Павел Уваров – Когда Париж еще не был столицей (страница 16)
За чертой города его покой охранял Марс, изгонявший бунты и защищавший от нападений извне. Вблизи городских ворот обитала Венера, оберегающая парижан от распутства, и Вулкан, который следил, чтобы не было пожаров. Ближе к сельской округе Парижа царила Церера, покровительница полей и земледелия.
Как мы видим, в античном Париже боги жили рядом с людьми; их можно было увидеть не только в храмах, но и на площадях, перекрестках улиц, в театре, в домах. Их бронзовые статуэтки украшали интерьеры, их изображали на цоколях зданий, на вазах, мебели, в настенной росписи. Они окружали и защищали человека повсюду.
Благодарность парижских лодочников
Нет лучшего памятника процветанию Лютеции, лояльности парижан Риму и успеху политики веротерпимости, чем знаменитый столб парижских лодочников, посвященный Юпитеру.
16 марта 1711 года во время земляных работ под хорами собора Нотр-Дам был найден уникальный памятник: остатки столба высотой в 6 м, установленного парижскими лодочниками там, где он и был обнаружен археологами, — на острове Сите. Каменщики извлекли на свет девять огромных камней с латинскими надписями и барельефами; их, видимо, позднее, в XII веке, использовали как строительный материал при возведении собора.
Эта находка, одновременно самая древняя в Париже и самая информационно насыщенная, дает представление о религии, политике, экономике и культуре галло-римской Лютеции. Находка сразу же привлекла внимание всей образованной Европы (в частности, Г. В. Лейбница). Это не алтарь, как считали раньше, а молитвенная (вотивная) колонна. Заказана она была местными речниками (торговцами на Сене) в честь бога Юпитера и одновременно во славу римского императора Тиберия (14–37 годы), о чем свидетельствует надпись: «Тиберию Цезарю Августу и Юпитеру, наидобрейшему и величайшему, лодочники земли Паризиев на средства из их общей кассы воздвигли сей монумент».
Поразительно, но факт: все остальные лодочники в Галлии назывались по имени своей реки — лодочники Роны, лодочники Соммы и т. д. И только здесь, в этом маленьком городе на Сене, они называли себя «лодочниками Паризия», представляя не реку, а город.
Ныне памятник находится в Национальном музее Средневековья (Музее Клюни). Сделанная ныне реконструкция столба из найденных блоков остается спорной; не все изображения на ней идентифицированы. Сохранившиеся блоки составляют четыре уровня, верх отсутствует, вероятно, там располагалось изображение бога Юпитера.
Эта колонна красноречиво свидетельствует о процветании Парижа под властью Рима, о религиозном синкретизме и мирном соединении галлов и римлян, о главенстве речных торговцев среди парижан. Вся композиция монумента строится по бинарному принципу, соединяя галльскую и римскую культуру: в надписи встречаются латинские и кельтские слова (не все из них расшифрованы), из шести речных купцов, изображенных величественными вооруженными мужчинами, — трое с бородами и трое безбородых; римские и галльские боги мирно соседствуют. Римский пантеон богов на молитвенном столбе представляют Марс, Меркурий, Фортуна (Минерва?), Кастор и Поллукс. Среди сохранившихся галльских богов прочитываются или угадываются Розмерта, Эзус (дровосек, стоящий рядом с дубом), Тарвос Тригаран (бык, несущий на спине трех журавлей), Смертриос и Цернунн.
Можно заключить, что мирный союз галлов и римлян принес щедрые плоды. Особенно знаменательно, что достоверное свидетельство о занятиях парижан выдвигает на первое место реку Сену и тех, кто торгует на ней. Ясно, что местные лодочники составляли городскую элиту, имели монополию на торговлю по реке. Новшество же, привнесенное римлянами в эту важнейшую область деятельности парижан, заключалось в появлении некой коллегии, профессионального объединения речных торговцев (прообраза средневековых корпораций и современных профсоюзов), о чем красноречиво свидетельствует упоминание об общей кассе, из средств которой было оплачено возведение колонны.
Сотни лет спустя, уже в эпоху Средневековья, когда будет создаваться подобие муниципалитета Парижа, его основу составит «корпорация купцов на водах», самая древняя и самая авторитетная здесь профессия. А гербом Парижа на долгие века станет изображение корабля на воде с гордым девизом «Качается, но не тонет».
Весь этот мир, осененный
Последний век империи
Первыми предвестниками падения Римской Империи стали адепты и проповедники новой религии — христианства. Медленно и неуклонно эта вера завоевывала сердца людей, вытесняя прежних богов. Жесточайшие гонения властей производили обратный эффект: христиан становилось все больше. В провинции Галлии вскоре появились христианские миссионеры, а в ее столице Лионе возникла первая община христиан, которая выросла и усилилась, когда ее епископом стал Ириней (будущий святой Ириней Лионский).
