Полина Луговцова – Грязелечебница «Чаша Аждаи» (страница 49)

Приземление оказалось жестким и болезненным. Проехавшись по гладкой и блестящей могильной плите, Тияна ударилась головой о надгробие и, схватившись за него руками, замерла. Людской гомон позади быстро нарастал.

– Господи, за что мне это все, – беззвучно произнесла Тияна, чувствуя на губах соленый вкус крови.

Не шевелясь, она открыла глаза. На глянцевой поверхности мраморного памятника, залитого ярким солнечным светом, отражалось ее испуганное лицо. А еще там были видны очертания толпы людей, собравшихся позади нее. Догнали. Стоят, шепчутся.

– Убилась! Гляньте-ка… ведьма сама… сама убилась! – Слова говоривших прерывались тяжелой одышкой.

Люди встревоженно загудели, обсуждая это событие. Кто-то предложил выкопать могилу. Кто-то добавил, что место здесь как раз подходящее. Дрожащий женский голос прошептал с жарким придыханием:

– Надо же, совпадение-то какое!

– Не совпадение, а судьба, – возразили ей. – Иначе и быть не может.

Не понимая, при чем здесь судьба, Тияна более пристально взглянула на памятник перед собой и обомлела, прочитав имя умершей, выбитое в камне золотыми буквами.

Там было написано: «Тияна Лютич».

Глава 20

– Господь простил всех нас, грешных, и вы не держите зла, не мстите и не гневайтесь…

Едва зазвучал этот певучий мягкий голос, толпа мгновенно присмирела и затихла. Люди расступились, пропуская священника, приближавшегося к могиле и к распростертой на могильной плите Тияне. Мерно плывущая фигура, облаченная в конусообразную рясу, отразилась на поверхности надгробия.

Тияна продолжала в ужасе таращиться на буквы, недоумевая, кто и зачем установил здесь памятник с ее именем. И кто же, в таком случае, лежит в могиле?!

– Как ты себя чувствуешь, дитя мое? – Священник склонился над ней, заглядывая в лицо. Это был отец Сергий, который отпевал Йовану. Тияна ощутила душевный трепет от мысли, что он приходился Драгану отчимом, а ей – дедушкой. Увидев его, она чуть не разрыдалась от счастья, осознав, что ничего плохого с ней больше не случится, по крайней мере, сейчас, пока рядом с ней находится этот человек. Жители поселка не посмеют осуществить свои угрозы у него на глазах.

Отец Сергий говорил что-то еще, кажется, предлагал вызвать врача. Вместо ответа Тияна спросила:

– Почему здесь моя могила?

– Она не твоя, дитя мое. – Священник вздохнул, покачивая головой и невольно щекоча плечо Тияны кончиком седой бороды. – Взгляни на дату смерти. Усопшая, что покоится в этой могиле, отошла в мир иной задолго до того, как ты появилась на свет.

Посмотрев на цифры и убедившись, что отец Сергий прав, Тияна спросила:

– И кто же лежит в этой могиле?

– Моя дочь, – ответил священник так тихо, словно произнести эти слова стоило ему немалых усилий.

Пожалуй, сейчас Тияна была потрясена даже больше, чем в тот момент, когда прочитала имя покойницы на этом памятнике.

– Вашу дочь тоже звали Тияной? – зачем-то спросила она, хотя это было и так очевидно.

– Йована настояла на том, чтобы твой отец назвал тебя в честь своей умершей в младенчестве сестрицы. Они были близнецами.

– Но я никогда не слышала от отца о том, что у него была сестра, – произнесла Тияна, вспоминая недосказанную Петрой фразу, относившуюся к траурному платью Йованы: «Она хоронила в нем свою…»

Тияна так и не добилась тогда правды от горничной: та солгала, что платье было новым, и Тияне все послышалось. Теперь ясно, о ком шла речь.

– И что случилось с вашей дочкой?

– Это долгий разговор, а мне пора отпевать усопшую.

Тияна не сразу поняла, что отец Сергий говорит о Зоране. Потрясенная открывшимися фактами, она совершенно забыла о том, что оказалась на похоронах и спасалась бегством от похоронной процессии.

Отец Сергий вновь предложил вызвать врача.

– Лучше полицию, – ответила Тияна.

– Кто-то в опасности?

– Пациенты грязелечебницы. Медперсонал – это преступная банда.

Священник помрачнел и нахмурился, взгляд его стал тяжелым и задумчивым, словно обратился в прошлое. Помолчав немного, он неуверенно спросил:

– Считаешь, полиция поможет?

Тияна растерялась, догадываясь, что отцу Сергию известно многое.

– А кто поможет? – сорвалось с языка единственное, что пришло ей в голову.

– Тут надо крепко подумать, как поступить, чтобы большой беды не вышло. – Протянув руку, отец Сергий коснулся металлической цепочки на шее Тияны. – Ты пробовала это снять?

Тияна медленно кивнула, чувствуя растущую уверенность в том, что судьба не зря свела ее с этим человеком.

– Доктор в поселковой больнице пытался перекусить цепочку кусачками, и… – начала рассказывать она, но отец Сергий перебил ее:

– Поговорим обо всем позже. Пожалуй, я все же вызову врача. Это единственный человек, которому я полностью доверяю и знаю, что он поступит так, как я скажу, даже если будет со мной не согласен.

