Пётр Кон – Ветер океана звёзд. Часть 1 (страница 5)

Именно там, на набережной Кольского залива, Рома впервые нарвался на серьёзный глюк. Внезапно пейзаж поплыл, заколебался, и вместо Баренцева моря и разрезающих его стальные воды сухогрузов, перед ним возник двор знакомого до боли жилого дома. Он тысячу раз пересекал его – ведь жил как раз в том самом доме, что теперь маячил перед ним. Рома инстинктивно шагнул вперёд – и набережная окончательно растаяла, словно мираж.

Рома вытащил чип изо рта и растерянно пробормотал:

– Координаты, что ли сбились?

Но вскоре от пользователей посыпался шквал жалоб. Жалобы были не просто обоснованными – они звучали как один навязчивый кошмар. Человек шёл по виртуальной улице своего города, целенаправленно двигался куда-то, и вдруг – окружающий мир начинал течь, переливаться. Знакомая улица плавно деформировалась, перетекая в совершенно чужую, отдалённую местность, иногда на другом конце планеты, абсолютно не связанную с исходной точкой.

Единичный сбой ещё можно было списать на бракованный чип. Но когда жалобы пошли лавиной, игнорировать проблему стало невозможно.

Рома терялся в догадках. Отдельные баги в аттракционе, конечно, проскакивали. Со временем в голову закралась крамольная мысль: а не специально ли злоумышленники заливают в скачиваемые файлы (координаты со спутников Земли) трояны и вирусы? Но объявить войну невидимкам, вычислить их и привлечь к ответу в одиночку было делом гиблым.

На Флоте – 28 миллионов душ. Почти половина из них – клиенты аттракциона. Согласно аналитике, каждому восьмому пользователю доставалась порция вредоносных сбоев или «сюрпризов». Масштаб атак требовал колоссальных вложений в кибербезопасность – пропорциональных самой проблеме. Рома не боялся трат и был готов к убыткам, лишь бы гарантировать качество. В конце концов, любой предприниматель, мечтающий о процветании и крепкой репутации, обязан держать марку.

Он штурмовал компании по киберзащите, нанимал хакеров и консультировался со службой виртуальной безопасности Объединённого Флота. Иногда, особенно по ночам, его терзала параноидальная, противная самому себе догадка: а не сработались ли эти самые защитники с мошенниками, специально калеча его программу, чтобы создать спрос на свои услуги? Так или иначе, парень оказывался в тупике и нырял в новые финансовые пучины. Он заключал побочные контракты, чинил арендованный под сборочные станки рабочий корабль, и скромное дело курсанта-бизнесмена обрастало непредвиденными направлениями как космический мусор. В итоге, руководя совместно с отцом «Пространственными визуализаторами», к первоначальному штату из пятидесяти техников он прибавил кибернетика, программиста, бухгалтера, менеджера по работе с клиентами и партнёрами, и обзавёлся постоянным юристом.

Расписывать все эти перипетии Тамару в подробностях потребовало бы минимум ещё одного отпуска, которого у них уже не было. Вообще, размах, который принял «Земля-онлайн», порой – к его же удивлению – ошеломлял самого Рому. Особенно наглядно это было видно по армии курьеров. Сначала сотня, потом полторы, затем пятьсот, тысяча… А дальше – с ростом популярности визуализаторов – потребность во фрилансерах взлетела до небес. И если раньше их количество изменялось волнообразно, то теперь и вовсе росло стихийно.

Рома уставился в обзорное окно. За толстым стеклом не звёзды плыли в невообразимой дали. Это их титанический ковчег беззвучно скользил сквозь пустоту, а обзор из окна был лишь крошечным срезом бесконечности. Звёзды нерушимо гнездились в сердцах своих систем, порождая невидимые силовые поля, что заставляли планеты неустанно бежать по эллиптическим орбитам.

День Рождения

За десять дней до этого вечера Роме исполнилось девятнадцать. Однако настроение его было не слишком праздничным. Сердце покалывала гнетущая тоска. В этот день, в день его рождения, не стало его матери. Но отец, Фёдор Никитин старался быть максимально тактичным, бережно обходя эту дату, чтобы хотя бы тень скорби не ложилась на сына в день рождения.

На празднование Фёдор и Рома позвали Ирму и Зоитерн Иноземцевых. Хотя «пригласили» – не совсем точное слово. К тому времени Фёдор и Ирма уже жили вместе на её личном корабле, и их союз казался крепким и счастливым. Хоть один островок стабильности, о котором Рома мог не тревожиться. Подготовкой праздника занимался в основном Фёдор, и сейчас он был на «Мурманске», в их с Ромой каюте, которую они ещё с прошлого года иронично назвали «неродной».

Большую часть летнего отпуска Рома провёл здесь в одиночестве. Фёдор же обитал у Ирмы, откуда удалённо курировал их общий проект, часто советуясь с невестой.

