Павел Шимуро – Знахарь I (страница 26)

Я перевёл взгляд на разложенные пластины коры.

Символы смотрели на меня, насмешливые и непостижимые. Завитки, чёрточки, точки, какие-то закорючки, похожие то ли на буквы, то ли на пиктограммы. Наро писал их своей рукой, выцарапывая острым стилусом на высушенной коре. Для него это были инструкции, рецепты, карты, целая библиотека накопленных знаний. Для меня это были бессмысленные каракули.

Проклятый языковой барьер.

Это тело умело говорить на местном наречии. Слова сами ложились на язык, интонации приходили естественно, без усилий, но чтение требовало другого навыка, другой части мозга, которая не перенеслась вместе с моим сознанием. Или перенеслась, но осталась заблокированной где-то в глубинах памяти.

Я попытался сосредоточиться на одном из символов.

Закорючка, похожая на перевёрнутую запятую с хвостиком. Рядом что-то вроде угла с точкой внутри. Это буквы? Слоги? Целые слова?

Система мигнула.

[АНАЛИЗ ТЕКСТА]

[Язык: Местный диалект (Подлесок)]

[Статус: Частичная дешифровка]

[Доступно для перевода: 23%]

[ПРИМЕЧАНИЕ: Для полной дешифровки требуется расширенная база данных языковых паттернов]

Двадцать три процента. Лучше, чем ничего, но недостаточно для полноценного чтения.

Я провёл пальцем по одной из пластин, и система послушно высветила перевод над несколькими символами. «Корень». «Три». «Глубоко». Обрывки смысла, которые складывались во что-то вроде: «Корень на три… глубоко…» Глубоко копать? Три корня? Или три раза глубоко?

Бесполезно.

Мне нужен живой переводчик — кто-то, кто мог бы прочитать эти записи вслух и объяснить их значение. Тарек? Мальчишка явно умел читать, судя по тому, как уверенно он ориентировался в доме алхимика. Но сейчас не время беспокоить его, он ещё восстанавливается после прорыва на первый круг.

Оставался только Варган.

Охотник мог не уметь читать, но он точно помнил маршруты, по которым ходил за травами — память тела, память дороги. Если он покажет мне те места, где собирал ингредиенты для Наро, я смогу использовать систему для анализа — сравнить живые растения с моделью и найти совпадение.

Если повезёт.

Если не сожрёт какая-нибудь тварь из подлеска.

Аккуратно собрал пластины коры, перевязал их бечёвкой и отнёс на отдельную полку, подальше от банок с ингредиентами. Записи Наро были слишком ценны, чтобы рисковать ими. Даже если я не мог их прочитать, когда-нибудь это изменится. Может быть, система научится полностью дешифровывать текст.

Отошёл от полок и осмотрел комнату.

Кровать в углу выглядела заманчиво — соломенный матрас обещал хотя бы несколько часов забвения.

Но времени на сон не было.

Я отвернулся от кровати и начал собираться.

Сумка Наро висела на крючке у двери — потрёпанная, выцветшая, с парой заплат на боках. Холщовая ткань, пропитанная чем-то маслянистым для защиты от влаги. Внутри несколько отделений для разных вещей. Я открыл её и принялся методично проверять содержимое.

Почти пусто — на дне болталась какая-то засохшая веточка и комок грязной тряпки. Я вытряхнул это на пол и осмотрел сумку изнутри. Швы целые, ткань не гнилая. Сойдёт.

Теперь самый главный вопрос — «что брать с собой?»

Прошёлся взглядом по комнате, мысленно составляя список.

Вода — обязательно. Я нашёл глиняную флягу на одной из полок и проверил — пустая. Пришлось тащиться к бочке в углу, зачерпывать мутноватую жидкость, надеясь, что она не отравлена. Система послушно просканировала содержимое.

[АНАЛИЗ СУБСТАНЦИИ]

[Наименование: Вода (питьевая)]

[Качество: Удовлетворительное]

Сойдёт.

Я залил флягу и заткнул пробкой. Тяжёлая — килограмма полтора, не меньше. Но без воды в лес идти нельзя.

Потом посмотрел на мешок с провизией, который принёс от старосты. Вяленое мясо, лепёшки, крупа. Желудок тут же откликнулся голодным урчанием.

Закрыл глаза и представил себе это. Идёшь по тёмному лесу, полному хищников, и от тебя несёт копчёным мясом. Как маяк для голодных зверей. «Добыча здесь! Идите сюда!»

Нет, еду оставлю.

Желудок протестующе заурчал ещё громче, но я проигнорировал его — потерплю. Когда вернусь, поем, если вернусь.

Что ещё?

Нужен нож.

Порылся в ящиках стола и нашёл небольшой клинок с костяной рукояткой. Лезвие было тусклым, покрытым пятнами, но заточенным достаточно остро, чтобы резать траву. Для боя он не годился, но для сбора растений подойдёт.

Я сунул нож за пояс.

Верёвка. Варган говорил что-то о верёвке? Нет, это я сам вспомнил. В любом походе нужна верёвка — универсальный инструмент. Нашёл моток бечёвки на полке и бросил в сумку.

Что-нибудь для освещения?

Лучина не подойдёт — сгорит слишком быстро, да и нести неудобно. Фонаря я не видел. Может, у Варгана есть?

Ладно. Обойдусь.

Я застегнул сумку, перекинул через плечо, проверил, как сидит. Не тяжело, не сковывает движений — для моего истощённого тела почти идеально.

Теперь…

Бросил взгляд на окно и замер.

Свет изменился.

Когда я начинал сборы, за мутным стеклом царило серебристое свечение местной ночи, теперь же появился новый оттенок, едва уловимый, почти незаметный, но мой глаз хирурга привык замечать малейшие изменения. Серебро медленно разбавлялось зеленью, как будто кто-то добавлял в молоко каплю изумрудного красителя.

Рассвет.

Местный рассвет, если это можно так назвать. Кристаллы на гигантских ветвях меняли цвет, сигнализируя о начале нового дня. Цикл, который заменял здесь восход солнца.

«Когда свет позеленеет, буду ждать у обугленного пня», — сказал Варган.

Время пришло.

Этот дом стал моим пристанищем всего на два дня, но уже казался чем-то привычным, почти родным.

Я мог не вернуться сюда.

Эта мысль пришла спокойно, без паники, как констатация факта. Подлесок — опасное место. Варган сам говорил, что даже он не ходит туда без крайней необходимости. А я — новичок с больным сердцем, который не знает местных правил выживания.

Шансы на успех? Система, наверное, могла бы подсчитать, но я не хотел знать.

Иногда неведение — благо.

Я улыбнулся и покачал головой, отгоняя мрачные мысли.

Хватит рефлексировать — пора действовать.

Дверь скрипнула, открываясь. Прохладный воздух ударил в лицо, пахнущий сыростью и чем-то травяным, далёким. Я вышел на крыльцо, закрыл за собой дверь и на секунду задержался, глядя на деревню внизу.

Зеленоватое свечение разливалось по крышам домов, окрашивая их в нездоровый, болотистый оттенок.