Платон Диалогов – Детские комплексы. Как не вырастить неуверенного человека (страница 4)

Гиперопека – это не про любовь, хотя маскируется она именно под нее. Это про тотальный контроль и глубокое убеждение, что мы, взрослые, действительно знаем, что для нашего ребенка лучше, чем он сам. Даже если этому ребенку уже три года и он отчаянно пытается натянуть колготки задом наперед. Даже если ему семь и он хочет выбрать самую нелепую, на наш взгляд, рубашку в магазине. Даже если ему пятнадцать и он уверен, что его будущее – это музыка, а не юриспруденция.

В основе гиперопеки лежит тревога. Наша собственная родительская тревога, которая кричит: «Мир опасен! Он не справится!» И мы начинаем подстилать соломку везде, где только можно. Мы контролируем каждый шаг, каждый вдох, каждое решение. И делаем это, заметьте, с самыми благими намерениями.

Когда «забота» становится клеткой

Давайте представим типичную ситуацию. Мама ведет пятилетнего сына на детскую площадку. Она не садится на лавочку с книжкой, а находится в двух сантиметрах от ребенка. «Не лезь туда, упадешь!», «Отойди от этой собаки, она укусит!», «Не трогай песок, он грязный!», «Дай я тебя подниму, а то испачкаешься!». Вроде бы все слова правильные, все из соображений безопасности. Но что слышит ребенок? Он слышит: «Ты слабый. Мир враждебен. Ты сам не справишься ни с чем. Только я знаю, как правильно». Каждый запрет, каждая попытка сделать что-то за него – это кирпичик в стену его неуверенности.

Или другой пример. Школьник садится делать уроки. Родитель тут как тут: «Открой учебник, сядь ровно, пиши сюда, эту задачу решаем так, потому что я так сказал». Ребенок даже не успевает подумать сам, ему уже выдали готовое решение. Его инициатива убивается на корню, еще до того, как успела проклюнуться. Какой смысл пробовать, ошибаться, искать свой путь, если всегда найдется кто-то, кто укажет единственно верный?

Вот тут-то и зарыт корень проблемы. Контроль, который мы называем заботой, лишает ребенка самого главного – опыта. Опыта самостоятельных действий, опыта ошибок и, что важнее всего, опыта их исправления. Ребенок, за которого всегда и все решали, вырастая, оказывается совершенно не готов к реальности. Он не знает, чего хочет, потому что за него всегда хотели родители. Он не умеет принимать решения, потому что их всегда принимали за него. Он боится совершить ошибку, потому что ему с детства внушали, что любая ошибка – это катастрофа, которую нужно предотвратить любой ценой.

А теперь честно, давайте заглянем в себя. Часто ли мы ловим себя на мысли, что нам проще и быстрее сделать что-то за ребенка самому, чем ждать, пока он справится? Проще завязать шнурки, чем смотреть на его неуклюжие попытки в течение десяти минут. Быстрее собрать игрушки, чем уговаривать его сделать это. Но в этот момент мы выбираем сиюминутное удобство, а не его долгосрочное развитие. Мы лишаем его той самой драгоценной самостоятельности, о которой будем мечтать, когда он станет подростком и не сможет постелить себе постель.

Установка «Я лучше знаю» и ее последствия

В основе гиперопеки лежит не просто тревога, а целая философия, которую можно выразить фразой: «Я лучше знаю, что тебе нужно». Эта установка передается из поколения в поколение, как фамильная драгоценность, только вот драгоценность эта с двойным дном. Родители, которые выросли с этой установкой, искренне верят, что их опыт, их знания, их представление о «правильной» жизни – это единственно верный компас для ребенка.

Проблема в том, что этот компас ведет не к счастью ребенка, а к удовлетворению наших собственных амбиций или компенсации наших страхов. Мы хотим, чтобы он играл на пианино, потому что мы в детстве мечтали, но не сложилось. Мы хотим, чтобы он дружил с «правильными» детьми, потому что боимся, что он попадет в плохую компанию. Мы выбираем за него кружки, секции, институт, работу, а потом удивляемся, почему в 30 лет он лежит на диване и не знает, чего хочет от жизни.

Эта установка формирует у ребенка так называемую выученную беспомощность. Термин, может быть, сложный, но суть проста: это состояние, когда человек привыкает к тому, что от него ничего не зависит, и перестает даже пытаться что-то изменить. Зачем пробовать, если мама все равно скажет, как надо? Зачем хотеть, если папа уже все решил?

Вспомните свои школьные годы. Было ли у вас ощущение, что вас слышат? Учитывали ли ваше мнение, когда выбирали, что вам носить, с кем дружить, чем увлекаться? Или за вас уже все распланировали? Если последнее, то вы наверняка помните это глухое раздражение, когда ваши желания наталкивались на стену родительского «нет, потому что я так сказал». А теперь представьте, что эта стена окружает вас всю жизнь. Не правда ли, душновато?

