Полина Граф – Доминум (страница 49)
Прошло еще немного времени, прежде чем Коулу удалось наладить общение. Тогда из энергласса вырвался все еще обрывистый, но определенно встревоженный голос Паскаля:
– …сейчас же!
– Что? – спросил Коул. – Повтори!
– Убирайтесь оттуда!
– Но глобула заточена.
– …Не единственная!.. Движение… над Луной!..
Меня сковал лед. Я обернулся как раз вовремя, чтобы успеть разглядеть толстые черные нити, готовившиеся в меня вонзиться. Они бесшумно спустились с потолка – с того самого небольшого темного пятачка, что расположился прямо над светом, порождаемым Центрумом. Я в потрясении уставился на то, как черная масса много больше предыдущей глобулы пришла в движение.
Но шок остановил только меня. Антарес же быстро оценил обстановку. Правда, силы применять он не мог, а от нитей было не увернуться, они подобрались слишком близко.
Я не успел уследить за его действиями. Кто-то что-то крикнул, Ханна обернулась. В тот же самый миг Антарес схватил ее и бросил на черные отростки, стрелами метнувшиеся в меня. Я не смог помешать ему и сразу после упал рядом.
Щупальца пронзили протекторшу. Она даже не закричала, но распахнула глаза от боли. Нити не были подобны лезвию, они проходили сквозь ее тело как призрачная масса и разъедали все, чего касались. Ханна поперхнулась. По ее губам побежала кровь. Я оглянулся и увидел, с каким ужасом смотрят на меня остальные.
Кто-то с быстротой молнии вскочил на насыпь и перерубил щупальца кинжалом. Они развеялись, а Ханна бесчувственно упала на руки подоспевшему Скорпиону. Паскаль походил на дикое животное. Он крепко сжимал один из своих кинжалов и изо всех сил сопротивлялся желанию вонзить его мне в глотку. Лицо перекосило от разъяренного оскала, глаза метали молнии.
– Ты… – с чистой ненавистью прорычал Скорпион. – Что ты наделал?!
Мне хотелось отползти, настолько страшной была источаемая его душой ярость.
– Я… это не я…
Сверху донесся визг. Все вскинули головы к пробуждающейся глобуле. Зал задрожал, с потолка посыпалась пыль. Тварь медленно выползала из ниши. В потолке находилась дыра, пропускавшая Свет Центрума к застекленному потолку, но глобула заняла это место, жадно поглощая каждую частицу энергии. Гигантская, пузырящаяся черная туша. Из ее тела вырывались сотни лиц, и каждое извергало надрывный визг. Конечности вгрызались в потолок, и под весом существа тот начал трескаться.
Коул подскочил к Луне и с легкостью подхватил ее худое тельце.
– Трансферу нужно еще десять минут! – сообщил он всем, пытаясь перекричать глобулу.
Сара стащила меня с насыпи и поставила на ноги.
– Держись позади, – приказала она, создавая меч.
– Откуда здесь еще одна глобула?! – воскликнул Пабло.
– Раскол! – ответила ему Ламия. – У души три осколка! Ранее мы встретили малый, но это – разум! Аномальный сплит!
– Ламия! – крикнул Коул. – У тебя еще остался эфир Антареса?
– Три банки.
– Раздай остальным! Паскаль, возьми Ханну, пойдете со мной! Сара, уводи Максимуса через западное крыло! Остальные – разделитесь, откупорьте эфир и уходите! Глобула не должна добраться до Антареса! Встречаемся в месте прибытия!
Паскаль развеял кинжал и взял Ханну на руки.
– Если бы не Антарес, я бы бросил тебя здесь. – Скорпион опалил меня жгучим презрением.
– СВЕТ! – взревели сотни глоток.
Глобула рухнула на пол, когда мы ринулись в проходы каждый своей дорогой. Я не мог поверить, насколько же огромным был этот монстр. Страшный, бесформенный, бесконечно голодный. Он казался надвигающейся волной тьмы. Глобула ринулась не за мной, а за Стефаном, который бежал в одиночку с зажатой в руках банкой. Он как раз решил подзадорить ее парочкой выстрелов. Я хотел сорваться и помочь ему, но Антарес не позволил: он прикладывал все силы, чтобы управлять ногами, не давая мне очертя голову броситься к монстру. Мне было страшно думать, что кто-то может повторить судьбу Ханны. Но Стеф был бессмертным. Он выживет после столкновения с монстром. Только эта мысль и позволила мне подчиниться Антаресу и бежать вслед за Сарой. Позади раздался оглушительный взрыв – это обрушилась арка, проломленная глобулой.
