Пётр Кон – Ветер океана звёзд. Часть 1 (страница 2)
Теперь же из-за их прокола дата атаки срывалась. Деморализующий эффект не будет всеобъемлющим. Смотревший на Звёзды опаздывал с выполнением приказа эстерайских господ и его не ожидало ничего хорошего. А уж наказывать эстерайцы умеют.
Теперь они сидели там, меж двух верзил, готовых пресечь любую попытку к бегству. Хотя бежать было некуда – с подводной лодки в открытый космос? Алиса и Алин ждали лишь приговора.
Ковыренко толкнул меня в бок:
– Эй, глянь, опять «Земля-онлайн»!
Я проследил за его указательным пальцем, направленным на двух молодых бойцов, восторженно уставившихся в голые стены мрачного зала. Но я-то знал: они не стены видели, а призрачные образы родной планеты. Бешенство вскипело во мне, и я сердито воскликнул:
– Да какого хрена?! Вам нечем больше заняться?
Это изобретение человека, убившего моего отца. Не его рукой напрямую – тут замешана и моя группировка, – но вина – целиком на нём. Не будь его, мой отец был бы жив. Ради мести я пошёл на всё. И не остановлюсь, пока не заставлю его заплатить сполна. А потом… убью. Убью Романа Никитина.
– Ответственность – это мера вины. Ваш поступок должен вызывать у вас безмерное чувство вины, – прозвучал из темноты спокойный голос, от которого кровь стыла в жилах провинившихся.
– Смотревший… – вырвался испуганный шёпот девушки.
Но Человек уже вышел из тени. Он строго запретил обращаться к нему по имени, отчеству, фамилии (её, к слову, вообще мало кто знал) или титулам. Только «Смотревший на Звёзды» – его устоявшийся позывной.
Это имя-титул звучало нелепо, но главное – каждый раз, произнося его, подчинённые испытывали жгучую неловкость. Неловкость за абсурдность обращения, навязанного им же самим. Выходило, он сознательно создавал эту искусственную ситуацию, чтобы мы – его приближённые – вечно чувствовали себя виноватыми за собственную неуклюжесть. Ни фамильярности, ни дерзости – лишь гнетущее смущение и растерянность.
Мы с Ваней и остальные наблюдали, сковываемые молчаливым ужасом.
Движением, быстрым и невидимым, человек накинул незримую петлю на запястье Алисы и дёрнул. Кисть с мокрым хлюпом отделилась от предплечья. Багровая струя хлестнула из обрубка, забрызгав Алина. Тот вскрикнул в ужасе. Алиса, окаменев от шока, вжалась в спинку кресла. Глаза её, уставившиеся на кровавый обрубок, вылезли из орбит, зрачки сузились в булавочные головки.
Смотревший на Звёзды схватил девушку за другую руку, грубо рванул на себя и потащил к шлюзовой камере, вмонтированной в стену кают-компании. Никто никогда не видел, чтобы камера использовалась, – теперь ей предстояло стать орудием возмездия.
Алин, захлёбываясь истерикой, рухнул на колени, вымаливая пощаду. Алиса была безучастна, словно кукла. За ней тянулся размазанный кровавый след.
Человек нажал кнопку – внутренняя перегородка открылась. Резко толкнув девушку, он швырнул её внутрь. Ещё одно нажатие и перегородка захлопнулась.
– Декомпрессия. Полная, – властно приказал он.
Через смотровое окно мы увидели, как кислород стремительно уходит в щели, словно дым, втянутый гигантской тягой. Алиса стояла на коленях. Её взгляд метался, как зверёк, преследуемый хищником.
– Вакуум установлен, Смотревший на Звёзды, – доложил покорный голос.
– Открыть внешний шлюз, – прозвучал безжалостный приговор.
Внешняя створка отъехала. Мертвенная бледность лица Алисы мгновенно покрылась изморозью. Струя крови свернулась в ледяные кристаллы. Девушка замерла на миг – её не выбросило в бездну, ибо декомпрессию провели с коварной постепенностью по приказу Смотревшего. Как терракотовое изваяние она качнулась и рухнула на металлический пол шлюза, так и оставшись в коленопреклонённой позе. Но в отличие от хрупкой терракоты, тело не разлетелось на мелкие кусочки, а лишь закоченело, ноги её нелепо торчали вверх.
Ваня, казалось, похолодел, следя за происходящим. Смотревший на Звёзды железной хваткой впился в локоть Алина и потащил его к аквариуму.
– Очиститель на полную мощность! – скомандовал он, поднимаясь по ступеням с жертвой.
– Да, Смотревший, – и лопасти винта взвыли, взбаламутив воду до «кипения».
Чудовище в переливающейся воде зашевелилось пуще прежнего. Я глянул на соседа. По виду Вани – его желудок переворачивался от страха. Смотревший на звёзды без тени колебаний толкнул Алина в аквариум. Вода хлынула через край.
Не прошло и трёх секунд, как монстр вцепился в жертву.
