Рамиль Латыпов – Сердце океана. Наследница серебра (страница 3)

Тяжелая дверь в трюмную камеру «Серебряного Призрака» со скрипом отворилась. Алисия спустилась по скобкам вниз, в полумрак, пахнущий соленой водой, смолой и человеческой немытой плотью. В углу, на голых досках, сидел человек. Его руки и ноги были скованы цепью, прикованной к балке.

Он не был похож на обычного пленника. Не боролся с оковами, не роптал. Он сидел спокойно, почти медитируя. Когда Алисия подошла ближе, он поднял на нее взгляд. Глаза цвета мореного дуба, уставшие, но пронзительно-умные.

– Элиас Вейн, – произнесла Алисия, останавливаясь перед ним.

– Капитан Сильвер, – он кивнул, его голос был низким, без тени страха или подобострастия. – Вы оказали мне честь своим визитом. Решили мою судьбу?

Его поймали трое суток назад при попытке проникнуть на борт под видом торговца. В его вещах нашли не товары, а инструменты для взлома и несколько чужих кошельков. Наемный вор. И очень искусный, раз добрался до ее каюты.

– Говорят, ты знаешь языки. Древние. И артефакты, – начала Алисия, опускаясь на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне.

Элиас усмехнулся, брякнув цепью.

– Говорят многое. Что вы предлагаете? Помилование в обмен на урок лингвистики?

– Свободу, – четко сказала Алисия. – Твою свободу в обмен на помощь. Мне нужен перевод. И экспертиза.

Его глаза сузились. Уловка? Возможно. Но в ее голосе он услышал не обман, а отчаянную необходимость.

– Что за текст? – спросил он осторожно.

– Не текст. Символы. И артефакт. Очень старый.

Она достала из-за пояса лист бумаги, на котором с вечера пыталась скопировать несколько знаков с обломка из ларца и из дневника матери. Она протянула ему.

Элиас взял бумагу. Сначала его взгляд был беглым, скептическим. Потом он замер. Он провел пальцем по одному из символов, шепча что-то себе под нос. Его лицо изменилось. Усталость сменилась жадным, почти одержимым интересом.

– Это… диалект Древней Империи Соленых Ветров. Он мертв. Лет триста, как минимум. Где вы это видели? – Его голос дрогнул от волнения.

– Это мои условия, Элиас Вейн. Ты работаешь на меня, переводишь все, что я покажу. И когда все закончится, ты свободен. И получишь хорошую плату.

Он поднял на нее взгляд, изучая ее лицо.

– А если то, что вы нашли, слишком опасно? Если за этим охотятся люди, с которыми лучше не связываться?

– Они уже здесь, – холодно сказала Алисия. – Адмирал Морвуд. Так что твой выбор прост: либо ты останешься здесь и сгниешь в трюме, когда его флот разнесет нас в щепки, либо получишь шанс выжить и обрести свободу, помогая мне.

Он снова посмотрел на бумагу, потом на ее амулет, который, как всегда, лежал поверх рубахи. Его взгляд задержался на нем.

– Этот амулет… он оттуда же? От Соленых Ветров?

Алисия нахмурилась.

– Возможно.

Элиас глубоко вздохнул, гремя цепями. Он откинулся на голые доски, глядя в брус над головой.

– Ладно, капитан. Вы предлагаете интересную сделку. Я согласен. Но предупреждаю – я не солдат. Я ученый. Бывший. Не ждите, что я буду сражаться за вас.

– Я и не жду, – Алисия встала и достала ключ. – Твои бои – это буквы и тайны. С них и начнем.

Она отомкнула замок на его наручах. Цепи с грохотом упали на пол.

– Добро пожаловать на борт, мистер Вейн. Не заставляй меня жалеть об этом.

Глава 6: Условия союза

Элиас с трудом поднялся на ноги, растирая затекшие запястья. Мышцы ног горели от долгого сидения. Он вышел из трюма вслед за Алисией, щурясь от резкого дневного света. Палуба встретила его враждебным молчанием. Матросы прекращали работу, провожая его подозрительными, недружелюбными взглядами. Он был чужаком. И бывшим пленником.

Алисия, не оборачиваясь, повела его в свою каюту. Дверь закрылась, отсекая внешний мир.

– Садись, – она указала на стул у стола, сама заняла место напротив.

Каюта была аскетичной, но чистой. На столе лежали разложенные карты, штурвалский инструмент, и тот самый дневник в кожаном переплете. Элиас с трудом отвел от него взгляд.

– Правила просты, – начала Алисия, положив ладони на стол. – Ты переводишь все, что я тебе даю. Не спрашиваешь лишнего. Не пытаешься обмануть. Ты не покидаешь корабль без моего разрешения и моего сопровождения. За попытку побега – смерть. Понятно?

