Петр Балаев – Троцкизм против большевизма. О реставрации капитализма под лозунгами построения коммунизма (страница 10)
Очень суровая кара? Мне, лично, кажется, что моя мордовская бабка в «караганду» на таких условиях, да ещё в «караганду» в Узбекистане, где персики и виноград растут, из Пензенской области сама, без поезда, убежала бы. Только вот моей мордовской бабке Сталин не давал ссуд и стройматериалов, да землю в такой «караганде» под приусадебный участок не выделял. Почему Вождь так мордву не любил? Вроде мордвины честно воевали и в коллаборационизме не были замечены.
Есть такой забытый писатель, Пётр Андреевич Павленко, очень хороший писатель, умер в 1951 году. При Хрущёве и Брежневе его совсем мало переиздавали и переиздавали совсем незначительные вещи, основное творчество оказалось послесталинской власти ненужным, потому что основные произведения Петра Андреевича преисполнены уважения к Иосифу Виссарионовичу. К слову, он был автором сценария к фильму «Александр Невский», а за роман «Счастье» в 1948 году получил Сталинскую премию первой степени. Роман выдающийся. Жаль, что забытый. Он про послевоенный Крым. Герой романа – фронтовик-полковник, демобилизованный в самом конце войны по ранению и приехавший в Крым, куда правительство приглашало желающих участвовать в восстановлении хозяйства. Роман посвящён теме героического восстановления колхозного хозяйства в Крыму. Это восстановление было по-настоящему героическим. Читать строки книги Павленко о том, что было в Крыму в 1945 году, когда туда съезжались первые переселенцы из всего СССР – жуть страшная. Если коротко – РАСФИГАЧЕНО ВСЁ! Просто – ВСЁ! И даже не просто ВСЁ, а до такой степени ВСЁ, что приехавшие переселенцы, советские люди того времени, много каких трудностей на своём веку пережившие, при виде крымского ландшафта опустили руки. Там даже работникам райкома партии власти не могли пригодное для жизни жильё найти – одни развалины. И герой романа, полковник в отставке, начал организовывать людей на настоящий героический труд.
А прежние жители Крыма, татары, укатили на поезде в Узбекистан, не знавший военной разрухи. Их расселили в совхозах и колхозах хоть и в тесноте, но не в развалинах же. Дали стройматериалы, ссуды, выделили землю под южным солнцем, ещё и продуктами обеспечили на первое время. Страдайте, гады!
Они и страдали, молча терпя страдания, до 1989 года. В 1989 году в Узбекистане начались события, которые можно назвать кратко – резня. Межнациональная. Вот тогда оттуда и побежали в Крым татары, спасая свои жизни… Это вам не Сталин с ссудами и горячим питанием в пути следования. Это – демократия.
А где брать деньги на обустройство беглецам? Так со Сталина! Россия же правопреемница СССР, так пусть за Сталина заплатит татарам. Сначала Сталин их вывез из разбомбленного в хлам Крыма в солнечный Узбекистан, а потом за это «преступление» Сталина им нужно ещё выдать компенсацию, потому что татар из Узбекистана местные националисты выгнали. С узбеков же всё равно ничего не получишь.
Наш бесхвостый ослик Иа этого не понимает и подыгрывает крымским татарам, представляя их наказанными, по тупости? Вполне допускаю, что и по тупости.
Хотите портрет Льва Давидовича Троцкого? Смотрите:
ОЙ! Что-то не то. При жизни Троцкого таких микрофонов не было. Это кто-то другой. Лев Давидович – вот:
Но как похожи, согласитесь?! И не только внешне. На первом, конечно, Эдуард Лимонов, создатель партии национал-большевиков. Той партии, где формировались взгляды нашего ослика Иа, Игоря Пыхалова. Мы с вами ещё дойдём до того, как Троцкий обвинил Сталина в притворном интернационализме. Пока держите в уме, что Пыхалов в своей книге «За что Сталин выселял народы» клевету Троцкого повторил.
Глава 2. Троцкий. Слова и дела
Будущий родственник самых богатых банкиров мира, как представляют Л. Д. Троцкого современные разоблачители мирового жидо-масонского заговора, родился в 1879 году и первые годы жизни провёл в саманном домике с земляным полом, крытым соломой. В трещинах стен водились ужи, которых иногда Бронштейны принимали за гадюк и дико пугались.
Наверно, к моменту рождения Троцкого его родственники ещё не успели стать банкирами или им было наплевать на бедных родственников. Но, благо, русский царь считал, что мужику грамота не нужна, поэтому крестьянское население родины Лёвушки, Херсонской губернии, как и остальных губерний империи, было почти сплошь неграмотным. А еврейская община грамоте своих членов учила, неграмотных евреев почти не было, поэтому оборотистому грамотному еврею среди тёмных русских мужиков было…
Давид Леонтьевич Бронштейн ртом мух не ловил, начал с мелкого арендатора и всё богател и богател. На мнимых богатых родственников надежд не возлагал, на мировой еврейский заговор не надеялся, ему вообще еврейство было побоку, в доме Бронштейнов даже на идише не разговаривали, только на русском и малороссийском. «Еврейской мове», к слову, будущего главаря еврейского заговора в России родители так и не обучили.