«Драган!» – догадалась Тияна.

Священник выудил из недр рясы телефон, его пальцы скользнули по экрану, выбирая номер в списке контактов. Когда из динамика послышался голос Драгана, взгляд отца Сергия потеплел. Поговорив с сыном пару минут и поручив ему заботу о Тияне, он откланялся и направился к скорбящим, которые все это время с молчаливым любопытством наблюдали за ним и Тияной. Ни одного призыва что-нибудь сделать с «проклятой ведьмой» больше не прозвучало. Люди смиренно последовали за священником, потеряв к ней всякий интерес.

Тияна поднялась с могильной плиты и присела на каменную скамью, спрятавшуюся от полуденного солнца под раскидистой елью. Несмотря на все пережитые за день ужасы, она удивилась охватившему ее волнению перед встречей с Драганом: в последний раз они расстались не лучшим образом. Ей все еще было обидно от того, что Драган счел ее способной на убийство. Это ранило Тияну куда сильнее, чем безосновательные обвинения в ведьмовстве, которыми осыпали ее жители Мирана. Говорят, что больно ранить могут только близкие люди. Тияна считала, что у нее нет близких людей и с удивлением прислушивалась к щемящему чувству обиды в душе без малейшей примеси злости – только горькое сожаление, разбавленное слабой надеждой на то, что однажды Драган все поймет. Почему ей так важно, чтобы он понял свою ошибку? Почему ей хочется, чтобы он вновь посмотрел на нее таким же взглядом, какой был у него, когда он принес ей бурек? И как забыть его глаза, полные ненависти и презрения, когда он обвинил ее в краже таблеток? «Боже мой, хоть бы он никогда не приезжал! Господи, пусть же он приедет поскорее!» – Голову Тияны распирало от противоречивых мыслей, но с появлением Драгана все они мгновенно улетучились: возникла более серьезная причина для тревоги.

Драган приехал быстро, но не один.

Слишком поздно Тияна заметила опасность. Разомлев на солнце, она беспечно прикрыла глаза, а открыв, вскрикнула от ужаса. Дюжина амбалов в униформе с логотипом грязелечебницы были уже совсем близко. Они бросились на нее стаей белых коршунов, окружая и отрезая пути к отступлению. Двое схватили ее, заломив ей руки за спину.

А потом появился Горан.

Его лицо представляло собой один сплошной кровоподтек, но это не помешало ему скривить губы в злобной ухмылке. Зубов во рту не хватало, кровь ручейками стекала по подбородку и капала на грудь, добавляя новые штрихи к затейливому кровавому узору, украшавшему его рубашку. Он нетвердо стоял на ногах, пошатываясь, как зомби из дешевого ужастика вроде тех, где экономят на спецэффектах, но не жалеют актерского грима.

– Что вы делаете?! Отпустите ее! – послышался из-за спин амбалов встревоженный голос Драгана.

– Спасибо, что проводил, земляк! А теперь проваливай, твоя помощь больше не требуется! – зарычал Горан, слегка повернув голову в его сторону и морщась от боли.

– Что вам от нее надо? Вы делаете ей больно! – Драган все-таки пробился сквозь окружение и, оказавшись перед Тияной, попытался оттолкнуть амбалов, но тотчас получил от одного из них удар ногой в живот и, согнувшись пополам, упал на колени.

Ловким движением руки, слишком ловким для человека, похожего на живого мертвеца, Горан выхватил пистолет, приставил к затылку Драгана и просипел:

– Не дергайся, земляк! Клянусь, я не хочу тебя убивать, но, если придется, сделаю это быстро и без повторного предупреждения! – А ты… – Он поднял взгляд на Тияну. – Ты понимаешь, что, сбежав, обрекла на смерть многих людей?! Не думал, что ты окажешься такой эгоисткой! Ведь я возлагал на тебя большие надежды! Оберегал от всех опасностей!

– Сумасшедший убийца! – произнесла Тияна дрогнувшим голосом. Она смотрела на Горана, но краем глаза видела, как к ним приближаются собравшиеся на похороны Зораны жители, привлеченные криками.

«Ох, пожалуйста, ну, пожалуйста, пусть кто-нибудь из них догадается вызвать полицию!» – мысленно молила Тияна, опасаясь, что Горан начнет палить без разбора с целью отогнать людей подальше. Стараясь отвлечь его и выиграть немного времени (вдруг полицию уже вызвали, и она едет сюда?), Тияна бросила в лицо Горану обвинение:

– Признайся, ведь это ты отравил Зорану на поминальном обеде, подмешав в еду таблетки, которые украл в больнице?

Горан вскинул брови и осклабился, словно услышал что-то забавное:

– Неужели тебя это расстроило? На твоем месте я был бы рад! Чокнутая Зорана однажды добралась бы до тебя! Я исполнял свой долг перед Йованой, ведь я поклялся ей, что ни один волос не упадет с твоей головы. Правда, пришлось повозиться с этими таблетками, и я не был уверен, что все получится. Предпочитаю более надежный и быстрый способ! Но, как я вижу, таблетки отлично сработали, и безумную старуху скоро закопают!