Полина Корн – (Не)измена Повелителя дроу. Попробуй меня вернуть! (страница 3)

В мистических фиолетовых озерах мелькнуло непонятное чувство. Но оно быстро исчезло.

— Я так понимаю, ты отказываешься от золота? Что ж. Прощай, Дэйдрэ.

— Подождите… — слабо пробормотала я.

Мэйлиэн триумфально развернулась.

— Так и знала! Все же решила забрать свое? — фыркнула свекровь, которой на вид едва ли можно было дать больше тридцати лет. Дроу медленно старели и списывали это на отсутствие в пещерах солнечного света. Ну и на милость самой Ллос, конечно же.

— Где Аркелан? Хочу попрощаться с ним в лицо.

— По-моему, Тирса увела его в Алые комнаты. Знаю, ты отказывалась ходить туда.

Алые комнаты… Обитые мягким бархатом, с ложем, где побывало уже множество пар, и массой приспособлений для жесткого секса и прочих… развлечений. Все верно. Я отказывалась ходить туда. Потому что муж прекрасно умел раскрыть мою чувственность и без Алой комнаты. А некоторые практики мы успешно применяли и так, без опасности подхватить что-нибудь заразное. Он предлагал мне посетить их в самом начале нашего брака, но я отказалась. Значит, нашел с кем сходить теперь? Дыра в моей груди разрасталась все стремительнее и сильнее. Значит, никакого прощания не будет.

— Понятно. Это все, что я хотела спросить.

Мать Повелителя смерила меня долгим пронзительным взглядом. Потом развернулась и вышла из покоев, некогда бывших для меня такими родными.

Я всхлипнула и осела на пол. По телу прошлась нервная дрожь, рыдания застряли в горле. Пальцы скрючились, желая схватить длинный ворс ковра, но не находили его. В голове продолжали звучать настойчивым эхом гулкие слова Мэйлиэн.

Особенно тем женам, которые не могут родить.

Наверное, я и правда бракованная. Лучше уйти мирно и забыть последние семь лет как страшный сон.

Глава 2. Путь на Поверхность

Дэйдрэ

Отревевшись и взяв себя в руки, я сцепила зубы, надела теплую короткую курточку, а сверху еще плащ с прорезями, погрузила на плечи пока не сильно тяжелый рюкзак и отправилась в свой любимый подземный сад. Конечно, папенька заботливо оставил мне дорогой камень, но никогда не будет лишним подстраховаться и иметь с собой и другие активы, а аметист приберечь на совсем уж плохие времена.

Редкие травы дроу пользуются спросом, к тому же я смогу сварить из них отвары от простуды или от расстройства живота, сделать стимулирующие и, наоборот, расслабляющие настойки, или изготовить универсальные противоядия, столь полезные в горах, ведь здесь полно змей.

Я решила сместить фокус внимания на текущие потребности, чтоб заглушить душевную боль, раздирающую сердце. Кажется, даже ребра побаливали от рыданий, да и горло саднило. Осторожно, избегая плохих подземных мест и гнездовья миконидов, грибоподобных жителей лабиринтов дроу, я пробралась в нужное место.

Когда-то я выбрала его не просто так. Здесь идеально соблюдался баланс влажности, света и тепла, благодаря небольшой щели, через которую на мои импровизированные грядки лился лунный и солнечный свет. Сейчас на Поверхности был вечер, так что я, привычная к темноте, упала на колени рядом со своими кустиками и устало вздохнула, вспоминая, сколько труда вложила в эти ростки. У меня не было Дара, с помощью которого умелые мужчины-дроу занимаются посевами и могут их легко вырастить почти в любых условиях. Я была женщиной, а значит — лишь носительницей магии, а не той, кто может ею управлять. И мои грядки воспринимались по этой причине другими дроу как блажь, непонятная прихоть жены Повелителя.

Зачем выращивать что-то трудоемко, если можно отдать Травнику, и он за две минуты даст тебе готовый к дальнейшему использованию росток? Но я верила, что магически выращенные травы не обладают ярким эффектом. Конечно, отвары из них выполняли свою функцию, но мои, сваренные из выращенных под живым светом, действовали эффективнее.

Вздохнув, осмотрела запасы склянок разных размеров из тонкого стекла. Я не смогу забрать все, лишь малую часть. Очень жаль. Зато могу забрать моток бечевки и сургучную печать с моей подписью травницы — зеленой ящеркой. Замотав склянку и плотно закрыв ее пробковой заглушкой, я вешала на нее инструкцию, название и прилагала печать. Знак того, что именно это зелье было сварено лично мной.

Я даже не знала, пользовались ли они спросом. Раз в неделю в пещеру приходил угрюмый эльф и молча забирал все мои мази и отвары на продажу. Но я была не против, ведь для меня это было всего лишь хобби — способом убить время в пещерах дроу.

