Полина Граф – Доминум (страница 48)
– Конечно нет, – с презрением проворчал Стеф. – Только первый ребенок в семье. Все до меня старели. Не умирали от ранений, но жили дольше, чем нужно, пока тела не изнашивались в край.
– Но у тебя, как у протектора, нет предела, – догадался я. – Звезды дали нам молодость, которая длится соразмерно их сроку жизни.
– Предел есть всегда.
Протектор топнул ногой по манипуляции, и она исчезла во вспышке света. Кровь на одежде Стефа мгновенно испарилась, и о недавнем ранении напоминали лишь дыры в рубашке, выглядевшие не так заметно, как на мундире.
– Никто в семье не знал, – с тяжестью сообщил Стеф. – Раньше оно казалось родовым проклятием. Сейчас ощущение такое же, но теперь ясно, что во всем замешан эфир. Что-то давным-давно повлияло на кого-то из моих предков, и поэтому я теперь неуязвимый бóльшую часть времени.
Я смотрел на Стефана по-новому. Он умирал, и далеко не единожды. Мог спасать других и при этом подставляться сам, зная, что ему ничего не угрожает. Но ничто не могло прервать порочного круга. Вечная жизнь в вечном кошмаре.
– Ты вроде не такое трепло, как Дан, – сказал Стефан. – Не рассказывай остальным.
– Но почему ты скрываешь? – Я искренне этого не понимал.
– Потому что на меня и без того все смотрят как на уродца, – сердито выдал он. – Знаешь, почему протекторы не накладывают на себя руки от такой жизни? Потому что души суицидников мгновенно отправляются в Обливион! Ведь ты недоволен прожитой жизнью, тебя гнетут воспоминания! Потому некоторых так и несет прогуляться мимо автострады – а вдруг повезет по случайности? А у меня и такой надежды нет. Это уродливая способность. Мерзкая, противоестественная всему. Но остальным же будет интересно. Они докопаются до меня, всей моей семьи и…
Неожиданно мы услышали оклики. Стефан обернулся.
– Короче, если ты кому-нибудь об этом ляпнешь…
– Я могила, – кивнул я.
– Нет, не могила. Ты – труп, – многообещающе заверил он.
Во всяком случае, если бы между нами развязалась драка, то даже с силой Антареса я бы все равно поставил на Стефа. Все-таки последним выжившим будет именно он.
Мы поднялись наверх. Возле глобулы уже стояли Пабло и Ламия. Последняя оббегала плененного монстра, не переставая делать снимки на энергласс.
– О звезды! Это же великолепно! Можно мы заберем ее с собой?
– Я бы не рекомендовал, – уклончиво ответил Пабло, с опаской осматривая огромное чудище. – И, пожалуйста, будь осторожнее!
– Но это такая редкость для приземленных! Можно я хотя бы соберу немного эфира?
– Я тебе соберу, – проворчал Стефан.
Протекторы резко обернулись к нам.
– Вот вы где! – выдохнул Пабло с облегчением. – Светлые звезды, я себе места не находил!
Стеф надменно фыркнул.
– И без твоей заботы обойдусь. Остальные в порядке?
– Да, кризис миновал. Скоро будем дома. Трансфер почти зарядился.
– А Луна? – взволнованно поинтересовался я.
Пабло широко улыбнулся.
– Оправляется. В себя не пришла, но показатели отличные.
У меня прямо от сердца отлегло.
Стеф достал сигарету и, пока поджигал ее, косил неприязненный взгляд на глобулу.
– Я ожидал от этой дряни большего, – задумчиво заговорил он. – Она в свое время убила столько протекторов… Да, тогда тварь напала неожиданно – прямо на жилые помещения. Но все же… как-то у нее силенок поубавилось, что ли? Никто из нас толком и не пострадал.
Да уж, обошлись всего одной смертью, да и та не считалась.