– Вполне, – Элиас кивнул, его взгляд скользнул по ее лицу. Она была молода, но в ее глазах стояла сталь. И усталость. – Вы не первый капитан, с которым я имею дело.

– Но я, возможно, первый, кто предложил тебе работу, а не веревку. Цени это.

Она открыла дневник и осторожно вынула из него закладку – тот самый лист с ее набросками.

– Начни с этого. Что это за символы?

Элиас взял лист. Он изучал его несколько минут, водя пальцем по линиям, бормоча что-то невнятное на непонятном языке.

– Это не просто буквы, – наконец сказал он. – Это… формула. Ритуальное заклинание, если хотите. Вот этот знак – «глубина». Этот – «вечность». А это… – он ткнул в самый сложный символ, – «сердце» или «ядро». Вместе это можно перевести как «Вечное Сердце Глубин» или «Ядро Бездны».

Алисия почувствовала, как по спине пробежал холодок. Ядро Бездны. Слишком близко к правде.

– А это? – она указала на другой символ, похожий на закрученную раковину.

– «Песня». Или «зов». Часто встречается в контексте призыва. – Элиас поднял на нее взгляд. – Капитан, где вы взяли эти символы? Они не должны существовать в наше время. Это знаки эпохи, когда люди пытались договориться с самим океаном.

Алисия проигнорировала вопрос. Она развернула дневник и открыла ту самую страницу, где мать писала о Сердце Океана.

– А это можешь прочесть?

Элиас наклонился над пожелтевшими страницами. Его дыхание перехватило.

– Это… это подлинник! – прошептал он с благоговением. – Настоящий трактат на диалекте Соленых Ветров! Капитан, вы понимаете, что это бесценно?

– Переводи, – сухо потребовала Алисия.

Он кивнул, уставившись на текст, и начал читать, медленно, с паузами, подбирая слова:

«…и сила была едина, пока гордыня не расколола ее на три части. Первая – Серебро, что хранит память. Вторая – Обсидиан, что несет забвение. Третья – Жемчуг, что видит грядущее. Разделенные, они сеют хаос. Воссоединенные… они пробудят Спящего, и мир узнает новый потоп…»

Он замолчал, подняв бледное лицо.

– Капитан, это не просто легенда. Это пророчество. Или предупреждение.

В каюте повисла тишина. Алисия смотрела на дневник, не видя строк. Три части. Ее амулет – Серебро. Обсидиановый обломок в ларце. И где-то есть Жемчуг. И все это вело к пробуждению чего-то ужасного.

– Ты веришь в это? – тихо спросила она. – В богов и проклятия?

Элиас усмехнулся, но в его глазах не было веселья.

– Я верю в силу, капитан. А то, что описано здесь… это сила, способная перевернуть мир. И если ваш адмирал Морвуд ищет эти артефакты, он явно верит. Или хочет этой силы для себя.

Он откинулся на спинку стула, изучая ее.

– Итак, капитан Сильвер. Наш союз. Вы ищете осколки древней силы, за которой охотится имперский флот. Веселая перспектива. Что вы планируете делать, когда… если мы их найдем?

Алисия встретила его взгляд. В ее глазах горел знакомый ему огонь – не жадности, а решимости.

– Сначала найдем. А там видно будет. Наше первое правило, мистер Вейн: выжить. А для этого нужно быть умнее и быстрее всех. Твоя задача – дать мне это понимание. Понятно?

Элиас медленно кивнул. Условия были приняты. Игра началась. И ставка в ней была куда выше, чем его свобода.

Глава 7: Погоня в тумане

«Серебряный Призрак» выскользнул из залива Алого Восхода под покровом наступающих сумерек. Алисия не стала дожидаться утра – каждую лишнюю минуту в порту Морвуд мог стянуть силы. Паруса наполнились попутным ветром, и корабль понесся на север, к Туманному архипелагу.

Элиас Вейн стоял у борта, вглядываясь в темнеющий горизонт. Ему выделили тесную каморку рядом с каютой Алисии, но душно там было невыносимо. Прохладный морской воздух был благом. Он наблюдал за слаженной работой команды. Эти люди, грубые и неотесанные на вид, двигались как части одного механизма. Лайам отдавал тихие команды, и паруса тут же подхватывали их, меняя конфигурацию для лучшего хода.

Алисия стояла на шкафуте, неподвижная, как носовая фигура ее корабля. Ветер трепал ее волосы, но ее взгляд был прикован к тому, что осталось позади. Элиас видел в ее позе не просто бдительность капитана. Он видел напряжение загнанного зверя, что знает – погоня уже началась.