В голове без конца грохотало, уши заложило. Я был одновременно здесь и на насыпи Центрума – глядел, как Ханну пронзают черные нити. Снова, и снова, и снова. Ханна не являлась целью глобулы. Там должен был стоять я. Но Антарес подставил ее. Использовал как щит. Я не хотел, чтобы кто-то страдал вместо меня, но… но…
– Макс! – поторопила меня Сара.
Я сильно отставал от нее. Протекторша бежала с быстротой и грацией, а я едва тащился. Дыхание сбилось. Кровь колотилась в ушах, но тут в этот шум ворвался настойчивый стрекот.
– Постой! – крикнул я Саре.
Протекторша тоже услышала и успела отскочить. На место, где она только что стояла, выпрыгнула разъяренная глобула. Она оказалась малой, как и первая, но я понимал, что эта совсем другая. Как правильно отметила Ламия: у души три осколка.
– Макс, назад! – вскричала Сара, направив меч на глобулу.
От монстра донесся стрекот.
– Я… знаю… Макс… симус…
– Только попробуй приблизиться, – прорычала Сара.
Шлейф глобулы развевался в воздухе. Дым сочился во все стороны.
Квинтэссенция Сары яростной волной придавила тварь к полу. При виде изуродованных и растерзанных теней, которые, тлея жаркими углями, расправлялись с врагами протекторши, я невольно испугался. Их вид и сила не могли не настораживать. Но именно благодаря этому Сара и была одним из сильнейших протекторов – такая мощная боевая квинтэссенция, да еще и удерживаемая столь долго. Тени терзали, вгрызались в монстра, а тот гневно разрывал их в ответ. Я видел, что Саре трудно удерживать эфир – выражение ее лица стало напряженным, сосредоточенным. Мне и представить было страшно, что такого с ней должно случиться, что она обзавелась подобными тварями в самой душе.
– Закройте глаза! – раздалось из-за ее спины.
Под ноги глобуле упал блестящий предмет. Мы едва успели выполнить указание, как устройство развернулось и озарило все вокруг сильнейшей вспышкой серебряного света, стершего всякие тени. Глобула заорала всеми глотками. Кто-то повлек меня в обход.
– Поторапливайтесь! – услышал я голос Пабло.
Свет стал гаснуть, и, хоть глобула продолжала визжать от боли, я смог приподнять веки. Пабло уводил меня и Сару.
– Что это было? – спросил я.
– Я все-таки не просто так просиживаю штаны в техотделе! – воскликнул он.
– Спасибо, – поблагодарила Сара. – Ты спас наши шкуры.
– О чем ты? Вы бы поступили так же.
Мы стремглав бросились дальше. Пабло быстро взглянул на энергласс.
– Остальные на месте!
От этой информации меня передернуло.
– А глобула?!
Вместо ответа нечто огромное проломило стену прямо за нашими спинами. Пыль еще не успела осесть, но мерзкие очертания существа уже проступили сквозь нее. Тело заняло весь коридор. Гигантская стена черного дыма и лиц. Монстр скачками бросился в погоню за нами.
– СВЕТ! – кричали лица.
Тьма поглощала проход, пожирала освещение. Мы свернули за угол, и глобулу слегка занесло, но десятки ее конечностей уцепились за стены, тем самым придавая ей маневренность. Монстр не переставал орать, и его крики свинцом оседали на сердце, придавливая его к полу. Спину обдавало холодом; ноги отяжелели, но я бежал. Несся что есть сил, но все равно отставал. С каждым шагом расстояние между мной и глобулой опасно сокращалось. Я бежал позади всех, чуть впереди меня несся Пабло. Сара бросила на нас взгляд. Мы должны были выбраться. Спасение так близко! Я уже видел проход впереди. Еще немного!
А затем Сара повернулась, и из-под ее ног выскользнул сноп искр. Но не в сторону глобулы. В Пабло. Я пробежал чуть вперед и осознал случившееся только спустя несколько метров, когда услышал возглас протектора. Он упал, а ноги его сдерживали тлеющие руки квинтэссенции. Монстр навис над ним.
– Нет! – крикнул я и хотел сорваться, но Сара потащила меня дальше.
Душераздирающий крик заполнил коридор. Глобула остановилась. Пабло не мог встать, не мог помочь сам себе. С замершим сердцем я наблюдал, как множество черных нитей пронзили тело Малого Пса. Монстр поднял его в нескольких метрах над землей. Пабло пытался вырваться, но все было тщетно. На пол полилась кровь. Его криков уже не было слышно – они смешивались с визгами чудовища.
Сара грубо втащила меня в круглый зал, при этом заперев ворота. Остальные только нас и ждали.
– Тридцать секунд! – сообщил Коул.
– Пабло все еще нет! – воскликнула Ламия, с бледным видом глядя на вход.