Полина Мит – Похититель тел (страница 3)

— Пожалуйста, — шепчет она, сжимая мои плечи. — Просто пойдем со мной.

Мерик берет мою руку и крепко сжимает. Спорить с ней нет смысла: она обжигалась достаточно раз, чтобы усвоить урок, но меня она слушать не станет и подавно. Мне остается только морально готовиться к скорому потоку слез, который неизбежно хлынет, когда всё закончится.

— Ладно, — выдыхаю я, сама не веря своим словам. Снова купилась.

Мерик крепко обнимает меня, выглядя по-настоящему счастливой.

— Вот увидишь, однажды и тебя это настигнет, — она лукаво улыбается и тянет меня вперед, вглубь района.

— Звучит как угроза, — отшучиваюсь я, следуя за ней.

Мы смеемся, и это немного разряжает обстановку.

— Да ладно тебе, я серьезно!

— У меня такого не будет, — я делаю колючий акцент на слове «такого», намекая на её бесконечные драмы.

— Ауч, — обижается Мер, но в её глазах нет тени недовольства. Глубоко внутри она и сама понимает, что просто неспособна устоять перед чужими флюидами.

— Просто не хочу, чтобы было как у мамы. Чтобы человек был моим домом, а не очередным полем боя.

Я впервые задумываюсь: а чего бы мне хотелось самой? Толком не знаю, как это должно выглядеть. В моей голове нет четкой картинки, только смутное желание найти кого-то, с кем не придется воевать.

Я смотрю на Мер и вижу пугающее сходство с мамой. Они обе одинаковые в своей любви — бросаются в неё как в омут, отдают всю себя без остатка, пока от них самих ничего не остается.

Мер резко останавливается и поворачивает меня к себе лицом.

— Да, мне разбивали сердце. Меня бросали, предавали самые близкие люди. Знаешь, что я из этого поняла? Жизнь — это не прямая линия, Ари. Ты ждешь, что любовь однажды просто откроет перед тобой дверь и пригласит войти в тишину. Но правда в том, что за нее нужно бороться. Она не дается даром, и за нее нужно заплатить высокую цену.

Она выпускает мои плечи и делает глубокий вдох, поправляя волосы. Ветер Харинги кажется уже не таким холодным, а её слова — не просто наставлением, а горьким признанием. Мы идем дальше, и я чувствую, как пропасть между моим представлением о мире и реальностью становится всё шире.

Глава 3

Около часа мы блуждаем по лабиринту изнанки города. Мерик так и не решилась озвучить название того самого места, и это молчание вместе с её странными маневрами через бесконечные подворотни только подпитывает моё волнение.

Когда мы сворачиваем на очередную безлюдную улицу, я уже почти уверена, что мы заблудились. Но Мер выглядит пугающе спокойной. Она лишь бросает быстрые взгляды по сторонам и уверенно ныряет в узкий проход между зданиями.

Здесь Харинги окончательно превращается в декорации к триллеру: заброшенные, обшарпанные дома с заколоченными окнами, кучи гнилого мусора под ногами и едкий запах сырости. Меня передергивает от одного вида этого места. Лишь тусклый свет одинокого круглосуточного магазина и пара теней внутри дают понять, что здесь всё ещё теплится какая-то жизнь.

Мы идем ещё минут пять, пока не упираемся в крутую лестницу, уходящую глубоко в подвал. Над входом в судорогах бьется старая неоновая трубка, заливая ступени грязным светом. Я на мгновение закрываю глаза, молясь, чтобы Мерик просто пошутила, и это не было нашей конечной точкой. Но подруга уже тянет меня вниз, в этот бетонный зев.

— Мы на месте, — шепчет она, и её голос тонет в глухом, вибрирующем гуле, идущем из-под земли.

— Ты с ума сошла? — я останавливаюсь на месте и дергаю ее за руку. — Если мама узнает, где я была, она меня убьет.

Но волнуюсь я не из-за этого, и подруга, прекрасно зная это, с томным вздохом закатывает глаза. И пусть, я все равно не хочу даже знать каким образом она тут оказалась.

Мы стоим перед входом на нелегальную тусовку, полную алкоголя, наркотиков и может еще и чего хуже. Со страхом оглядываюсь по сторонам в надежде, что по близости нет никакого извращенца. Не могу поверить, что Мерик привела меня сюда.

— А потом ты еще говоришь, что я против твоих парней, — говорю с упреком. — И кто он, наркоман?

— Да хватит тебе. Все не так, как ты думаешь.

Я сдаюсь, и Мерик благополучно ведет меня к двери. Совру, сказав, что мне ничуть не любопытно. Мама слишком долго скрывала меня от мира. Что будет, если я просто взгляну? Одним глазком!

Сначала меня накрывает паника. У меня нет с собой документов, да и будь они в кармане — я всё равно несовершеннолетняя. Но когда Мерик запросто здоровается с громилой на входе и тот молча отступает, пропуская нас внутрь, на смену ступору приходит дикое, почти болезненное облегчение.