Акула терзала Алина Балтова. Спирали кровавой мути закручивались, втягиваемые фильтром. Чудовище рвало тело парня на части. Я дёрнулся, отводя взгляд. Ваню вырвало – соседи брезгливо сморщились и отпрянули. Тишину нарушали лишь вздохи отвращения и ужаса.
Но почему я не могу смотреть на эту страшную трапезу, окутанную подвижной кровавой дымкой без содрогания? Ведь в иное время я не без интереса понаблюдал бы за таким действием, и ни разу не отвернулся бы. Гинерийская акула разрывает беспомощного человека на куски и насыщается – редкое зрелище. Но сейчас… Меня сводит судорогой отвращения. Быть может, это гнетущее напоминание о хозяине чудовища? Да… пожалуй… Меня парализует мысль о том, что именно Смотревший на Звёзды – владелец этого монстра. Он – средоточие почти безграничной, леденящей душу власти.
Человек, смотревший на звёзды, медленно спускался по лестнице. Он направлялся к выходу из кают-компании, ставшей на этот раз не просто залом собраний, но местом казни.
Я заставил свой голос звучать нарочито спокойно, словно картина оседающих на дно аквариума ошмётков Алина не пугала меня.
– Непобедимую армию создаёт не доблесть, а страх. Если солдат боится своего командира больше, чем смерти от руки врага – он пойдёт за ним в ад и выполнит любой приказ.
Услышал ли Ваня в моём тоне лишь холодную констатацию, словно я разбирал сцену из фильма, а не только что увиденный кошмар?
– Пойдём, – хлопнул я по плечу оцепеневшего товарища.
Личная армия, запуганная и преданная до рабства, как у Смотревшего – мощное оружие. Но для этого нужны репутация, ресурсы, время. Я жажду этого, но пока моя власть – капля в море. Пока я владею лишь личным оружием, измеряемым штуками, а не флотилиями или легионами.
В этом жестоком мире я ценю лишь одно: оружие. Оно даёт слабому силу отнимать жизни. Моё далеко не могучее тело не способно убивать голыми руками, но оружие – продолжение моей воли к разрушению. Я ценю его не за культ или красоту – это удел глупцов. Я – Найдис Сергеев – ценю практичность и смертоносность. Власть, что оно даёт: запугивать, калечить, убивать по необходимости. Молиться на пушки? Пусть это останется завсегдатаям артиллерийских музеев. Я знаю, чем кинжал отличается от ножа – этого достаточно.
Мы с Ваней уже проходили мимо двери каюты Смотревшего, когда из щели неплотного притвора донеслись сдержанные голоса.
– Сатурновский форпост сообщает: флотилия прибывает через четыре месяца.
Сатурновский форпост. Эскадрилья эстерайских сторожевых кораблей, чьи корабли-призраки дежурили на орбите Сатурна вот уже восемьдесят четыре года. Они появились в тенях системы за пятьдесят лет до того, как эстерайцы официально явили себя Земле, задолго до посольских кораблей. Весь этот промежуток времени они засылали своих шпионов на Землю. И именно командование Форпоста ввело меня в строй и защитило от гнева Смотревшего за мой проступок с «Носителем Факела» два месяца назад – в этом проклятом 2123-м.
Я осторожно прильнул к щели. Беседовали Смотревший на Звёзды и его наперсник Люин.
– Значит, под Новый Год? – уточнил Смотревший, его голос был ровен, как поверхность чёрной дыры.
– Первая декада января, – ответил Люин, покрутив ладонями и этим жестом показывая приблизительный прогноз события.
– Солнечную систему проскочат на форсаже, вирус будет распылён тогда же.
Слова повисли в тяжёлом воздухе коридора. Четыре месяца. Срок, отмеренный нашей родной планете. Ваня замер, его дыхание стало резче, прерывистей.
– Да, но не будем забывать и о нововведениях, – заметил весело Люин. – У самой кромки колец Сатурна станция эстерайских строителей и учёных завершила размещение входной горловины их «Континуумного Синхротрона». Они активировали Кротовую Нору.
– Смогли её стабилизировать и синхронизировать? Невероятно. Их план, как мы и предполагали? – уточнил голос.
– Да. Используя нору. Будут брать на абордаж земные корабли, затем под своё управление и переправлять на Корабли жизни. Далее – через синхронизированную Нору – мгновенный переход в систему Ариэль-Нимроди, к Лирюлту. Затем на их кораблях с «Взрывным инвертором» – около трёх недель до Эстерау. Дальше – по плану: распределение и… конечная ассимиляция.
– Эй! Не слишком ли близко ты у двери встал? – голос Ковыренко, толкнувшего меня в бок, прозвучал так звонко и внезапно, что я вздрогнул. Ваня также слегка подскочил от неожиданности. Чувствуя горечь от упущенной возможности дослушать разговор до конца, я с деланной неуклюжестью улыбнулся так называемому товарищу.
В следующий миг дверь полностью открылась, и из каюты вышел Люин.
Он тут же сгрёб меня за шкирку. Внутри всё перевернулось от чувства унижения и страха. Ваня тотчас же куда-то улепетнул. Да, кажется, меня поймал за руку не только проклятый Ковыренко, но и гораздо более неприятный человек. За то, что я подслушивал? Несомненно.