– Она и так прожила дольше, чем положено, – пояснила Ламия. – Конечно же, она ослабла. Ханна рассказала, что глобуле приходилось поглощать светлый эфир, чтобы выжить. Это несвойственно и болезненно для темного, но прожить так можно. Да и вообще пожирать чей-то эфир… это отвратительно. Возможно, она даже генерировала на этих запасах темный эфир. Естественно, лишь крохи, но за годы, похоже, его накопилось прилично. Впрочем, наши человеческие сплиты не могут его создавать, хотя у них очень большой срок жизни и…
– Да-да, понятно.
– Манипуляция же не сломается, как в прошлый раз? – спросил Пабло у Стефа.
– Она – нет. А ты – вероятно. – Стефан холодно сощурился.
Когда мы вернулись к Центруму, обнаружилось, что отсутствуют лишь Сара и Паскаль. Верно, еще проверяли этажи. Фри первая со всех ног бросилась в нашу сторону.
– Вы живы! – Она с разбегу врезалась в меня, едва не опрокинув, и крепко обняла. – Я думала, произошло что-то ужасное! Макс, твои руки!
Фри с ужасом осмотрела алые бинты.
– Выживу, – отмахнулся я.
– Откуда красная кровь? – спросила Ханна.
Все вопросительно покосились на Стефана.
– Ну подбила меня эта тварь. – Водолей закатил глаза. – Но со мной тоже все в норме, спасибо, что спросили. Залечился.
– Ладно. – Коул скрестил руки. – Если все живы и глобула обезврежена, то все в порядке.
– Можно мне увидеть Луну? – спросил я у Змееносца.
Препятствовать мне не стали. Пока остальные обсуждали произошедшее с глобулой, я поднялся по насыпи. Луна еще не очнулась, но улучшения были налицо: вся зелень ушла из ее вен, и теперь, после погружения в сияющий пруд, она казалась здоровее.
– Как ты? – спросила Ханна, оказавшись рядом. – Руки не болят?
– Болят, – признался я. – Но не так сильно, как должны бы. Спасибо, что помогла.
– Пустяки. Это моя работа.
Протекторша мягко улыбнулась. Даже страшный шрам на лице не мог скрыть ее миловидной внешности.
– Коул сказал, что трансфер будет готов через пятнадцать минут. Самое время собираться. В Лазарете тебя быстро восстановят.
– Хорошо, что мы можем так быстро вылечиваться, – усмехнулся я. – Тому же Дану наверняка было бы невыносимо отсиживать реальный срок срастания костей.
Ханна сухо поджала губы.
– Да уж, – с явным хладнокровием ответила она. – Он бы не стерпел.
Я замялся, поняв, что затронул какую-то неудобную тему. Об этом доходчиво говорила внезапная раздраженность, потянувшаяся из ее души. Пришлось быстро переводить тему.
– Так у Коула, значит, кровное оружие – ружье? – ляпнул я, повернувшись к Змееносцу. – Выглядит нечестно. У заоблачников с подобным оружием наверняка преимущество.
– Да вовсе нет. – Ханна мотнула головой. – Кровное оружие – это отражение души. А эквилибрумы с огнестрелом незнакомы. Даже у Коула, как мне рассказывали, оружие видоизменилось со временем. Это возможно, да. Хоть и с трудом. У эквилибрумов есть более странное и завязанное на эфире оружие, которое нам бы показалось невероятным или нелепым. Стреляющие аналоги у них тоже имеются, но там, за небесами, давно научились от них защищаться, так что баланс сохранен.
Внезапно остальные зашумели.
– Что случилось? – обратилась к ним Ханна.
– Скорпион на связи, – ответил Пабло. – Похоже, что-то срочное.
Мое сердце быстро забилось.
– Только не говорите, что глобула выбралась!
– Она не могла, – отозвался Стефан. – Я свое дело знаю!
– Твое дело – помолчать, – упрекнул его Змееносец, пытаясь настроить аппаратуру. – Связь отвратительная, что происходит? Паскаль, повтори, что ты сказал?
Я слышал помехи и обрывки фраз. Все напряглись. Мы стояли спиной к Луне, и я нервно оглядывал все арки, чтобы в случае чего не допустить внезапного нападения.