Пётр Кон – Ветер океана звёзд. Часть 1 (страница 3)

Люин держал крепко. Не вырваться, сколь ни дёргайся. Внутри извивался страх, как трепыхалась бы змея, которую душат. Ярость поднималась скачками и подступала к горлу от осознания того, что со мной вообще обращаются так неуважительно. И Люин ещё предъявит мне за этот поступок.

– Подслушивать – нехорошо! – строгим и укоризненным голосом сказал он.

Если главного звали Смотревшим на звёзды, то этот тип заслуживал звание Смотревшего за людьми. А точнее – Следящего. Следящий и доносящий. Следящий и пишущий, всё смотрит-высматривает и пишет. Всё записывает, а потом доносит. Крыса…

Люин хорошенько встряхнул меня. Я не самый крепкий в рядах их наймитов, но и дистрофиком себя называть никому не позволю. На крайний случай с этой задачей мне поможет справиться моя коллекция холодного оружия. Но я никак не ожидал, что в руках Люина окажется столько силы, и что всю её он применит ко мне. Так-то противник он сухопарый и лишь самую малость выше меня.

– Будешь лезть своим носом в дела главного, я тебя быстро выкину через шлюзовой отсек! – жёстко пригрозил Люин.

– Оставь меня! – взвизгнул ему в ответ, – Я не мальчишка, чтобы так со мной обращаться. За последнее время я кое-чему научился, и даже твоя некоторая приближённость к Смотревшему не поможет тебе в бою со мной.

– Великий воин, значит? – отступил Люин, решив великодушно подыграть этим моему выпаду. Судя по усмешке на его лице, мои амбиции он расценивал не более, чем детсадовскими. Ковыренко с некоторой сдержанностью наблюдал за нашим столкновением. Отстранённо и не вмешиваясь.

– С некоторых пор, – уверенно ответил я.

– Всё, на что ты годишься, это размещать электромагнитные бомбы на гражданских кораблях, подбрасывать пистолеты отвергнутым ревнивицам и отправлять грозные послания. Найдис, ты мелкая крыса, и однажды тебя постигнет участь крысы.

– Не раньше, чем тебя, Люин, – источая смертельную ненависть, прошипел я.

– Последний раз тебя предупреждаю – будешь разнюхивать о делах Смотревшего, мы проредим твои тернии и отправим прямиком к звёздам.

Бросив это леденящее предостережение, Люин развернулся и покинул наш круг. Он вернулся в тень своего патрона. Я следил за его спиной, пока она не растворилась в полутьме каюты.

Ковыренко грубо толкнул меня в бок – его излюбленный способ напомнить о себе, отчего горечь в моей глотке стала ещё острее. Он молча указал мне направление и скрылся, погрузившись в рутину своих обязанностей.

«Не ты один отправляешь шифровки, подлец, – полыхнуло во мне, глядя вслед Люину. – Я знаю твои игры. И за это я однажды внесу в меню этой проклятой акулы новое блюдо.» Я поклялся себе в этом, сверля ненавистью закрывшуюся дверь. «Не будь ты кровью от крови этого человека, которого я ненавижу всеми фибрами души, твои кишки уже украшали бы палубу.»

Вспороть бы его. Тем самым складным ножом, чья знакомая тяжесть успокаивающе давила на грудь из внутреннего кармана жилета. «Но я в западне на этом корабле. И приходится заталкивать ярость в самую глубь, туда, где она лишь копится, как плазма в перегретом реакторе».

Мысль о работе ножом над его животом согревала. Ножевые ранения в живот – агония чистейшей воды, часто смертельная. Я, Найдис Сергеев, мог бы резануть поперёк, выпустив наружу кишки, как алые змеи. Воткнуть клинок в глазницу – не добивая, а лишь вычеркнув полмира из его зрения. Поработать в паху – где мочевой пузырь рвётся, как гнилой мешок, а боль сводит с ума не меньше чем в случае с брюхом.

Я изучал язык стали. Фехтовал навахой на испанских дуэлях baratero, канувших в Лету. «Чикался» цыганскими ножницами. С пелёнок меня лепили доверенные отца. Крёстный вкладывал в одну руку ложку с кашей, в другую – стилет, уча жизни и смерти одновременно. Я впитывал искусство убивать из всех щелей этого мира: от уличных союзников отца до наёмников, шедших на всё за благосклонность авторитета.

Сталь познавал в Североморске. В Сочи, под крылом своей «ледяной» матери и её теневых приспешников, перешёл на нейро-ножи. Сражался в виртуальных «Рингах смерти» – цифровых ямах криминальных сочинских районов – против теней без имени и лица. Не оставил сталь и на «Крючковатом», хоть и нашёл здесь мало ценителей поединков. Троих громил Смотревшего хватило, чтобы моя рука не забыла веса клинка. Дрались до первой крови – но и её хватало, чтобы помнить упругое сопротивление плоти под остриём.

В прошлом году я водил за ниточки Полярина Алфёрова – его преданность и глупость были удобны. Теперь же – время встретиться с главным врагом лицом к лицу. Пусть Никитин мнит меня хилым кукловодом, плетущим паутину из теней. Его ждёт сюрприз. Когда мы сойдёмся в поединке клинков, он узнает: всё свободное время я точил не интриги, а сталь и навык.