Сама госпожа Иноземцева определила новоявленного жениха в свою организацию. Так Фёдор стал консультантом по вопросам энергоснабжения кораблей телеканала. Решение оказалось идеальным: рабочие вопросы Фёдор и Ирма решали на месте, а его включение в систему было максимально эргономичным. Да и после работы они могли сразу сесть за ужин без лишних задержек. Правда, порой Ирма срывалась по неотложным делам на корабли телеканала, а Фёдор пару раз прилетал и проводил целые дни на «Мурманске» с сыном.

Свою сводную сестру Зою Рома за весь отпуск видел лишь дважды – один раз заскочили в бар «Море космонавтов», другой – закупились одеждой в «Золотом Руне». Теперь же Зоя и Ирма прибыли к праздничному столу, который накрывали мужчины. Фёдор и Рома радушно встретили гостей – прелестных, празднично одетых женщин.

– Ох, что-то мы долго провозились, – Фёдор бросил взгляд на полупустой стол и развёл руками. – Не успели накрыть.

– А всё потому, что особое украшение для стола у нас с собой, – улыбнулась Ирма и достала из элегантной сумочки бутылку выдержанного сухого красного.

– Всегда знал, что в дамской сумочке таятся самые приятные сюрпризы, – рассмеялся Фёдор.

Настоящая еда в космосе оставалась роскошью. А уж напитки – тем более. Дорогое, почти недоступное удовольствие для тех, кто не мог позволить себе раскошелиться на гастрономические изыски. Остальным служили верой и правдой вкусовые имитаторы.

Ирма и Зоя сразу включились в помощь, расставляя посуду и раскладывая угощения. Пока шли последние приготовления, Рома успел изрядно проголодаться – намеренно пропустив днём нормированный паёк Объединённого Флота, он теперь ощущал, как желудок жалобно урчит. Нетерпение взяло верх. Подойдя к отцу, он с провокационной невинностью заявил:

– Я уже аккуратно отрезал себе кусочек от «Наполеона».

Торт, по задумке, должен был предстать перед гостями во всей своей нетронутой красе лишь к десерту. Отец, не веря своим ушам, в немом ужасе уставился на сына. Рома поспешил раскрыть карты, расплываясь в ухмылке:

– Шучу!

Фёдор смерил его укоризненным взглядом, но уже с тенью облегчения предложил:

– Отрежь себе кусок языка.

– Своего?! – изобразил преувеличенный ужас Рома.

Отец лишь хмыкнул:

– Хочешь – своего. А хочешь – деликатесного. Выбор за тобой.

За время путешествия земляне, и Рома, в частности, постигли истину о еде. Месяцы безвкусных, точно отмеренных питательных пайков обострили восприятие. Разница между жизненно важным синтетическим рационом и натуральной кулинарией как искусством стала разительной. Теперь любое, некогда обыденное блюдо поражало деталями: золотистой корочкой, хрустом овощей, стекающим с губ жиром. Вкус обрел неисчислимые оттенки – на вкус и цвет товарищи появились, открыв нюансы, прежде не замеченные за изобилием.

Получая долгожданное натуральное угощение раз в месяц, Рома подходил к делу как знаток: оценивал прожарку, сытность, баланс соли и сахара, искал подвох в виде дешевых заменителей. Сплошной хлеб в котлете или всё же есть мясо? Калорийная трапеза или постная халтура? Теперь это различали все на Флоте! Каждый кусочек смаковали до последней крошки, продлевая удовольствие и мысленно возвращаясь к нему. Пищевые имитаторы были лишь бледной тенью настоящей еды.

На первое мужчины подали ароматный говяжий суп по-китайски: бульон с яичной лапшой, по половинке варёного яйца, тонко нарезанный душистый зелёный лук и аппетитные кусочки нежной рубленой говядины. Далее последовали холодные закуски: нежнейший говяжий язык и канапе. Горячее блюдо порадовало филе трески на хрустящей подушке из жареных овощей. А венчал ужин «Наполеон» с девятнадцатью трепещущими свечами.

После десерта Фёдор и Ирма устроились на диване у телевизора, но голубой экран лишь мерцал фоном. Для Ирмы речь Фёдора была неизмеримо интереснее телевизионной болтовни.

– Ну, я же энергетик, – начал он, будто Ирме требовалось напоминание. – Видишь ли, в узлах подключения генераторных трансформаторов к сетям, где происходит конвертация ультрафиолета в ток… ну, принцип солнечных батарей тебе ведом…

Ирма одобрительно кивнула. Фёдор оживился:

– Так вот: в этих стыках провода порой оголяются из-за недостаточной изоляции. От перегрева оплётка расширяется и сползает. Вот тут-то и нужно «бронирование» – дополнительный защитный контур из керамопласта.

– Мы слишком отдалились от Солнца, чтобы обсуждать прежний энергоноситель, – напомнила Ирма.

– Несомненно, но обсуждение принципа действия может приносить удовольствие и сейчас…

Тем временем, Рома и Зоя, менее увлечённые энергетикой, устроились за настольной игрой.