Бережно обрезая те травы, которые могли мне пригодиться, я вспомнила о мешочке семян, хранящемся за кадками. Иногда урожай выходил добрый, и получилось сохранить приличное количество семян для дальнейшего использования. Только вот площадь пещеры была ограничена, а другого подходящего места я не нашла, так что пришлось мне ограничивать свое садоводческое рвение и собрать излишки в мешок. Проложив бумагой Лаванду Подземную и Гамамель Стыдливый, я нащупала мешок и присвистнула, когда вытащила его.

Оказывается, здесь гораздо больше семян, чем я предполагала. Я просто скидывала за грядки, в мешочек, но никогда не проверяла, сколько их там накопилось. Придется, конечно, потрудиться и рассортировать потом, но это мелочи, ведь семена так не похожи друг на друга. Те растения, которые размножаются отростками, забрать с собой не выйдет. А жаль, здесь выращивались поистине редкие экземпляры.

Но что поделать? Может быть, новая женщина Повелителя захочет поковыряться в земле?

Даже смешно стало от этой мысли. Ни одна высокородная эльфа не опустится до такого. А значит, корешки останутся здесь навсегда, и никто не придет полить бедные растения. Но… такова жизнь, верно? Старое умирает, а новое рождается взамен него. Видимо, мой брак тоже давно был обречен на медленное затухание. Жаль, я не смогла вовремя распознать симптомы болезни и хотя бы попробовать излечить их. Аркелан всегда вел себя безукоризненно, по крайней мере, по его словам, все устраивало.

В случае с растениями все было легко: завелся жучок какой, есть на него отрава, или рядом посадить травку, которую тот не ест и запах ее не терпит. Я тихо рассмеялась, застегивая рюкзак.

Похоже, тем жучком оказалась я. А инсектицидом — любовница мужа. Такого я бы никогда не простила. И Аркелан это знал.

Закончив сборы, я развернулась, принюхиваясь. Малейшее дуновение ветра подсказывало, где выход на Поверхность. Тонкая расщелина, через которую может пролезть разве что маленькая человечка или эльфийский ребенок. Но малышам строго запрещалось ходить в эти места, дети у эльфов вообще очень ценились, особенно девочки, носительницы Дара. Поэтому по пути к выходу я не встретила никого, даже охраны на дальнем рубеже Подземья.

2.1

Здесь нужно отметить, что до расщелины оставалось еще прилично. Воздух все еще казался спертым, ноги шагали автоматически, избегая опасных участков, осторожно переходя по тонким природным мостам из дранита, достаточно прочным, чтоб выдержать армию дроу. Но сегодня им суждено было встретить только человечку в теплых сапожках с тяжелым рюкзаком за плечами.

Спустя три часа, когда вокруг сгустилась недружелюбная подземная тьма и мои глаза совсем перестали различать хоть что-либо, пришлось идти, одной рукой держась за стену пещеры. То вдалеке, то вблизи слышались подозрительные звуки. Сотни тонких лапок ползали по своду пещеры — приспешники Ллос, пауки. Но я знала, они меня не тронут. Пусть я и не стала жрицей, и суровая богиня не приняла меня, однако я официально была женой Повелителя, ее любимчика. Никогда темная богиня не посягала на мою безопасность.

Вот и сейчас, спинки пауков, светящиеся фиолетовым флуоресцентным светом, разошлись, уступая мне дорогу, нет, даже более того, — указывая верный путь в кромешной тьме.

Я поежилась. Не от отвращения. От холода. Подземные создания почему-то никогда меня не пугали, наоборот, даже когда землю в своем саду обрабатывала, старалась осторожно делать это, не задевая случайно всяких букашек, в том числе и пауков. У нас с ними скорее установился сдержанный нейтралитет: они не трогали меня, а я — их. Порой они помогали мне оградить травы от тли и прочих безобразных тварей, готовых за милую душу сожрать ценные культуры.

Вот так, следуя по пути пауков, я почуяла свежий воздух. Он был совсем не таким, как под землей. В нем смешался запах прелой земли, талого снега и ранних весенних цветов. Это напомнило мне о временах, когда я еще не была замужем и бегала по Поверхности в счастливом неведении о пещерах дроу.

Единственной радостью новой жизни был мой муж, Аркелан. Но теперь и ее не стало. Я не питала иллюзий на свой счет: мне было больно, и я понимала, что не смогу забыть его за один день. Этот мужчина покорил мое сердце, он казался заботливым и нежным, я его по-настоящему любила. Такое непросто взять и вычеркнуть. Однако, может быть, со временем, если я буду занимать себя работой и поменьше отвлекаться на собственные мысли, я смогу… сохранить о нем только светлые воспоминания. Без той жуткой постельной сцены.

Наконец, я различила в кромешной тьме выход на Поверхность. Там уже тоже было темно, но звездный и лунный свет сейчас казались мне почти полноценными масляными лампами. Я отвыкла от яркого освещения, чувствительные глаза дроу не принимали его, лишь некоторые из них хорошо ощущали себя на Поверхности. Мой муж был одним из тех эльфов.