Полина Луговцова – Грязелечебница «Чаша Аждаи» (страница 50)

Явно забавляясь, Горан помахал пистолетом над головой Драгана и зашелся хриплым смехом.

Внезапно чей-то разъяренный вопль заставил его замолчать и обернуться. Свалив двух амбалов ударом лопаты, которую сжимал в руках, на Горана бросился Марко. Доля секунды, и парень успел бы обрушить лопату на голову Горана, но тот, несмотря на свое состояние, оказался проворнее. Молниеносно вскинув пистолет, он выстрелил в грудь нападавшего. Выронив лопату, Марко рухнул на землю и замер. Пространство взорвалось криками и женским визгом. Кто-то из жителей бросился на амбалов. Горан выстрелил снова, и народ отхлынул в сторону.

– Прочь! Все прочь! Пристрелю всех! – заорал Горан, размахивая пистолетом. Обернувшись к своей свите, он приказал им следовать за ним вместе с Тияной. Понимая, что сопротивляться бесполезно, Тияна все равно попыталась упереться ногами в землю, но ее подняли под руки и понесли. Наверное, кто-то пытался нападать на ее конвоиров сзади, потому что Горан оборачивался и стрелял; Тияна очень надеялась, что он не попал в Драгана.

За воротами кладбища стоял микроавтобус с эмблемой грязелечебницы на борту. Тияне показалось, что голубая дракониха с разинутой пастью выглядит слишком веселой, будто беззвучно смеется над ней, радуясь, что ее все-таки поймали.

Оказавшись в салоне автомобиля, стиснутая амбалами с обеих сторон, Тияна с тоской смотрела, как сельские пейзажи Мирана стремительно исчезают из виду и одновременно с этим тает ее последняя надежда на то, что случится какое-нибудь чудо, которое изменит ход событий.

Пару раз Горан пальнул из открытого окна машины, хотя было совершенно очевидно, что никто за ними не гонится – просто он, видимо, настолько вошел в раж, что сразу не мог угомониться. Глаза его горели безумным огнем и жаждой крови. Тияна с ужасом представляла себе, что ее ждет, когда они вернутся в грязелечебницу, сердце ее колотилось, как у загнанного в ловушку зверька. Горан всегда казался ей опасным, но сейчас он превратился в обезумевшее чудовище, утратив последние остатки человечности.

Дорога то круто забирала в гору, то ныряла вниз, и до поворота на грязелечебницу оставалось совсем немного. Неожиданно взвизгнули тормоза, и Тияну бросило вперед от резкого торможения. Автомобиль остановился в каких-то паре метров от поваленного дерева, преградившего им путь. Вероятно, оно рухнуло со скалы, нависавшей над дорогой. Горан громко выругался и отправил амбалов убирать препятствие. Тияна смотрела, как несколько крепких мужчин, кряхтя от натуги, пытаются оттащить дерево к обочине, но дело продвигалось медленно, и Горан бесновался, крича им, чтобы они пошевеливались. Наверное, как дикий зверь, способный за версту почуять охотников, он заподозрил, что дерево упало на дорогу неспроста.

– Эй, вы, двое! Идите, помогайте! – крикнул он приставленным к Тияне мужчинам и сам вышел вместе с ними. Те молча повиновались, и Тияна осталась в салоне машины одна.

Внезапно за боковыми окнами мелькнула фигура человека, двигавшегося быстро и бесшумно, а затем задние двустворчатые двери микроавтобуса распахнулись, и там появился Ник. Он был весь перепачкан грязью с головы до ног, одежда висела на нем лохмотьями, но серьезных ран Тияна не заметила. Жестом Ник дал ей понять, чтобы она выбиралась наружу. Уговаривать Тияну не пришлось. Пригнувшись, она пробралась между рядами сидений к задней двери и выпрыгнула прямо в объятия Ника. Он коротко чмокнул ее в щеку и, шепнув «Бежим!», бросился через дорогу к противоположной обочине, за которой начинался обрыв. Оказавшись на самом краю, Тияна инстинктивно вскрикнула, испугавшись высоты, и в этот момент грянул выстрел.

– А ну, стоять! – взревел позади голос Горана, сливаясь с воем полицейской сирены, донесшейся издалека.

В следующий момент Тияна, получившая от Ника крепкий толчок в спину, сорвалась с обрыва и заскользила вниз, быстро набирая скорость. Что удивительно, она не боялась разбиться, ее охватила радость от того, что чудо все-таки произошло, и даже не одно, а целых два: во-первых, ей все-таки удалось сбежать от Горана, а во-вторых, Ник вернулся живым после схватки с преследователями, с которыми остался в лесу.

Правда, ничего еще не закончилось.

– Спецна-аз! Ты тру-уп! – Хриплое рычание Горана, доносившееся сзади вместе с тяжелым топотом и хрустом камней, подгоняло Тияну, она мчалась так, что казалось, еще немного, и ее ноги перестанут касаться земли. Но вместо этого она упала, споткнувшись, и растянулась во весь рост, сдирая кожу на локтях и коленях, в который уже раз за этот день.

