Певица Золотинка – Тихий излом (страница 3)

Различие в достатке семей почти не обсуждалось. Маша знала, что Маринины родители способны купить дочери вещи, о которых её мать прежде всего спросила бы: действительно ли они необходимы? Но постоянные сравнения не вошли в привычку девушек. Марина охотно делилась покупками и не пыталась демонстрировать превосходство. Маша принимала помощь, не желая, чтобы вся их дружба строилась вокруг неё. Когда мать стала ходить, пусть с трудом, Маше особенно хотелось показать, что и их дом может принимать гостей, накрывать стол, заботиться о других. Марина приходила туда так же свободно, как раньше Маша к ней.

Подростковые годы принесли новые темы: чужие симпатии, школьные сплетни, планы на профессию. Девушки могли часами обсуждать поступки знакомых, удивляясь, как разные люди по-разному понимают справедливость. Маша иногда возвращалась к истории своего отца, хотя почти не помнила его. Ей хотелось знать, кто отвечал за безопасность в штольне и почему беда разрушила жизнь семьи, которая никому не причиняла вреда. Марина воспринимала эти вопросы менее лично, но умела слушать и не пыталась увести разговор, когда подруге было важно договорить.

К выпускным классам обе решили поступать в юридический институт. Для Маши этот выбор казался связанным с потребностью разобраться в правилах, по которым устроена жизнь, и в том, почему соблюдение правил не всегда спасает людей. Марина видела в профессии возможность самостоятельной работы, интересных дел и уважения. Их доводы отличались, но решение было общим. Взрослые отнеслись к нему серьёзно; родители Марины помогли девушкам с подготовкой, а Машина мать старалась не показывать, как волнуется из-за будущего дочери.

Окончательный выбор института потребовал от Маши большей настойчивости, чем от Марины. Обучение означало не только занятия, экзамены и дорогу, но и необходимость устраивать повседневную жизнь так, чтобы мать не оставалась без помощи. Когда Маша задерживалась на учёбе, она заранее предупреждала домой. Марина привыкла к этому и не обижалась, если подруге приходилось уходить первой. Даже после улучшения материнского здоровья прежняя ответственность не исчезла мгновенно: Маша ещё долго проверяла, всё ли дома в порядке, прежде чем разрешала себе отдыхать.

Маше приходилось заранее рассчитывать, сколько времени уйдёт на дорогу и занятия, когда она успеет помочь матери и какую часть расходов можно отложить до следующего месяца. Марина смотрела на будущую учёбу иначе: её родители спрашивали прежде всего, достаточно ли хорош институт и не придётся ли дочери отказываться от интересных возможностей. Разница не порождала ссоры. Но иногда Маша замечала, что одинаковые решения обходятся им разной ценой. Она не обвиняла подругу в благополучии; ей было важно доказать самой себе, что необходимость чаще думать о деньгах не лишает человека права выбирать любимое дело.

В институте у каждой появились собственные знакомые и занятия. Они учились усердно, иногда по-разному оценивали преподавателей, выбирали разные темы для выступлений и всё же возвращались к привычному разговору вдвоём. Праздники проводили вместе, рассказывали друг другу о неприятностях и удачах. Маша постепенно привыкала к мысли, что мать уже не так беспомощна, как в её детстве, хотя по-прежнему берегла её. Марина легко строила планы на следующие годы, не сомневаясь, что подруга останется рядом при любых переменах.

На пятом курсе они всё чаще говорили о работе после выпуска. Обе понимали, что взрослые обязанности изменят их распорядок, но не видели в этом угрозы дружбе. До сих пор всё важное происходило с ними почти одновременно: учёба, первые тревоги, выбор будущей профессии. Они привыкли считать такое совпадение естественным. И когда в Марининой жизни появился мужчина, которому она вскоре отдаст почти всё своё внимание, Маша поначалу встретила перемену с тем же искренним участием, какое подруга всегда проявляла к ней.

Чем ближе был выпуск из института, тем яснее становилось, что одинаковое образование не обязательно приведёт их к одинаковой жизни. Маша интересовалась службой в прокуратуре, представляя себе работу, где нельзя полагаться только на впечатление о человеке. Марина чаще говорила о практике адвоката и о том, что ей хочется видеть результаты труда не только в служебных бумагах. Они спорили о выборе места работы, но обе считали само собой разумеющимся, что продолжат встречаться, даже если свободного времени станет меньше.

