Пол Нойер – Беседы с Маккартни (страница 44)

Беседуя с ним для текста буклета Kisses on the Bottom, вышедшего в 2012 г. сборника трибьютов ушедшей эпохе, я снова спросил его об этих семейных вечеринках, ныне столь прославленных. Может быть, он начал понимать структуру песен, как раз разучивая старые шлягеры на отцовском пианино?

Нет, играть я их так и не научился. Я их просто пел. На семейных посиделках я пел со всеми. Но играть я их все равно не мог; это были довольно сложные песни, аккорды и все такое. Я пытался их освоить. В конце я сделался чем-то вроде семейного пианиста; я играл на Новый год, когда отец постарел, а у меня стало больше опыта. Но я всегда играл по наитию – а вот он правда знал, какие там аккорды. Но для семейных посиделок годилось.

Но с другой стороны:

Если задуматься, то у многих из этих старых песен был так называемый «куплет», хотя вообще-то это было скорее вступление. Вот этой части я никогда не знал.

Здесь [на Kisses on the Bottom] вы исполняете «куплет» на Bye Bye Blackbird.

Да. А потом начинается: «Забери все мои заботы и печали», и ты восклицаешь: «О, да, я знаю эту песню!» Узнал ее наконец.

Cheek to Cheek [сочиненная Ирвингом Берлином и записанная Фредом Астером] всегда была одной из моих любимых песен. Мне нравится, как она возвращается к вступлению, это проходит через всю песню: «Небо… Я на небе». Оно повторяется. Вау. Это простой трюк, но мне как автору песен он нравился. В Here, There and Everywhere я сделал что-то подобное. Так что все эти влияния всегда присутствовали в моих песнях.

Если специально в этом не копаться, то это не заметно, но он [ «куплет»] точно был во многих песнях «Битлз». Нам с Джоном это нравилось. Мы говорили, что было бы здорово вставить его в песню. «Как был бы счастлив я, когда бы я был с любимой…» А вот в старые времена эту часть бы удлинили: «Она здесь, а я там, но мне кажется – она повсюду…» И тут бы начиналась сама песня.

Есть еще одна песня, в которой использован тот же прием [хотя это, вероятно, изначально идея Джона], это Do You Want to Know a Secret: «Ты и не знаешь, как тебя люблю я…» Похоже, в музыке, считавшейся новомодной, сохранялось влияние старых музыкальных стилей.

Это правда. У всего этого растут ноги оттуда. Эти влияния присутствуют во многих песнях, которые мы писали, при том что мы уже жили в эпоху рок-н-ролла… Но вот мы говорим «рок-н-ролл» – Элвис Пресли пел Love Me Tender, а это ведь старая песня, гораздо старше Элвиса. Так что эти песни продолжали жить и в эпоху рок-н-ролла, и было хорошо, что было такое смешение.

К этой эпохе вы часто возвращались в своей карьере: Honey Pie, You Gave Me the Answer, пластинка под псевдонимом «Триллингтон»; в вашей гамме стилей она всегда присутствовала.

Меня привлекает этот стиль. Меня часто спрашивают, какие мне нравятся песни или какие у меня любимые композиторы, и я отвечаю, что это Коул Портер или кто-то вроде него, потому что песни написаны очень искусно. Братья Гершвины тоже были мастера. Скажем, если бы ты делал мебель, ты назвал бы Чиппендейла, потому что хотя это и не твоя эпоха, но в деле изготовления стульев он был мастер.

В 2001 г. я попросил Пола назвать несколько песен, которые много для него значат. Для начала я поинтересовался, есть ли среди них что-то современное.

Стинг, Fields of Gold. Очень мне нравится. У меня часто спрашивали: «Есть ли песня, которую вы мечтали бы написать?» И я раньше отвечал, что это «Не надо меняться» [Just the Way You Are] Билли Джоэла, потому что думал, что это стильно. Но Fields of Gold – это великая песня, чувак, и теперь она стала Песней, Автором Которой Я Хотел Бы Быть. Кстати, Ева Кэссиди записала крутую версию этой песни. Так что она и еще Somewhere over the Rainbow.

Мне ужасно нравится Somewhere over the Rainbow. В этой песне столько надежды, столько веры. Были циничные семидесятые, неуютные восьмидесятые, девяностые, а Somewhere over the Rainbow их пережила. «Однажды у меня получится!» Это такая великая песня. Надежда никогда не умирает. Песня крайне сентиментальная и, вероятно, немного наивная, но я ее все равно люблю.

И Марвин Гей! Чувак, я тащусь от Марвина. Кстати, он пел Yesterday. Когда Yesterday получила какой-то приз MTV, Джефф [Бейкер, тогдашний пресс-секретарь Пола] мне сказал: «Вы же знаете, кто ее записывал, да? Все на свете. Синатра. Элвис Пресли. Марвин Гей. Рэй Чарльз». Так что мы заказали эти версии через наш нью-йоркский офис. И Марвинское исполнение Yesterday – мое любимое, оно мне нравится даже больше моего. Такое классное.