Перед глазами промелькнули ноги Горана, – тот почему-то промчался мимо, а потом завалился на бок и рухнул в паре метров от нее, заходясь страшными хрипами. Пистолет в его руке выстрелил в воздух, а затем вывалился из разжавшихся пальцев. Могучее тело Горана сотряслось несколько раз в сильных судорогах и замерло.

Неужели это все?

Приподнявшись на руках, Тияна с любопытством и недоверием присматривалась к поверженному человеку-«глыбе» и не находила признаков жизни: грудь не вздымалась от дыхания, веки на открытых глазах не смыкались, а взгляд застыл, устремившись в небо.

– Отличное попадание! – довольно произнес появившийся рядом Ник. – Надо же, а я всегда считал, что зря потратил свои юные годы на занятия спортом по метанию. Хоть и не стал олимпийским чемпионом, но вот, все же тренировки не прошли даром.

– Какие тренировки? – До Тияны не сразу дошло, к чему Ник вспомнил о своем спортивном прошлом.

– По метанию спортивных снарядов. И это помогло мне попасть в бегущего Горана увесистым булыжником.

– А-а, так это ты его… Я даже не поняла, почему он упал. И тех, кто гнался за нами в лесу, ты тоже таким способом обезвредил?

– К сожалению, их было слишком много. Я поиграл с ними в догонялки и в прятки, увел в другую сторону, а потом сбежал.

– Точно, спецназ! – улыбнулась Тияна, не в силах скрыть восхищения.

– Ты как? Идти сможешь? – Ник протянул Тияне руку, помогая подняться. Она обернулась, устремив тревожный взгляд на дорогу над обрывом, оттуда доносилось завывание полицейской сирены. Судя по равномерному звучанию, автомобиль полиции уже подъехал и остановился рядом со служебным микроавтобусом грязелечебницы. Тияна разочарованно вздохнула: полиция близко, но до нее не добраться, такой крутой подъем она точно не осилит. Может быть, полицейские спустятся сюда, если покричать им? Хотелось бы рассказать им о трупах, спрятанных в холодильных шкафах на продуктовом складе грязелечебницы, и передать папку с материалами детективного расследования Дульского, но… ведь главный злодей уже мертв, а проблему с драконом, заточенным в подземелье, полиция точно не решит.

«Считаешь, полиция поможет?»

Вспомнив слова отца Сергия, Тияна поняла, куда должна направиться прямо сейчас. Она сообщила Нику о своих планах посетить церковь вместо полиции, чем немало его удивила.

– По дороге объясню, – пообещала она.

– Что ж, будет очень интересно послушать! – Ник ловко подхватил Тияну под руку.

– Священник, который служит в местной церкви – мой дед, он был женат на Йоване, и ему кое-что известно о темных делах, которые творятся в грязелечебнице со дня ее основания, – начала Тияна, когда они двинулись в путь.

– Вот это поворот! – Ник удивленно хмыкнул. – А что же твой дед, зная о темных делах, молчал все эти годы? Почему не заявил в полицию?

– Потому что полиция здесь бессильна.

– Да ну?! – Ник недоверчиво покосился на нее.

– Послушай, я сейчас буду нести абсолютно сказочные вещи, поэтому предупреждаю заранее, что все это правда.

– Ого! Многообещающее вступление! – Ник сверкнул белозубой улыбкой.

– Но в моей сказке нет ничего смешного, – осадила его Тияна.

Она начала издалека – с того момента, как пришла в офис детективного агентства Дульского в Москве. Внезапно к горлу подступили слезы, и Тияна разразилась бурной тирадой, спеша выложить Нику все, что собиралась рассказать в полиции.

Сразу стало легче, и она наконец решилась поведать и о драконе, время от времени сотрясавшем стены главного корпуса, и о странных сновидениях, в которых путешествовала сквозь пространство и время в компании Йованы, а также о том, что впоследствии у нее появились основания считать эти сны реальностью. Единственное, о чем Тияна предпочла умолчать – это смерть Глеба, принесенного в жертву дракону. У нее язык не повернулся признаться, что она, пусть и невольно, но стала участницей этого ритуала. Для таких признаний требовалось собраться с духом, а сейчас она была не в лучшей форме.

В заключение Тияна добавила, что теперь на ней лежит ответственность за землю, на которой расположены грязелечебница и поселок Миран.

– И я ума не приложу, что мне с этим делать! – закончила она.

– И правда, совсем не смешная сказка! – задумчиво произнес Ник, когда Тияна замолчала.

– Ты мне не веришь? Понимаю, в это трудно поверить. – Она потупилась, уставившись себе под ноги и чувствуя, как в душе разливается горечь из смеси обиды и сожаления. Не стоило выворачивать душу наизнанку перед Ником. Вот Драган сразу бы поверил.

– В твоей сказке кое-чего не хватает, – заявил Ник, игнорируя вопрос о том, поверил ли он.

– И чего же?

– В ней нет конца.

– Боюсь, что конец скоро появится и будет ужасен.