Пьер Корнель – Театр. Том 1 (страница 172)
Сабина.
Супруга и сестра у ног твоих — Сабина.
Двойная, государь, в душе моей кручина,
И внять речам моим, о царь, молю тебя,
За милого страшась, о родичах скорбя!
Стремленья нет во мне слезой своей лукавой
Того, кто виноват, спасти от казни правой.
И чем бы он сейчас ни услужил стране, —
Карай, но пусть вину он искупит во мне,
Но пусть за кровь его прольется кровь Сабины.
Свершится та же казнь: мы оба с ним едины,
И ты отнимешь то, не пощадив его,
Что он в самом себе любил сильней всего.
Столь тесно связаны мы цепью Гименея,
Что он живет во мне и ярче и полнее,
И если дней моих сейчас прервется нить,
Его ничем иным нельзя верней казнить.
Молю и требую смертельного удара:
В нем — избавленье мне, ему же — злая кара.
Пусть ныне видит царь, как жизнь моя страшна
И на какой разлад душа обречена!
Смогу ли, скорбная сестра, теперь обнять я
Того, от чьей руки мои погибли братья?
Но и посмею ли кощунственно проклясть
Того, кто сохранил твою над Римом власть?
Убийцу родичей любить неколебимо!
Отвергнуть милого, что дал победу Риму!
Мне избавленье — смерть: любя его иль нет,
Священный все равно нарушу я завет.
Свой смертный приговор приму я, торжествуя:
Да, то, о чем прошу, сама свершить могу я,
Но сладко было б мне, разящий встретив меч,
Супруга милого от казни уберечь;
Разгневанных его суровостью чрезмерной,
Бессмертных утолить вот этой кровью верной
И жалостную тень сестры его младой,
Чтоб до конца служил отечеству герой.
Старый Гораций.
С Валерием, увы, мои согласны дети,
И отповедь в моем получит он ответе.
Стараются они, безумцы, об одном:
Пусть обескровленный совсем угаснет дом!
(Сабине.)
О ты, которую неправая обида
За братьями влечет к обителям Аида!
Их тени славные тебе дадут совет:
Кто пал за родину — для тех обиды нет.
Богами приговор назначен их отчизне;
Но если чувства есть не только в этой жизни,
Победу римскую им легче перенесть,
Когда своя родня стяжала эту честь.
Твое жестокое они осудят горе,
И вздохи тяжкие и скорбь во влажном взоре,
И ненависть к тому, что славно кончил бой.
Сабина, будь же им достойною сестрой!
(Туллу.)
Пускай Валерия остынет пыл напрасный:
Не преступление — порыв слепой и страстный;
И если правый гнев его одушевлял,
Не кары этот пыл достоин, а похвал.
Врагов родной страны любить до исступленья,
Отечество хулить за их уничтоженье,
Кощунственно ему сулить лихой удел —
Вот грех, которого Гораций не стерпел.
Когда бы родину любил он с меньшей силой, 
