрылась, а просто перестала существовать, открыв проход в соседнее, такое же белое помещение. Там в воздухе висели, мерцая, сложные голографические схемы и знаки на незнакомом языке. А в центре, на полу, лежали два предмета. Смартфон Артема. И ее девайс.
Соня метнулась к проему быстрее мысли. Артем, после секундной заминки, последовал за ней.
Они стояли в центре комнаты, разглядывая висящие в воздухе символы. Внезапно один из них – извилистая линия, напоминающая спираль ДНК, – вспыхнул ярче. Голос заговорил снова, и теперь странные знаки под голосом начали менять очертания, превращаясь… в буквы кириллицы. Потом в латиницу.
«Анализ звуковой коммуникации завершен. Синхронизация языкового пакета. Статус: гостевой/исследовательский режим. Терминалы связи возвращены. Они нефункциональны вне родной сетевой среды».
Соня схватила свой девайс. Экран был мертв. Никакой реакции. Она с силой тряхнула его, пытаясь включить. Бесполезно. Артем взял свой смартфон. Черный экран с паутиной трещин. Попытка зажать кнопку питания не дала ничего.
– Что за бред? – прошептал он, чувствуя, как холодная волна паники начинает подниматься от желудка к горлу. – «Родная сетевая среда»? Где мы?
Он посмотрел на девушку. Она уже не смотрела на девайс. Она смотрела на голограмму, которая теперь показывала схему… звездной системы. В центре – желтая звезда. И текст, складывающийся под ней из знакомых букв в незнакомые слова: «Добро пожаловать на борт патрульного судна „Странник“. Сектор Сириус. 2871 год от общего календаря. Вы определены как аномалия, возникшая в результате незапланированного пространственно-временного разрыва. Просьба сохранять спокойствие. К вам направляется ответственный офицер».
Слова повисли в воздухе, мерцая холодным светом.
Артем услышал, как его собственное дыхание стало громким и неровным. 2871 год. Патрульное судно. Сириус. Каждая фраза была абсурдной, невозможной, кощунственной по отношению к здравому смыслу.
Он посмотрел на девушку. И впервые увидел не бандитку, не случайную жертву того же бедствия, что и он. В ее глазах, широко раскрытых, отражалось мерцание голограммы и то же самое, всепоглощающее, леденящее душу недоумение. Маска холодной уверенности с нее спала, обнажив чистый, первобытный ужас.
Она встретила его взгляд. И в этот миг, в этой белой, стерильной, невероятной клетке, между ними пробежала первая, тончайшая нить чего-то общего. Не доверия. Еще нет. Но общего кошмара. Общей бездны, в которую они провалились.
– Двести восемьдесят… какой? – хрипло переспросил Артем, больше сам у себя.
Соня молча сжала в руке мертвый девайс так, что костяшки пальцев побелели. Ее губы беззвучно прошептали: «Контроль. Ты потеряла контроль. Совсем».
А сзади, из первого отсека, донесся новый, мягкий шипящий звук. Часть стены там тоже исчезала, открывая новый проход.
К ним кто-то шел.
Глава 2: Стальные небеса
Звук был таким же тихим и неотвратимым, как вскрытие упаковки в вакууме. Просто секция белой стены перестала существовать, растворившись в ничто, и оставила после себя проем правильной прямоугольной формы.
Артем и Соня замерли, будто дикие животные, почуявшие приближение хищника. Иррациональная часть мозга кричала, чтобы они бросились к новому выходу, попытались проскочить мимо того, кто шел. Но куда? В другой такой же белый ящик? В лабиринт этого кошмара? Рациональность, подточенная шоком, парализовала их. Они могли только смотреть.
В проеме появилась фигура.
Это был мужчина. Высокий, под метр девяносто, в облегающем комбинезоне глубокого синего цвета с матовым отливом. Ткань была лишена каких-либо видимых швов и лишь на груди и плечах отмечена несколькими тонкими серебристыми полосами и парой неясных символов. Не униформа в привычном смысле, но и не гражданская одежда. Строгая, функциональная. Его лицо было скуластым, с твердым подбородком и коротко подстриженными темно-русыми волосами. Возраст – около тридцати. Но больше всего поражали глаза: серые, спокойные, оценивающие. В них не было ни паники, ни злобы, ни даже особого удивления. Была лишь сосредоточенная, почти профессиональная внимательность. Он осмотрел их одним быстрым взглядом, словно сверяя с невидимым чек-листом.
За его спиной виднелся коридор – такой же белый, светящийся, уходящий вдаль.
Артем почувствовал, как сердце бешено заколотилось в груди. Часть его отчаянно цеплялась за возможность, что это – чудовищно дорогая, безумная шутка. Постановка. Съемки фильма. Но в глубине души он уже знал. Слишком много деталей сходилось в одну невозможную, абсурдную точку. Воздух. Звук. Эти стены. Голограмма.
Мужчина сделал шаг внутрь, и проем тут же сомкнулся за его спиной, не оставив и следа. Теперь они были втроем в этой белой коробке.
– Я – командир патрульного судна «Странник», – сказал он. Голос был ровным, твердым, без какой-либо эмоциональной окраски. Он говорил на чистом русском, но с едва уловимым, странным акцентом, будто язык был для него выученным, а не родным. – Меня зовут Гай. Вы находитесь на борту моего корабля.
Соня была первой, кто нашелся. Ее тело, еще секунду назад застывшее, снова обрело напряженную, готовую к прыжку собранность. Она выпрямилась, подняв подбородок. Ярость и страх в ее глазах сплелись в опасную, стальную смесь.
– Корабля? – ее голос звучал резко, вызывающе. Она сделала шаг вперед, будто собираясь напасть, хотя между ними было метров пять. – Какой корабль? Что это за цирк? Где мы на самом деле? И кто вы такой, чтобы нас тут держать?
Гай не моргнул. Его взгляд скользнул по ней, потом перешел на Артема, замершего у стены.
– Объяснение было предоставлено системой ознакомления, – сказал он, слегка кивнув в сторону потухшей голограммы. – Патрульное судно «Странник». Сектор Сириуса. Две тысячи восемьсот семьдесят первый год. Вы попали в зону действия спонтанного пространственно-временного разрыва и были извлечены на борт в соответствии с протоколом карантинной безопасности.
– Извлечены? – фыркнула Соня. – Нас выдернули, как кроликов из шляпы! Вы что, этого не видели?
– Наблюдение за аномалией велось с момента ее возникновения, – ответил Гай. – Процесс вашего материального проявления был зафиксирован. Он длился 0.003 секунды. Вы просто… возникли в карантинном отсеке.