Новая вера распространялась все дальше на север Галлии, затем туда из Рима стали отправляться христианские миссионеры в разные города страны. Одним из этих городов был Париж, а его первым епископом и христианским мучеником суждено было стать образованному греку по имени Дионисий.
Святой Дионисий и гора мучеников
В нашем повествовании мы вступаем в зыбкое пространство недостоверной агиографии, разноголосицы хроник и явной идеологической манипуляции данных. Святой Дионисий, миссионер, прибывший в Паризии проповедовать христианство и казненный здесь, считался первым епископом Парижским, а со временем он стал небесным покровителем Французского королевства и всего французского народа. Вся мифология о мученичестве Дионисия призвана была возвеличить французскую церковь, якобы основанную учеником апостола Павла.
Образ святого Дионисия создавался интеллектуалами начиная с раннего Средневековья. Первые сведения о его миссии в Париж сообщают Евсевий Кесарийский и Григорий Турский в V–VI веках. Григорий Турский писал об этом так:
«При императоре Деции гонения на христиан усилились и погибло такое множество верующих, что число их определить невозможно. В это же время семь мужей, избранные епископами, были посланы для проповеди в Галлию: в Тур — епископ Катиан, в Арль — епископ Трофим, в Нарбонн — епископ Павел, в Тулузу — епископ Сатурнин, в Париж — епископ Дионисий, в Клермон — епископ Стремоний, в Лимож — епископ Марциал. Из них блаженный Дионисий, епископ Парижский, претерпев множество пыток во имя Христово, кончил земную жизнь от меча».
Таким образом, миссия святого Дионисия была отнесена к середине III века. Первые жития святого Дионисия были созданы в конце V века. Веками, по мере создания все новых версий, менялись имена пап Римских, отправивших Дионисия с миссией крестить жителей Парижа, и императоров, при ком он был казнен. Но позднее, в IX веке Хильдуин, аббат Сен-Дени, монастыря святого Дионисия, отождествил первого епископа Парижского с первым епископом Афин, крещеным апостолом Павлом, и автором трактата «О небесной иерархии». С этой целью дата казни Дионисия была передвинута к I веку. Так французская церковь становилась «апостольской», а аббатство святого Дионисия самым важным. Отныне всякое покушение на эту версию расценивалось во Франции как святотатство.
Не вдаваясь в точную хронологию и избегая сомнительных версий, можно так описать эту важнейшую для истории Парижа легенду.
Примерно в середине III века (между 251 и 258 годами) в Париж прибыл с миссионерской целью некто Дионисий; согласно поздним версиям, возможно, в силу ошибок в переводе, его сопровождали пресвитер Элевтерий и диакон Рустик. Когда Дионисий с помощниками прибыли в Париж, они увидели, что центр города занимают храмы языческих богов, а на высоком холме Правого берега Сены царит храм Меркурия (по другой версии — Марса). Миссионеры решили остановиться в скромном пригороде на Левом берегу Сены (в районе нынешнего проспекта Данфер-Рошро), тем более что здешняя крипта стала местом встреч первых христиан — рабов, колонов, ремесленников и крестьян парижских окраин. Над этой криптой, глубоко почитаемой в последующие века парижанами, была построена первая христианская церковь Нотр-Дам-де-Шан (Богоматери-в-Полях). Много позже рядом будет возведен монастырь кармелиток, где умерла оставленная королем Людовиком XIV несчастная возлюбленная Луиза де Лавальер, чью печальную историю увековечил Александр Дюма-отец в романе «Двадцать лет спустя».
По одной из версий, представитель римской администрации в городе был возмущен миссионерской деятельностью Дионисия и его соратников. После многих донесений в Рим он добился от властей разрешения арестовать возмутителей спокойствия. Их заключили в тюрьму, где произошло первое чудо: сам Господь в окружении ангелов со светившимися крыльями явился Дионисию и принес ему святое причастие. Эта тюрьма находилась в Сите на месте нынешней Набережной цветов, где впоследствии возведут церковь Сен-Дени-де-ла-Шартр (святого Дионисия-в-Темнице).
И вот настал день казни трех первых крестителей парижских христиан. Согласно легендам, холодным октябрьским утром (день поминовения Дионисий — 9 октября) под усиленной охраной и в окружении толпы сочувствующих и зевак они отправились в свой последний путь. Процессия пересекла Большой мост и вступила на мощеную римскую дорогу (нынешнюю улицу Сен-Мартен), которая вела на север сквозь заросли тростника. Затем она повернула налево — на старую галльскую дорогу, утопавшую в грязи (сегодня это улица Монмартр). Наконец всем пришлось с трудом карабкаться по крутому откосу лесистого холма (по нынешней улице Мартир — улице Мучеников). Наверху, на площадке у фронтона храма Меркурия (или Марса), процессия остановилась; у приговоренных к казни в последний раз потребовали отречься от их веры. Все трое отвергли это искушение и приготовились принять мученическую смерть. Казнь произошла на Правом берегу, и этот высокий холм в Средние века назовут «Горой мучеников» (