Полина Луговцова – Грязелечебница «Чаша Аждаи» (страница 48)
– Ничего, главное, что успел, – Тияна благодарно улыбнулась ему. Они поднимались в гору по бетонной дорожке, и она крепко держалась за его руку, чувствуя, как с каждым шагом сбивается дыхание и усиливается головокружение. Это и понятно: невыспавшаяся, голодная, еще и побитая. Но, судя по ощущениям, серьезных травм ей удалось избежать.
Заметив ее состояние, Ник ловко подхватил ее на руки прежде, чем она успела осознать, что происходит, и возразить. Возражать пришлось уже на ходу, на что Ник невозмутимо ответил:
– Вот подъем закончится, и с горы сама пойдешь, там полегче будет. А то, чего доброго, грохнешься сейчас в обморок, и тогда мне придется тащить тебя до самого поселка!
Он лукаво улыбнулся, а затем нахмурился, уставившись на ее щеку:
– Ну и синячище! Болит?
– Ничего, до свадьбы заживет. – Тияна вздохнула, расслабляясь. Несколько минут передышки ей точно не помешают. Крепкие руки Ника, уверенно удерживавшие ее, дарили ей ощущение безопасности, сравнимое с тем, какое она испытывала в детстве, сидя на руках у отца. Вдруг внутри неприятно царапнуло от воспоминания о том, как Ник прогуливался в обнимку с Лизи, и настроение сразу испортилось. Правда, ведь тогда Ник был под воздействием минералки с препаратами, поэтому и забыл, что Лизи – девушка его брата, но все же… ведь, раз он обратил на нее внимание, значит, она вызвала у него интерес. Эта едкая мысль застряла в голове Тияны несмотря на все ее усилия не думать об этом.
Еще и Ник, будто нарочно, заговорил о Лизи:
– Я узнал, что девушку Глеба готовят к заключительной процедуре, пытался найти ее и не смог. Скорее всего, ее по полной накачали наркотой и спрятали, как и Глеба. Но мне удалось выяснить, что процедура назначена на предстоящую ночь. Надеюсь, что полиция найдет Лизи раньше.
– Конечно, так и будет, – ответила Тияна, думая о том, что никакой заключительной процедуры не состоится, ведь талисман, служивший ключом от драконьего логова, висел у нее на шее, а без него никто не сможет туда войти. Но даже если и сможет, вряд ли Аждая подчинится этому смельчаку – скорее всего, он станет ее очередной жертвой. Возник соблазн рассказать Нику о драконе, и она уже вдохнула поглубже, чтобы начать, но в этот момент позади, довольно далеко от них, но вполне отчетливо, хрустнула ветка.
Ник тотчас поставил Тияну на ноги и, заметно напрягшись, прислушался. Со стороны грязелечебницы, приглушенные шумом сосновых ветвей, качавшихся над их головами, доносились звуки торопливых и быстро приближавшихся шагов.
– Это погоня! – упавшим голосом прошептала Тияна.
– Тс-с-с… – Ник присел на корточки и потянул ее за собой, заставляя пригнуться. – Давай-ка, беги в Миран, а я их задержу.
– Бежим вместе!
– Нет, делай, как я говорю!
– Тогда я останусь.
– Чтобы мешаться у меня под ногами? – Он повернул к ней сердитое лицо. – Ты должна добраться до полиции, иначе в грязелечебнице все останется как было, а о нас с тобой никто даже не вспомнит!
Тияна понимала, что он прав, но не могла позволить ему в одиночку вступить в схватку с толпой служащих, в числе которых могли оказаться довольно крепкие медбратья вроде тех, от которых она однажды пряталась в купальне.
– Беги, детка! – Он мягко подтолкнул ее. – Ты теряешь драгоценное время.
– Мы можем где-нибудь спрятаться и отсидеться, – неуверенно предложила Тияна, внутренне уступая его натиску.
– Без шансов. Они прочешут лес и засекут нас. А мне бы хотелось спасти Лизи.
«Ах, Лизи! Ну конечно! И с чего я взяла, что он рискует ради меня? Потому что я эгоистка, и думаю только о себе», – мысленно раскритиковав себя, Тияна сказала: – Хорошо. Обещаю, что доберусь до полиции!
Вдали, между сосновых стволов, замелькали светло-бежевые костюмы работников грязелечебницы. Еще пара минут, и эти люди окажутся здесь. Их много, но Тияне казалось, что Ник владеет каким-то боевым искусством: она была впечатлена тем, как ловко он расправился с Гораном, а значит, можно надеяться на то, что погоня будет задержана надолго. Вероятно, Нику даже удастся справиться с ними со всеми. Хотя… такое, разве что, в кино бывает.
Размышляя об этом, Тияна уже проворно спускалась вниз по склону примерно тем же путем, каким в прошлый раз катилась кубарем. Через некоторое время она заметила вдалеке черепичные крыши Мирана. Под ярким полуденным солнцем их цвет напоминал цвет запекшейся крови. Поселок казался вымершим, как и в тот день, когда Тияна смотрела на него из окна катафалка, катившего по пустынным улицам в направлении кладбища. Но тогда это объяснялось тем, что все жители отправились на похороны Йованы. Что же случилось сегодня?