А самая тухлая версия у Элвиса. Он не знает слов. Я до смерти люблю Элвиса, но исполнение – тухляк. Это концертная запись, и пианист пытается настроить его на нужный лад через вступление, а Элвис [молчание]… потом наконец его маленько отпускает, благодаря таблеткам, и он приходит в себя. [Изображает Элвиса в виде пьяного певца, поющего в пабе]: «Еще вчера мне казалось, что любовь – игра…» Дальше он забывает кусок текста и поет: «А теперь они как будто снова здесь». Что, конечно, бессмысленно. Но я его все равно люблю. [Заметим справедливости ради, что речь, вероятно, идет об оплошности, присутствующей на репетиционной записи, выпущенной на специальном издании саундтрека документального фильма «Всё так и есть».]

Мне нравится Нэт Кинг Коул. Я сейчас часто его играю. Я любил его, когда был мелким; я помню, как слушал его по радио на кухне дома на Фортлин-роуд: «Когда мне случается влюбиться…» – и думал, как он здорово поет, какая хорошая песня. Теперь я вообще думаю, что лучше его нет. Мне нравятся его вещи и нравятся песни этого времени вообще.

Сейчас я слушаю гораздо больше джаза, чем раньше. Люблю Майлза Дэвиса, Чета Бейкера. В «Битлз» мы не особо загонялись по джазу, но сейчас я его полюбил. Недавно я слушал одну запись Дюка Эллингтона и Луи Армстронга, называется Duke’s Place. Там на одной ноте: «к Дю-ку до-мой». Луи поет и кричит: «Давай, Дюк!» А Дюк за фортепиано, и эта наглая морда одним пальцем играет «дн-дн-дн-дн». Уже следующий куплет, и ты ожидаешь, что тут он [изображает россыпи триолей], но нет, там опять «дн-дн-дн-дн». Почти стыдно это слушать, но это так смело. Очень мощно.

Мне всегда нравилось в Маккартни, как охотно он говорит о музыке других исполнителей – не все звезды так себя ведут. Однако пора было возвратиться к нашему герою. Я хотел знать, существует ли «настоящий» Пол Маккартни?

Глава 20. Что кроется за улыбкой

Каким видит себя Пол Маккартни?

Когда кто-то настолько знаменит, что про него пишут в прессе, то он разделяется на две личности. Одна – это собственно он сам, а другая – та голограмма, о которой он читает. Вот уже более полувека Пол Маккартни читает о себе как об отдельном вымышленном персонаже, которого так же зовут.

Как-то раз вечером в 1989 г. мы встретились, когда он только что получил свою новую биографию. Она оставила его в недоумении.

Я немного почитал сегодня утром – мне ее прислали, чтобы я поставил автограф. Книга глупая. Почему я должен ее подписывать, как будто я ее одобряю? Это все равно что бутлег подписывать. Забавно. Как объяснить людям, кто ты такой? Если кто-то думает, что у меня мания величия… понимаешь? Сам я уверен, что у меня ее нет.

Есть всякие истории о том, как я якобы пытался выгнать из группы Стюарта [Сатклиффа], чтобы занять место басиста. Но мне навязали должность басиста! Мне даже пришлось Джорджу позвонить и поинтересоваться: «Эй, Джордж, а по твоим воспоминаниям, я Стю из группы выживал?» Он ответил: «Нет, на тебя спихнули бас-гитару, ты один и был согласен». Ага, ну я так и думал.

Постоянно приходится думать о том, правильно ли ты поступил. Терпеть не могу оправдываться. Помню, однажды я посмотрел на Джорджа Мартина и спросил: «Джордж, нам правда придется и дальше искать себе оправдания?» Он сказал: «Ага. Всю жизнь». Почивать на лаврах никогда не получается. Ну и на самом деле это к лучшему. Не особо хочу на них почивать. Поэтому, видимо, я и езжу на гастроли и записываю новые альбомы.

Вообще-то я не хочу быть живой легендой. Я во все это ввязался, лишь бы не идти работать. И чтобы кадрить девчонок. И я их закадрил порядочно, и работать мне не пришлось, так что можно сказать, до сих пор все так и есть. Оказалось, что это вполне себе работа, здесь до фига труда – управлять компанией, все такое, но мне это просто нравится. Если кто-то считает, что у меня мания величия или что я скупердяй, то что же с этим поделать. Я просто говорю себе, что я-то сам знаю, что собой представляю.

Странно наблюдать Пола в людных местах. Где бы он ни оказался, он непременно будет в центре внимания. На музыкальных мероприятиях, где все хотят выглядеть покруче, люди обычно замолкают, когда он проходит, – и стараются на него не глазеть, хотя прекрасно знают, что он рядом. С другой стороны, когда его окружают фанаты, он чувствует себя обязанным показать, что их заметил. Два больших пальца – действенный способ это засвидетельствовать, сколько бы насмешек ни вызывал этот жест.

Маккартни добр к людям и особенно добр к детям. Он рассказывал мне, что как-то раз играл с маленьким сыном Леннона Джулианом, и Джон следил за их счастливым общением с легкой завистью. Старший битл удрученно спросил: «И как у тебя это получается?»