Как гиперопека душит самооценку

Теперь давайте посмотрим на то, как гиперопека бьет прямо в цель – по самооценке ребенка. Представьте себе нежный росток. Чтобы он вырос крепким деревом, ему нужны и солнце, и дождь, и ветер. Солнце – это наша любовь и поддержка. Дождь – это слезы от неудач, которые тоже нужны для опыта. Ветер – это трудности, которые закаляют ствол. Гиперопека же накрывает этот росток плотным колпаком. Вроде бы тепло и безопасно, но солнце не греет, дождь не поливает, ветер не треплет. Росток под колпаком чахнет, становится бледным и слабым. Как только колпак снимут, он просто погибнет под первыми же реальными лучами.

То же самое происходит с самооценкой. Ребенок, которого чрезмерно опекают, не сталкивается с трудностями, а значит, у него нет возможности испытать радость от их преодоления. Он не знает, каково это – упасть и встать самому, поэтому не верит в свои силы. Его уверенность не растет, потому что ей просто неоткуда взяться. Она формируется только в действии, только в преодолении, только в опыте «я сам, я смог!». Гиперопека этого опыта не дает.

Более того, такой ребенок часто вырастает с искаженным восприятием себя. С одной стороны, ему внушили, что мир опасен, а он слаб. С другой стороны, он привык, что все его проблемы решают другие. В итоге мы получаем взрослого человека, который боится ответственности, не умеет отстаивать свои границы, пасует перед малейшими трудностями и ждет, что кто-то придет и «спасет» его. И при этом он глубоко несчастен, потому что живет не свою жизнь.

А теперь вопрос к вам, как к автору и как к родителю. Можете ли вы вспомнить моменты, когда ваша «забота» на самом деле была попыткой заглушить собственную тревогу? Когда вам было проще сделать за ребенка, чем позволить ему ошибиться? Подумайте об этом без осуждения, просто понаблюдайте за собой. Ведь осознание – это первый шаг к тому, чтобы ослабить хватку и дать своему ребенку самое ценное – право на его собственную жизнь, со всеми ее шишками, падениями и, конечно же, победами.

Глава 2. Эмоциональные качели: непоследовательность в воспитании

Представьте себе, что вы каждый день приходите на работу, а ваш начальник ведет себя по-разному. Сегодня он в прекрасном настроении, хвалит вас за инициативу и наливает кофе. Завтра он мрачнее тучи, орет на вас за тот же самый поступок, который вчера вызывал у него умиление. А послезавтра ему вообще все равно, он просто не замечает вашего присутствия. Как быстро вы сойдете с ума? Или, что еще хуже, как быстро вы перестанете понимать, какую работу нужно делать, чтобы вас не уволили?

Примерно в таком же положении оказывается ребенок, когда родители непоследовательны в своем воспитании. Его мир превращается в комнату кривых зеркал и американских горок одновременно. Сегодня мама в хорошем настроении разрешает досмотреть мультик, а завтра в аналогичной ситуации кричит: “Нет, это уже поздно, марш в кровать!”. Папа в субботу может час возиться с сыном в машинки, а в воскресенье на ту же просьбу поиграть отмахнуться: “Отстань, я занят, вечно ты со своими глупостями”.

Это и есть те самые эмоциональные качели, которые раскачивают психику ребенка и закладывают мину замедленного действия под его самооценку. В этой главе мы разберем, почему непоследовательность так опасна и как перестать качаться на этих качелях, чтобы ваш ребенок чувствовал под ногами твердую почву.

Что такое воспитательная непоследовательность

Непоследовательность в воспитании – это когда правила игры меняются, не успев даже толком установиться. Это отсутствие четких и стабильных границ, предсказуемой реакции на одни и те же поступки. Сегодня запрещено, завтра разрешено. Сегодня за шалость наказали, завтра за нее же рассмеялись и назвали “молодцом-разбойником”. Сегодня мама учит, что врать нехорошо, а завтра просит сына сказать по телефону, что ее нет дома.

У этой медали всегда две стороны. Первая – это непоследовательность в рамках одного родителя. Когда мама или папа сами себе противоречат. Это классический случай “семь пятниц на неделе”. Вторая – непоследовательность между родителями. Когда мама говорит “нельзя”, а папа говорит “можно, только маме не говори”. Или когда бабушка разрешает то, что запрещают родители. Ребенок оказывается в ситуации буриданова осла между двумя равнозначными авторитетами, не зная, кого слушать.

И если с первой стороной можно и нужно работать, то вторая требует отдельного разговора о семейных договоренностях. Но суть одна: ребенок не может опереться на слова взрослого, потому что эти слова не имеют веса. Сегодня они значат одно, завтра – другое. Как можно научиться ходить, если земля под ногами то твердая, то превращается в болото, а то и вовсе исчезает?