Спустившись к дороге, ведущей к поселку, Тияна заковыляла по обочине, посыпанной крупным гравием. Иногда она останавливалась и оглядывалась, окидывая тревожным взглядом горный склон в ожидании погони, но извилистая тропинка была пуста, а заросли кустарника, обступавшие ее с обеих сторон, стояли недвижно: ни треска, ни шороха оттуда не доносилось. Вот только Тияну это не успокаивало, она понимала, что преследователи могли появиться в любой момент, и здесь, на открытом пространстве, спрятаться ей было совершенно негде. Продолжая шагать по обочине шоссе, Тияна мечтала, чтобы появилась какая-нибудь попутная машина и подвезла ее прямо до полицейского участка. Она ведь даже не знала, где находится этот участок, а блуждать в поисках можно было очень долго, учитывая отсутствие прохожих, которые могли бы подсказать дорогу. Куда же подевались все люди?
Как назло, нещадно заныло ушибленное колено, а машины не спешили появляться в поле зрения, хотя Тияна то и дело посматривала на дорожный серпантин, петляющий по горам позади нее. В какой-то момент она заметила движение, но на автомобиль это не было похоже – скорее, на группу быстро движущихся по дороге людей, которые вполне могли быть служащими грязелечебницы. Опасаясь, что они ее заметят, Тияна решила спуститься к ручью. Скудная растительность, росшая вдоль берега, не могла послужить прикрытием, но риск попасться преследователям на глаза был существенно меньше.
С каждым шагом мелкие камешки, сплошь устилавшие берег ручья, казались Тияне все более острыми и словно норовили проткнуть размякшие от жары подошвы кроссовок. Она начала спотыкаться, подвернула ногу, упала, ударившись о камни больным коленом, и скатилась в ручей. Джинсы насквозь промокли, но эта неприятность принесла свою пользу: Тияна разозлилась, и сил как будто прибавилось. Зачерпнув пригоршню холодной прозрачной воды, она сделала несколько глотков и дальше уже зашагала бодрее. Через некоторое время ей почудилось, что издалека доносится нечто похожее на заунывное хоровое пение или… неужели это погребальный плач?
Шум ручья заглушал слабые далекие звуки, но постепенно они становились все отчетливее, и в какой-то момент Тияна убедилась, что не ошиблась. А вскоре ущелье расступилось. Перед нею простиралась долина, скалящаяся надгробиями.
Кладбище!
Тияна догадалась, что вышла к церковному кладбищу с обратной стороны. Осмотревшись, она заметила вдали очертания церкви и сверкающий крест, венчавший купол. Ее взгляд спустился к земле и остановился на медленно ползущей между надгробиями черной гусенице, в которой угадывалась похоронная процессия.
При виде людей Тияна испытала невероятное облегчение. Возникла мысль примкнуть к траурному шествию в надежде на то, что преследователям не удастся заметить ее в толпе, а если это все же случится, они не станут набрасываться на нее при таком количестве свидетелей и уйдут ни с чем. И, может быть, кто-нибудь из жителей проводит ее после похорон к полицейскому участку. Тияна заковыляла навстречу веренице угрюмых людей, а когда приблизилась настолько, что от погребального плача зазвенело в ушах, поняла, что допустила роковую ошибку: недобрые взгляды сошлись на ней в одночасье, и кто-то визгливо выкрикнул:
– Гляньте-ка! Поганая ведьма сама явилась!
Его тут же поддержали:
– Хватайте губительницу Зораны!
– Пусть ответит за свои колдовские проделки!
– Что бабка, что внучка, одного поля ягоды!
– Одну ведьму схоронили, и вторую надо туда же отправить!
– Живьем закопать!
– Боярышниковым колом пригвоздить!
Черная галдящая масса ринулась на Тияну стаей злобных ворон. Даже те, кто нес гроб с покойницей (а ею, судя по большому фото в траурной рамке, прикрепленному к торцу гроба, оказалась Зорана), остановились и начали озираться, словно подыскивали место, куда бы пристроить свою ношу, чтобы присоединиться к остальным и тоже принять участие в акте возмездия. Одним из них был Марко, глаза его полыхали лютой ненавистью.
Тияне хотелось кричать от досады. Ну что за люди?! Что она им сделала?! Даже если Йована чем-то им не угодила, она-то тут при чем?!
Но попытка ввязаться в перебранку могла стоить ей жизни, и Тияна бросилась бежать. Свернув с широкой кладбищенской аллеи, она помчалась дальше, лавируя среди надгробий и надеясь, что участникам похорон вскоре надоест следовать за ней таким сложным маршрутом и они от нее отстанут. Однако люди продолжали бежать, хотя и догнать ее не могли, расстояние между ними и Тияной не сокращалось, а потом стало понемногу увеличиваться. Тияна даже подумала, что можно будет где-нибудь залечь и перевести дух, но в этот момент ее подвело ушибленное колено: в нем что-то хрустнуло, ногу прострелило болью, и Тияна, потеряв равновесие, полетела вперед, раскинув руки в стороны.