Их близость не требовала ежедневных признаний в дружбе. За годы учёбы они успели увидеть друг друга в разных обстоятельствах: после неудачных экзаменов, во время болезней, в дни безденежья и в праздники. Марина могла поспорить с Машей до обиды, а на следующий день первой прийти мириться. Маша редко жаловалась, но Марина научилась замечать, когда та замыкается и перестаёт отвечать на самые простые вопросы. Обе были уверены, что уж между ними не возникнет ничего такого, о чём нельзя рассказать напрямую. Эту уверенность им ещё предстояло потерять.

ГЛАВА 3. Внук бабы Шуры

Баба Шура жила в соседней квартире и к своим семидесяти пяти годам успела привыкнуть к размеренной, не слишком шумной жизни. Молодых соседей она знала давно, Марину помнила ещё школьницей, а Машу отличала с первого взгляда, хотя девочки когда-то часто приходили к ней вместе. В один из дней у старушки поселился тридцатилетний внук Игорь. Для неё это было прежде всего семейным счастьем: в квартире снова слышались мужские шаги, на кухне появлялись разговоры, а бытовые дела больше не казались непреодолимыми.

Игорь быстро освоился в доме. Он умел разговаривать и со старшими, и с ровесниками, помогал бабушке без лишних объяснений и не относился к её привычкам снисходительно. Вежливость в нём не выглядела нарочитой. Если соседке нужно было поднять тяжёлую сумку или подержать дверь, он делал это прежде, чем его просили. Такого человека в небольшом доме замечают скоро. Марина обратила внимание на нового соседа не потому, что о нём говорили окружающие, а потому, что рядом с ним ей оказалось необыкновенно легко.

Игорь понравился Марине не сразу каким-то одним поступком. Напротив, в первое время она отмечала совсем обыкновенные вещи: он без просьбы приносил бабушке покупки, слушал её рассказы, не делал вид, будто помощь пожилому человеку заслуживает особой похвалы. Если старушка перебивала разговор, он не сердился и не обращался с ней как с помехой. Марина, привыкшая к вниманию молодых людей, заметила в этом спокойствии то, чего раньше не умела назвать. Рядом с Игорем не требовалось постоянно подтверждать собственную привлекательность. Можно было говорить о работе и учёбе, смеяться над мелочами и не следить за каждым словом.

Первое время они встречались на лестничной площадке или у бабы Шуры. Потом разговоры стали длиннее. Игорь оказался юристом, работал адвокатом, и у студентки пятого курса нашлось немало вопросов о практике, которая в институтских аудиториях представлялась гораздо понятнее, чем была на самом деле. Он не изображал человека, знающего ответы на всё, охотно признавал трудности профессии и умел объяснить сложное без назидания. Марине нравилось, что с ним можно смеяться и спорить, не опасаясь обидеть или показаться смешной.

Маша наблюдала за их сближением с интересом, не подозревая, что впоследствии будет возвращаться к самым обычным деталям этих месяцев. Марина рассказывала о встречах сразу, почти не выбирая слов. Если Игорь задерживался после разговора, чтобы проводить её до двери, подруга узнавала об этом в тот же вечер. Если они вместе гуляли, Маша слышала о каждой забавной подробности. Она радовалась за Марину, поскольку хорошо знала её характер: та привыкла увлекаться, но редко бывала настолько уверена в человеке, с которым связывала надежды.

Вскоре знакомство превратилось в серьёзные отношения. Марина не скрывала, что хочет быть рядом с Игорем постоянно, а он всё яснее давал понять, что представляет их будущее общим. Решение пожениться не встретило возражений. Родители Марины видели, что дочь счастлива, баба Шура от души радовалась внуку, который собирался остаться рядом, а сама Марина занималась приготовлениями со свойственной ей энергией. Маша участвовала в хлопотах, помогала с мелочами и искренне думала, что у подруги начинается удачная взрослая жизнь.

После свадьбы молодые поселились у бабушки Игоря. Старушка не скрывала удовольствия от их присутствия, хотя иногда уставала от суеты, которую сама же и приветствовала. В доме появились новые привычки, общие ужины, разговоры о работе и покупки, которые теперь делали с расчётом на двоих. Марина рассказывала Маше, как хорошо Игорь умеет заботиться о близких и с каким терпением относится к бабушке. Для неё это было не менее важно, чем признания в любви: человека она узнавала по тому, как он ведёт себя дома.

Для Марины жильё у бабы Шуры было удачным началом семейной жизни. Она не стеснялась присутствия пожилой женщины, спрашивала её совета по хозяйству и порой смеялась над тем, как охотно Игорь исполняет бабушкины просьбы. Маша, приходившая в гости, быстро освоилась с новым порядком. Только иногда, собираясь домой, она чувствовала, что прежняя привычка задерживаться до позднего вечера больше не совсем уместна. Марина уже строила собственную семью, и Маша уважала это, хотя перемена давалась не сразу.