Клуб предсказуемо напоминает огромный заброшенный подвал: повсюду бетон, слой вековой пыли и густой, тягучий полумрак. Но, вопреки моим страхам, здесь яблоку негде упасть. Ну конечно, никакой охраны на входе, никакой цензуры — полная, ничем не ограниченная свобода. Осматриваясь, я пытаюсь убедить себя, что с первого взгляда здесь нет ничего смертельно опасного. Обычные люди, просто ищущие способ сбежать от реальности Харинги.

К черту всё! Хотя бы раз в жизни я могу позволить себе просто расслабиться?

Музыка здесь не просто играет — она живет внутри. Тяжелые басы вибрируют прямо в груди, и кажется, будто бетонный пол и стены мелко подрагивают в такт ритму. Для меня это становится неожиданным подарком, ведь я обожаю танцевать. Забыв о подозрительных типах и затхлом запахе, я хватаю Мерик за руку и останавливаю её прямо посреди зала, взглядом умоляя составить мне компанию. Она без лишних слов соглашается, и мы с головой растворяемся в разгоряченной толпе, позволяя биту вытеснить из мыслей и маму, и долги, и этот проклятый переезд.

Подруга держится на удивление скованно, что совсем на неё не похоже. Я же, наоборот, отдаюсь ритму: двигаю бедрами в такт тяжелым басам, закидываю голову назад и наконец-то выдыхаю всё напряжение этого дня. В какой-то момент чувствую, как чужие ладони бесцеремонно скользят по моей талии, спускаясь ниже. Я резко сбрасываю их прежде, чем они успевают лечь на ягодицы. Даже не оборачиваюсь — нет смысла тратить слова на очередного придурка, решившего, что полумрак дает ему право на всё. К счастью, он понимает намек и больше меня не тревожит.

Мы танцуем около десяти минут, после чего Мерик решительно хватает меня за руку и тянет сквозь плотную толпу. По её загоревшемуся взгляду я понимаю: она его увидела. Внутри снова шевелится волнение, и я невольно притормаживаю, стараясь хоть на пару секунд оттянуть этот момент знакомства.

Когда мы выбираемся из эпицентра танцпола, я замечаю, что помещение гораздо больше, чем казалось вначале. Основная масса людей сбилась в центре, а по краям остается много свободного пространства, заполненного сигаретным дымом и гулом голосов.

Мерик оживляется буквально на глазах, и я прослеживаю за её сияющим взглядом. Неподалеку, прислонившись к бетонной колонне, стоит парень. У него русые, коротко стриженные волосы и овальное лицо с едва заметными, но четкими скулами. Высокий, с крепким, подтянутым телосложением — он не выглядит как сошедший с обложки журнала красавчик, но в его облике есть какое-то необъяснимое, притягательное обаяние. Он кажется здесь своим, в отличие от нас.

— Привет.

Мерик подходит к нему, и он тут же заключает её в объятия, запечатлев короткий поцелуй на лбу. Учитывая, что подруга довольно высокая, Лиам оказывается всего на несколько дюймов выше неё.

— Я думал, ты приедешь позже, — произносит он негромко. Из-за грохочущих басов мне приходится буквально читать по губам, чтобы разобрать его слова.

— Да, планы внезапно поменялись, — Мерик косится на меня с легкой улыбкой.

В этот момент Лиам переводит взгляд на меня. Он слегка прищуривается, словно сканирует или анализирует каждый дюйм моего лица. Я не отвожу глаз, отвечая ему тем же — меньше всего на свете мне хочется выглядеть слабой под этим пренебрежительным прицелом. Мерик, почувствовав, как воздух между нами наэлектризовался, поспешно вмешивается:

— Это моя подруга — Ари. Ари, знакомься, это Лиам.

— Привет, — выдавливаю я.

Чувствую себя полной дурой, когда в ответ он лишь едва заметно кивает. Что ж, взаимно: я тоже не в восторге от нашей встречи.

— Мы же договаривались, что ты не приводишь сюда подруг, — бросает он, обращаясь к Мерик.

Не знаю, сказал ли он это специально громко, чтобы я услышала, или просто не счел нужным понизить голос. В любом случае, эффект достигнут. Мерик замечает мое шокированное выражение лица и тут же пытается взять ситуацию под контроль, виновато поглядывая то на меня, то на своего «обаятельного» парня.

Не успевает она ничего сказать, как взгляд одного и другого падает ко мне за спину, а после я чувствую тяжесть на плечах. Вдыхаю запах резкого одеколона, отчего недовольно морщусь.

Я медленно поворачиваю голову и буквально тону в притягательном взгляде темно-карих глаз. То ли в помещении слишком темно, то ли они сами по себе такие черные, что в них невозможно разглядеть зрачок. Словно загипнотизированная, я молча рассматриваю парня, опуская взгляд к его розовым, в меру полным губам. Его густые светло-русые волосы кажутся влажными; они небрежно зачесаны назад, но несколько волнистых прядей упрямо спадают на лоб, прикрывая глаза. На затылке они забавно кучерявятся, контрастируя с дерзкой ухмылкой, из-за которой на его правой щеке проступает неглубокая ямочка.