***

– …Далее – через синхронизированную Нору – мгновенный переход в систему Ариэль-Нимроди, к Лирюлту. Затем на их кораблях с «Взрывным инвертором» – около трёх недель до Эстерау. Дальше – по плану: распределение и… конечная ассимиляция.

– Нас подслушивают, – внезапно прервал Смотревший на Звёзды, его пальцы замерли на столе. Люин настороженно огляделся. – Уже нет. Его спугнули. Но след ещё тёплый. Проследи, чтобы слушатель отправился в свою каюту. Немедленно.

Люин кивнул и бесшумно вышел. Вернувшись через несколько минут, он лишь качнул головой – нарушитель отправлен по месту прописки.

– Неужели этот скользкий проныра не понимает, что моему терпению вот-вот придёт конец? – проворчал Смотревший. Он откинулся в кресле, и в его глазах вспыхнули редкие искры настоящего гнева. – Он сознательно спутал мне все карты, повёл себя безрассудно и борзо, решив прямо перед самой атакой на «Носитель Факела» её рассекретить.

– Ненависть – плохой советчик, но мощный двигатель, – осторожно заметил Люин, в его голосе сквозил подобострастный такт. – Я так полагаю, он сложил два плюс два и понял, что к убийству его старика причастен именно ты. Но мстить тебе или эстерайцам – самоубийство. А вот свести счёты с сокурсником, используя наши же ресурсы… это он счёл допустимым риском.

– Решение по его отцу было стратегическим, а не личным, – Смотревший отмахнулся, будто говоря о пустяке. – И меня не терзают угрызения. Меня терзает его неслыханная дерзость! Он позволил эмоциям перевесить инстинкт самосохранения и угробил мой план убить ту, на кого я нацелился. А всё почему? Потому что разболтал всё, да не кому-нибудь, а самому Никитину! Тут его отсебятина уже второй раз перекраивала мой сценарий. Я задумывал, что погибнет она, а Сергеев воспользовался моими ресурсами, чтобы заманить на «Носитель» Никитина и убить его. В итоге не пострадал ни один из них. Погибли только экипаж и капитан корабля, своей цели я не достиг, план провалился. Они оба уцелели. Я бы придушил его своими руками за такую глупость!

– Но не можешь, – констатировал Люин. – После провала он сразу побежал к нашим эстерайским «друзьям». Упал на колени, клялся в верности, убедил их, что его личная война с Никитиным работает на благо Империи. Они даровали ему защиту. И, надо признать, его мелкие пакости действительно сеют хаос в стане врага.

– Умён ровно настолько, чтобы быть докучливой занозой, – ядовито резюмировал Смотревший. – Но его игры в Королёве закончены. В этом семестре я задействую других агентов. Посмотрим, на что они способны.

Воцарилось молчание. Люин, чтобы разрядить атмосферу, церемонно поправил манжет и спросил почти шёпотом:

– Как… самочувствие?

Ответ заставил его кровь похолодеть:

– Не очень.

Между ними повисла тяжёлая пауза, напоминающая о той их последней встрече с бокалами красного, когда они обсуждали будущее Объединённого Флота Земли.

– Что чувствуешь? Боль? Отторжение? – Люин едва сдержал дрожь.

– Отторжения нет. Но чувствую, что микрочипы… не приживаются. Тело отказывается их принимать.

– Это… это путь в никуда! – голос Люина сорвался на шёпот, полный ужаса. – В конце которого только смерть! Я говорил – не надо даже пробовать! Эстерайцы же предупреждали – эти проклятые микрочипы только для Универсальных Носителей! Ты знал – нужен особый генетический код! Чёрт возьми… – Он замолчал, поймав усталый, но ледяной взгляд Смотревшего. Люин с силой выдохнул, заставив себя успокоиться. – Они перекроили себя на генном уровне, став Универсальными! Лишь поэтому и могут вживлять чипы и совать нос в чужие миры!

– Я в курсе, – голос Смотревшего звучал с ледяным безразличием космического вакуума.

– И что теперь? – выдохнул Люин, опустошённый.

Смотревший на Звёзды пожал плечами с видом человека, обсуждающего погоду:

– Есть… хитрость. Можно попытаться пересадить груз на другого носителя. Передать эстафету, так сказать. Но для этого, опять же, потребуются их технологии. А значит, придётся дождаться прибытия нашего высокого начальства.

– И как ты это провернёшь? – в голосе Люина зазвучал скепсис, смешанный с отчаянием.

– В Академию Королёва в этом году поступает свыше тысячи новобранцев, это будет уже не полк, а целая дивизия. Закон больших чисел – статистика неизбежно выдаст нам хотя бы одну девушку с нужным кодом. – Смотревший прищурился, и на его губах появилась тонкая, хищная улыбка. – При поступлении все их личные дела, вся биометрия ляжет мне на стол. Ах, да… – он изобразил внезапное прозрение, и эта наигранная невинность заставила Люина содрогнуться. – И знаешь, что самое ироничное? Теперь я почти рад, что она выжила на «Носителе Факела» и подала документы в Королёв. – Он сделал театральную паузу, наслаждаясь эффектом. – Их обоих ждёт нечто неизмеримо более ужасное, чем простое забвение.