На отпрыска старый Бронштейн возлагал большие надежды. Мечтал, что сын выучится на бухгалтера и тогда семейный бизнес можно так поднять – ого-го! На свою беду, определил Лёву учиться в реальное училище на пансион в соседний город. Лучше бы он этого не делал. Под боком надо было держать! Мальчик был не совсем простой. Очень впечатлительный, до нервных припадков. В реальном училище, в Одессе, навпечатлялся. Чтобы хоть что-то понимать, почему не только сынки Бронштейнов, но и вполне себе дворянки Шурочки Коллонтай в юности начинали беситься так, что потом родители только краснели от стыда в жандармском управлении, когда им «силовики» рассказывали, чем их отпрыски занимаются, нужно немного представлять политические реалии конца XIX века.
Это только назначенные прокуроршами барышни с глупыми глазами молятся на портреты царей. Поклонская, очутись она в образованном русском обществе конца XIX века, стала бы всеобщим посмешищем и изгоем. Над её монархическими ужимками люди того времени хохотали бы, как над ужимками деревенской дурочки. То общество Фёдор Достоевский, приятельствовавший с реакционным и удивительно похожим на героя романа Льва Толстого Каренина, царским министром Победоносцевым, клеймил в своих статьях самозабвенно, но когда ему в лоб сказали, что его «Бесы» – гнусный пасквиль, краснел и заикался.
Сегодня основной упор антикоммунистическая историография о РИ конца 19-го делает на том, что образованные слои государства были поражены зловредными идеями либерализма. То есть идеи либерализма, идеи свободомыслия, нам с вами представлены, как зловредные. Нет, если вы думаете, что Познер – либерал, то я – пас. С дураками я постепенно отучаюсь вести дискуссии. Для тех, кто немного может думать, могу только подсказать, что защищать отживающее и загнивающее политическое устройство государства либерал не может. Это делает консерватор. Если Познер защищает капитализм и рынок, если сам себя позиционирует, как антикоммуниста, то кто он? Думайте над этим, вам станет ясна эта наглая разводка «патриоты-либералы». Это одна компания консерваторов.
Да, почти всё образованное российское общество конца XIX века было поражено идеями либерализма. А как иначе, если образованным людям было стыдно жить в государстве с таким политическим устройством?
Самодержавная, абсолютистская монархия! Феодализм. Даже после отмены крепостного права – почти чистый феодализм. Сословное правительство. Правление феодалов.
Приезжаешь за границу и стыдно там людям в глаза смотреть. У них конституции-парламенты, а в России – царь. Вождь племени, как у папуасов.
Ладно, со стыдом при разговоре о парламенте можно было отбрехаться. Но государство уже валилось в такой позор! Это же немыслимо просто: русский царь, Александр Третий, просит у французов кредиты и ради получения этих кредитов стоит на палубе прибывшего с визитом французского крейсера, руки по швам, слушает французский гимн «Марсельезу», в котором поётся, что всем царям-королям – кирдык надо сделать. Это же национальный позор!
Как образованным людям государства с этим было жить? Навоза в головах тех людей было ещё не так много, как у наших соотечественников-современников, которые себе в череп напихали одновременно монархизм, антилиберализм, патриотизм, социализм и коммунизм и глядят на мир лучистыми глазами воодушевлённых идиотов…
В Одессе молодой Троцкий только почувствовал запах либерализма, а в седьмом классе уже учился в Николаеве, жил на пансионе у хозяйки в компании с несколькими другими учениками. 16-летняя молодёжь, да ещё оставшаяся без присмотра родителей, да плюс ко всему уже набирали моду в обществе социалистические идеи… Молодёжь к моде всегда тянется. Хоть в смысле штанов, хоть в смысле идей. Если в моде идеи антигосударственные, а само государство не может предложить молодёжи никакой внятной альтернативы, кроме тюрьмы за модное увлечение, то результат получится одним: даже видные сановники-чиновники будут недоумённо хлопать глазами, узнавая, что их отпрыски записались в ряды революционеров. И бороться с этим практически невозможно. Умное правительство может только тормозить процесс радикализации молодёжи, а вслед за ней и всего общества, изобретением каких-нибудь «патриотических» идеологий, будет пытаться сделать их популярными в молодёжной среде. На очень долго таких обманок не хватит, но хоть время можно будет потянуть. Тупое государство будет делать так, как делал русский царь.